— Скажи, разве не удивительно, сколько хорошего может сделать мужчине хорошая женщина?
— И сколько плохого, причем очень плохого. Оглянись, кругом полным-полно таких.
Почему нам не может присниться, что мы два человека? Для Ихвана аль-Сафы это был очень сложный вопрос
" Я задал вопрос : как я могу размышлять о своем мозге,если этими размышлениями занимается мой мозг? То есть мозг притворяется мною , чтобы размышлять о себе? Я никому не могу доверять , а себе - в особенности. Я- таинственным образом порожденное сознание , и меня не успокаивает мысль , что таких, как я , миллиарды..."
Память умеет стирать самые страшные, самые черные ночи, чтобы тот, кто пережил их, не лишился разума.
Они посмотрели друг на друга долгим взглядом. Слова были им не нужны. Сейчас оба, понял Куарт, испытывали одно и то же ощущение – самое приятное из всех, что может дать человеку дело, которым оба они, пусть по-разному, занимались: ощущение особой горестной солидарности, возможной только среди служителей Церкви, узнающих друг друга в окружающем их нелегком мире. Ощущение товарищества, складывающегося из ритуалов, понятных друг другу слов, намеков, жестов, интуиции, группового инстинкта и параллельных одиночеств, где каждый, как в келье, пребывает в своем и все разделяют одно общее одиночество.
Людям свойственно ненавидеть несчастных.
Говорят, самое тяжкое в участи ослепшего - сны. Во снах видишь всё живыми глазами - солнечный свет, строгую синеву неба, доброе разноцветье земли... [...] Врут люди. Не сны самое тяжкое для ослепшего. Пробуждения. Когда каждое утро вновь безжалостно вышвыривает из-под синего неба в черную тьму.
Баюн же и его подчиненные занимали бывший административный корпус, приспособленный под работу. В девяностые годы в этом корпусе что зимой, что летом стоял лютый холод, здание словно пыталось избавиться от них. Но потом потихоньку обжились, наполовину магией, наполовину недобрым словом наладили отопление, а затем на место администратора пришел Данила-мастер и с каким-то болезненным, граничащим с помешательством упрямством и упорством начал налаживать быт.
— Гм… — сказал дед и сам перепугался.
— Гм! — пропищал нос.
— Гм! — проблеял баран.
— Гум! — заревел медведь.
Готовься к худшему, а лучшее само придет
Это со стороны кому-то может показаться, что ты поступаешь не так, как нужно, но это не их жизнь и не их ситуации. Не стоит обращать внимания на чужое мнение, не всегда оно продиктовано благими намерениями, порой это манипуляция, желание вызвать у тебя чувство вины, чтобы получить что-то от тебя. Подумай над этим. Ты можешь попросить совета у самых близких для тебя людей — тех, кто знает тебя лучше остальных, но получив его, помни — решение принимаешь только ты и ответственность за последствия тоже нести тебе.
— Спасибо за поддержку, я согласна с Вами, что свою историю писать только мне, но я немного боюсь запутаться и наломать дров.
— Ничего страшного, они — часть нашей жизни, да что там, — она озорно улыбнулась и протянула мне вазочку с пастилой, — они и есть наша жизнь, настоящая, без прикрас.
*А ведь женщины – более жестоки, чем мужчины. И удары, которые они наносят, изощренны, обдуманны и потому так болезненны. У мужчин – проще. В морду или еще в какое место…*
Человек просто не может страдать дольше, чем он может страдать:исчерпав свои возможности, мы вольно или невольно переключаемся на другие дела, и это-величайшее из благ.
Практика всегда гораздо глупее, чем теория, но значение имеет только она - наша подлинная живая нелепая жизнь. Что с нами происходит и как мы себя в связи с этим чувствуем - это действительно важно. А рассуждения по этому поводу недорого стоят, даже самые разумные.
Первой отраслью, в которой Япония завоевала мировое первенство, стало судостроение. Можно напомнить, что еще в годы Второй мировой войны под японским флагом ходили два крупнейших в мире линкора – «Ямато» и «Мусаси». Но можно напомнить и другое. Вплоть до середины прошлого века японцам разрешалось строить лишь деревянные шаланды грузоподъемностью не более сорока кулей риса. Спускать на воду более крупные суда было запрещено, дабы пресечь всякое общение с внешним миром. Но вот сильное землетрясение 1855 года застало у берегов Японии русский фрегат «Диана». Корабль был разбит гигантской волной и затонул. Команде удалось спастись. Русские моряки попросили позволения построить небольшую шхуну, чтобы вернуться на родину. Власти не только дали им такое разрешение, но и прислали лучших плотников. Внезапный интерес к зарубежному опыту был следствием происшедших незадолго до того событий.
У художника Хиросигэ в серии «Пятьдесят три станции Токайдо» есть картина под названием «Канагава». Хиросигэ изобразил тихую бухту, рыбачьи паруса, задумчивые зеленые холмы – место нынешней Иокогамы. Именно там незадолго до «Дианы» появилась американская эскадра коммодора Перри. «Черные корабли», как их прозвали в народе, возвестили об угрозе вторжения заморских колонизаторов. Перед страной встала срочная необходимость создавать современный флот. Судьба «Дианы» давала удобный случай поучиться. Любопытно, что чертежи, по которым строилось первое в Японии килевое судно, были сделаны рукой русского морского офицера Можайского – будущего изобретателя самолета.
- Забери, пожалуйста, это недоразумение, которое по ошибке считается моей сестрой.
...поверь мне, эту девицу может выдержать только Ирга с его стальными нервами любителя покойничков. Тем более у него много лет практики.
именно он, ребёнок, больше всех страдает, видя несчастных родителей.
День прошел, как и вообще то проходят дни, я убил, я тихо сгубил его своим примитивным и робким способом жить.
...будучи слепым, ты имеешь только смутное представление о том, как на самом деле выглядит мир с его полутонами и контрастами, но, обретая дар видеть, осознаешь полноту происходящего вокруг и уже никогда не сможешь стать прежним.
На девочку не претендую, да и она красноречиво высказалась насчет своих расовых предпочтений. Ректор покачал головой, но промолчал.
К дареному коню седла не просят...
— А вы... Вы не?... — спрашивает старик. — Нет, — отвечает Ева, — нет, мы не... Видите ли, ставок больше нет. Заново жизнь не начнешь.
Один взмах крыльев бабочки, может вызвать стихийное бедствие. Одна случайная фраза может изменить, чью-то жизнь.
- Православная наша вера, русская... она, милок, самая хорошая, веселая! И слабого облегчает, уныние просветляет, и малым радость.