Доверие- это драгоценность , которую легко потерять и невозможно вернуть.
Война омерзительна, но на войне снайперы – лишь солдаты, прошедшие специальную подготовку и выполняющие свой долг. А вот в мирное время снайперы, открывающие огонь по людям, – банальные убийцы.
В голове Нельсона была история, которую рассказывали несметное количество связанных между собой запахов. Он раскопал эту историю, исследуя траву в саду Кэти. Это была история созданий, больших и маленьких, которые тысячелетиями жили на этих землях. Это была история о воде, падающей с неба и заставляющей произрастать траву и цветы. Это была красивая и порой грустная история, которая снилась Нельсону каждую ночь и пополнялась каждое утро.
...все перемены, проводимые людьми, приведут только к худшему, пойдут на пользу все более немногочисленной и продажной правящей верхушке.
Ненавижу своё воображение! Оно у меня слишком хорошее для впечатлительной девушки.
– Бедные люди! – проговорила Консуэло. – Будь я богата, сейчас бы выстроила им дом, а если бы была королевой, то избавила бы их от всех этих налогов, монахов, евреев, которые их донимают!
– Будь вы богаты, вы и не подумали бы об этом, а родясь королевой, не возымели бы подобного желания. Уж таков мир.
Недомолвки порождают подозрения, подозрения – слухи и сплетни, которые легко разрастаются до вселенских размеров. И если после долгих лет обмана рассказать правду, не сразу поверят. Или не поверят совсем.
Жадность — вот второе имя подлости.
Искаженные идеалы и мифические цели всегда лучше приземленных амбиций и ясных перспектив, потому что в их иллюзии кроется наше истинное стремление к совершенству.
страшно обнаружить однажды, что душа необратимо загрубела и даже не заметила пагубной метаморфозы;
Сейчас ты расскажешь, что старший в семье, а у тебя десять малолетних братьев и сестер и ты их единственный кормилец. Мы так растрогаемся от твоих слов, что простим тебя, отпустим и еще денег дадим на дорогу.
Какой прок в моих словах, в моих протестах, в моих помыслах? Я оказалась игрушкой, пешкой, которую каждый передвигал как хотел. Меня, черт возьми, даже спасали против моей воли.
"Если точка подобна стене, то двоеточие - двери".
Впрочем, могу напомнить известные слова Эйнштейна: «Надменность более опасна для человека, чем невежество».
- Если нужно сделать что-то неприятное, то не стоит с этим затягивать. -
— Мне нужно идти. Ты вырвал меня из важных дел.
— Ты ходила по магазинам.
— Я искала кое-что важное и хочу вернуться к поискам.
— Мать честная, — она аж присвистнула и покачала головой, опираясь на швабру. — А я думала, министр какой зашел. Или даже из бухгалтерии.
Не хотелось проявлять жестокость там, где и так хватало смертей. И убивать ее я не хотела тоже. Не хотела, но иногда…
Иногда у тебя просто нет выбора.
Удар я нанесла первая.
— Последние исследования говорят, что генетика только заряжает пистолет, Зимина. А вот кто, когда и зачем нажмет на спуск — это уже влияние среды, семьи. Ну и личный выбор имеет значение.
– Шайран, а может быть, вы продемонстрируете, как надо дружить с этими монстрами, а потом уж я присоединюсь, если от вас еще что-нибудь останется?
– Почему бы нет? Только с обрыва не свались.
– А вас оштрафуют, если угробите одну из участниц?
– Меня? Нет, это вряд ли.
Я сама была удивлена, что можно вот так идти, держась за руку и молчать. Оказывается, не надо придумывать темы для разговоров, натужно шутить, быть милой и очаровательной. Оказывается, с некоторыми мужчинами можно помолчать о своем.
Вы очень разные, поэтому я вас и путаю. Я, знаешь ли, вырос среди близнецов.
– В мире много обмана, – громко произнесла она, и ее голос заглушил треск, стоявший за ее спиной. – Но самый большой обманщик на свете – это страх. Сегодня мы стали жертвой страха. Позволили ему ослепить нас. Мы думали, что охотимся за чудовищами…
Она устремила взгляд на море лиц, в которых отражалось пламя огня. Ей пришлось призвать на помощь всю свою волю, чтобы не отвернуться. Но на самом деле чудовищами были мы сами.
Сравнила божий дар с яичницей.
– Вся беда в том, что ведьма, даже неинициированная, остается ведьмой. Даже если она никому не делает зла. Даже если она вообще ничего не делает… Она МОЖЕТ делать. Вот та грань, о которую столетиями ломали зубы сочинители законов… и те, кто пытался воплотить их в жизнь. Потому что если человек невинен – за что его наказывать? За одну только вероятность будущего зла?