Непростая вещь – слава. Валерий Чкалов пролетел под Литейным мостом, что стало первой главой легенды о великом летчике, – это общеизвестно. А кто вспомнит фамилию парня, который на съемках фильма «Валерий Чкалов» пролетел под мостом четырежды: режиссер требовал дублей?
Случaи бывaют рaзные, и если ты не сможешь двинуть увaжaемому оппоненту в рыло, большие шaнсы, что у него получится двинуть тебе, a это больно, неприятно и обидно.
Когда ум сдается, очередь за телом.
Что именно? Козу рогатую? Запросто! – Я выставила два пальца и зашевелила ими, надвигаясь на напарника: – Идет коза рогатая за малыми ребятами. Кто Аннушку не слушает? Кто… пирожки не кушает? Кто Кирюше не помогает? Забодает! Забодает...
А что тогда Ловеласом-то он меня назвал, так это все не брань или название какое неприличное: он мне объяснил. Это слово в слово с иностранного взято и значит проворный малый, и если покрасивее сказать, политературнее, так значит парень – плохо не клади – вот! а не что-нибудь там такое.
Когда учтивые слова прикрывают грубые поступки, они похожи на рыцарский пояс на подлом рабе.
Он не увидел в вас женщину. Молоко, возможно, включило ассоциации с материнством. А это совсем другая роль. Для него она не сексуальна. Вообще, в России материнство асексуально. Такой менталитет. В Италии, например, абсолютно по-другому. Женщина-мать не перестаёт быть объектом желания.
Хорошую жизнь самому делать надо,... а не искать, где она готовая лежит.
Чистые воспоминания, ничем не оскверненные, — это восхитительное сокровище, это неиссякающий источник живительных сил.
- Отличительным же признаком Человека является рука -- это орудие всех его преступлений.
Все ходят и протестуют! Только жрать в столовую по расписанию являются!
Увы, высшее образование не является гарантией высшей добродетели или высшей политической мудрости.
Ирейн сидела на роскошном кресле и активно чувствовала себя дурой - её типичное агрегатное состояние последние пару недель.
Вот еще один родовой порок социализма: самые лучшие эксперты, которые создают планы, могут планировать выпуск только того, что уже существует. Но как планировать производство того, что еще не придумано? Вы запланировали завалить страну граммофонами, а у капиталистов появился патефон. Вы наладили производство радиоламп широчайшего ассортимента, потратили на это огромные средства и труд тысяч специалистов высочайшего класса, построили заводы, а у капиталистов появились транзисторы.
Внедрение всего нового сопровождается риском провала. Капиталист рискует. Он вынужден рисковать, чтобы обогнать конкурентов. Если он проигрывает, то вылетает из игры. А чиновнику Госплана удобнее планировать производство того, что себя уже оправдало. Рисковать ему незачем. Поэтому Советский Союз 70 лет гнался за капиталистами, но догнать их социалистическому государству было в принципе невозможно.
Всё у нас , у демонов , не как у людей. Хотя соседей внизу мы наверняка затопили , но опять - таки самым нечеловеческим образом. Люди обычно заливают нижние этажи , забыв закрыть кран или если случайно трубу прорвёт , а у нас иное...
Счастье с несчатьем об руку ходят, как преданные супруги.
Есть целая папка, где наши защитники нравственности рвут и мечут по поводу этой пьесы. «Где это вы видели у нас знатных распутников?» – писали королю знатные распутники. «Почему у вас молодая особа беременна прежде замужества?» – ужасались дамы, уставшие считать своих любовников.
новые миры, чтобы расти в сознании
Жизнь не мстит. Она не рвёт тебе глотку за старые грехи и не ставит на колени. Она учит.
Я — Баба Яга, а это вам не хвосты коровам крутить!
«Даже у самых сильных есть маленькие слабости».
Как другие девочки моего возраста сходили с ума по лошадям и скачкам, так я сходила с ума по драконам.
— Ты всех своих знакомых пытаешься отравить? — любопытствовала я.
— Конечно! Мне же нужно знать, кто из них мне доверяет, а кто может воткнуть нож в спину.
— Девчонки, можно вас попросить? — смотрю на них грустно. Мой боевой запал стихает. Злость проходит. Адреналин, схлынув, тянет за собой тоску.
— Канеш, — Тася внимательно меня разглядывает.
— Займитесь отменой всего этого, — киваю на красивое здание центрального ЗАГСа. — Замуж я сегодня точно не пойду.
А это не ментальная магия, магистр, – весело отвечает Ким, так и не разрывая со мной зрительного контакта. Кажется, я вновь попала.
Усилием воли все-таки вырвалась из плена черных глаз, впрочем, тут же попав в такой же плен синих злых очей.