Человеческую жизнь, как ни странно, можно залатать.
Мой умысел - к закату парус править,
За грань его... и, прежде чем умру,
Быть там, где тонут западные звезды.
У молодых людей любовь и война всегда неразрывно связаны: потеряв на одном фронте, они надеются взять реванш на другом.
Боже упаси беседовать о сокровенном на трезвую голову.
Сила не измеряется увесистостью кулаков, храбрость не измеряется безрассудством, превосходство не измеряется остротой языка.
вам обоим нужно остыть. Вы слишком много сложностей искусственно наворотили. Знаешь, бывает, машину так затюнингуют, что самой тачки не видно. Так и у вас. Всё лишнее должно отвалиться, тогда и останется главное.
Мы знаем, что придет день, когда умрет наше солнце - еще через сотню миллионов лет или около того, - и тогда погаснет свет и станет темно, и больше нельзя будет читать.
...чтобы чего-то добиться и стать кем-то, кто больше тебя сегодняшнего, надо безоговорочно вообразить себя этим кем-то и быть настойчивым в своём заблуждении – иначе ничего не выйдет.
Мать — самое опасное на свете.
Я больше никогда не слушал тех, кто насмехался над моим увлечением космическими полетами, цирками или гориллами. Если что-то подобное происходило, я забирал своих динозавров и выходил из комнаты.
навязчивой идеей смерти, как правило, озабочены те, кто еще далеко отстоит от нее
Счастливые люди — обычно неудачники, потому что они настолько довольны собой, что ни черта не добиваются.
До того, как жизнь закинула Эшу в Аббарр, элвинг и представить не могла, что у песка столько цветов. Но чтобы удостоверится в этом, нужно подняться высоко, в пронзительно голубое небо, и оттуда, паря в воздухе, окинуть взором весь этот смертельный простор. Смолотые временем горы и кости, перетертые истории и города, навеки сгинувшие герои и клады. А поверх всего — миллиарды крупинок сухого моря. Пустыня дышит, живёт, лениво перетекает под знойным ветром и застывает волнами ребристых барханов. Золотая роскошь Мэй всех оттенков от белого до кроваво-красного и коричневого.
Счастье - за одну медную монету?
А так часто и бывает. Или оно приходит само по себе, или его никаким золотом не заманишь. Да и манить не надо. Оно как кошка - ходит, где захочет.
Надо просто ждать.
"Земное одиночество ничем не отличается от небесного"
Самая трудная из жизненных проблем: когда говорить, а когда – драться.
Какое зло мы добротой творим !
Не делайте из еды культа.
Дикой. Нет, я в покои не пойду, в покоях я хуже.Кабанова. Чем же тебя рассердили-то?Дикой. Еще с утра с самого.Кабанова. Должно быть, денег просили.Дикой. Точно сговорились, проклятые; то тот, то другой целый день пристают.Кабанова. Должно быть, надо, коли пристают.Дикой. Понимаю я это; да что ж ты мне прикажешь с собой делать, когда у меня сердце такое! Ведь уж знаю, что надо отдать, а все добром не могу. Друг ты мне, и я тебе должен отдать, а приди ты у меня просить – обругаю. Я отдам, отдам, а обругаю. Потому, только заикнись мне о деньгах, у меня всю нутренную разжигать станет; всю нутренную вот разжигает, да и только; ну, и в те поры ни за что обругаю человека.Кабанова. Нет над тобой старших, вот ты и куражишься.Дикой. Нет, ты, кума, молчи! Ты слушай! Вот какие со мной истории бывали. О посту как-то о великом я говел, а тут нелегкая и подсунь мужичонка: за деньгами пришел, дрова возил. И принесло ж его на грех-то в такое время! Согрешил-таки: изругал, так изругал, что лучше требовать нельзя, чуть не прибил. Вот оно, какое сердце-то у меня! После прощенья просил, в ноги кланялся, право так. Истинно тебе говорю, мужику в ноги кланялся. Вот до чего меня сердце доводит: тут на дворе, в грязи, ему и кланялся; при всех ему кланялся.Кабанова. А зачем ты нарочно-то себя в сердце приводишь? Это, кум, нехорошо.Дикой. Как так нарочно?Кабанова. Я видала, я знаю. Ты, коли видишь, что просить у тебя чего-нибудь хотят, ты возьмешь да нарочно из своих на кого-нибудь и накинешься, чтобы рассердиться; потому что ты знаешь, что к тебе сердитому никто уж не пойдет. Вот что, кум!Дикой. Ну, что ж такое? Кому своего добра не жалко!
Вода портит вино так же, как повозка дорогу и как женщина душу.
не способны подать голоса лишь мраморные статуи. Женщины — существа живые и полные чувств.
- Дэнни дернул щекой и посмотрел на меня злым и поразительно трезвым взглядом. На столе перед ним стояла почти опустошенная бутылка коньяка, а у драгоценного моего напарника даже язык не заплетался! - Слушай, Лили, почему все красивые бабы такие с…
Я вздохнула. Пожалуй, насчет «трезвого» я поторопилась: налицо тяжелый приступ откровенности вкупе с осложнениями после любовной горячки.
Расстояние не замечаешь, если перед тобой определенная цель.
«правило воздушного шара»: выбрасывать все лишнее, чтобы набрать высоту.
Пытаюсь вырвать свой хвост у демона, но не пускает, еще и хвост, падкий на ласки, сам так и льнет к мужской руке, кольцами накручиваясь на кисть и выпрашивая еще ласки. У меня очень своенравный и вообще гулящий хвост.