Цитаты

— Ты не хочешь меня исцелить. Никто не хочет мне помочь — ни бог, ни сатана, ни ангел, ни человек! — закричал Иов.
— А ты сам?
— Что я?
— Ты же сам не хочешь!
— Что?
— Кто может помочь тебе, раз ты сам не хочешь?

кто я такая, чтобы мешать людям не работать их работу?

На конкурс красавиц требуется чудовище

Наталья Самсонова

Дилогия. Книга 1. Крылатая невеста должна иметь: диплом, титул, сильный колдовской дар и неиспорченную репутацию. У меня нет диплома, я дочь окраинного барона и мой дар… Он как бы сильный, но есть там пара нюансов. И пса-компаньона я призвала не слишком законным методом, что несколько очерняет мою репутацию… Вот только ректор выдал мне диплом раньше времени, ведь я, по его мнению, идеальное «чудовище» для свадебного отбора. Настоящие крылатые невесты, видите ли, слишком сильно волнуются и им...

Жить - значит мечтать.

Бен-Гур

Льюис Уоллес

Эпоха Римской империи, эпоха Пришествия Спасителя. Знатного гражданина Иуду Бен-Гура предал его лучший друг – римский трибун Мессала. Бен-Гур был осужден и долгие годы провел в рабстве, мечтая о возвращении домой. Он преодолел немало испытаний – и наконец судьба ему улыбнулась… Но ни долгожданное возвращение на родину, ни месть бывшему другу не подарили Бен-Гуру счастья. Ведь для обретения настоящей свободы всегда нужно нечто большее, чем возмездие…

Суд всегда совершается очень быстро, если судья заранее вынес приговор

Надо смотреть вперед и не оглядываться больше назад.

В тени охотника 1. Перекрестье дорог

Елена Самойлова

Так устроено в Срединном мире, что быль со временем превращается в легенду, а потом всего лишь в сказку, рассказанную бродягой у костра. В красивую и пугающую сказку о чудовищах из Сумерек, что наблюдают из каждой тени, о потомках этих чудовищ, ставших «малым народцем», и о таинственных спутниках, что могут одним своим присутствием увеличить силу смертного волшебника… Молодой чародейке Арайе придется на собственном опыте узнать, сколь велика доля правды в таких сказках – и ценой этого знания...

– Ты чего устроил, Кит? – поглубже вдыхаю я.
– Мне не нравится, как он на нее смотрит. Я же «муж».
– А мне не нравится, как ты на нее смотришь. «Муж» у нас тут Я. Причем и ее, и твой. Пока команды целовать нет, не целуешь. Есть вопросы?
– Нет, Дорогой…

Траблшутер

Янка Рам

Захар Волков – траблшутер, искусно решающий чужие проблемы и коллекционирующий свои. Море харизмы, сомнительная мораль, неординарный ум, ирония, решительность, подкованность и бронебойная прививка от романтики. Фея – утонченная барышня со стержнем внутри, в силу обстоятельств попавшая в рабство к Волку. Очаровательный мерзавец и неприступная Софья. Раунд первый, в котором проиграют все. Содержит нецензурную брань

Детство с годами начинает напоминать чужую страну, в которой мы когда-то выросли.

Когда мы были сиротами

Кадзуо Исигуро

От урожденного японца, выпускника литературного семинара Малькольма Брэдбери, лауреата Букеровской премии за «Остаток дня» — изысканный роман, в котором парадоксально сочетаются традиции «черного детектива» 1930-х годов и «культурологической прозы» конца ХХ — начала XXI века. Известнейший детектив, интеллектуал Кристофер Бэнкс с детства мечтает раскрыть тайну исчезновения своих родителей — и наконец ему представляется возможность сделать это, в очень неспокойное время отправившись по маршруту...

По моему мнению, не считая тех, чье участие незначительно, в войне не выживает никто; люди на выходе — не те, что вошли.

Страх ничем не уймешь.

Проклятие рода Расмуссенов. Словно ступни у нас прилеплены задом наперед; думаем, что спасемся от самого жуткого страха, а на деле-то бежим прямо к нему.

Дэмономания

Джон Краули

«Когда кончается мир, для каждой живой души он кончается по-своему», — утверждает Краули. Так, для героев «Дэмономании» повседневные заботы волшебным образом трансформируются в нечто запредельное, выявляя силы, светлые и темные, что управляют их жизнью. Историк Пирс Моффет, думая, что пишет книгу о магии прошлого, открывает для себя магию настоящего. Его новая любовь Роз Райдер, живущая словно во сне, оказывается в секте, где ей сулят избавление от терзающих ее демонов. А маги эпохи Возрождения...

– Правила всегда пишутся после того, как был неприятный опыт.

Предатель. Цена ошибки

Ая Кучер

- Это моя новая жена, - мой муж обнимает свою любовницу, смотрит на меня без жалости. - А с тобой я развожусь. Ты - пустышка, которая не может родить мне ребенка. - Демид... - зову мужа, не веря, что он поступает так со мной. - Уходи, Лиза, ты мне надоела. - А если бы я была беременна... - Пошла бы на аборт. Я сегодня хотела сделать сюрприз мужу - сообщить о своей беременности. Такой долгожданный малыш... Но Демид сам сделал мне сюрприз. Привёл в дом беременную любовницу, отказавшись от...

Принципиальный вопрос в связи с каждым рождением решается так: или — или. Третьего не дано. В момент ослепительного появления на свет никто не восклицает: «Это человек!» Нет: «Девочка!», «Мальчик!». Розовое или голубое — минимальное расширение фордовской формулы: «Можете получить машину любого цвета при условии, что он будет черным». Пола только два. Я был разочарован. Если человеческие тела, умы, судьбы так сложны, если мы свободны как ни одно другое млекопитающее, почему так ограничен выбор?

В скорлупе

Иэн Макьюэн

«В скорлупе» — история о предательстве и убийстве, мастерски рассказанная одним из самых известных в мире писателей. Труди предала своего мужа Джона — променяла утонченного интеллектуала-поэта на его приземленного брата Клода. Но супружеская измена — не самый ужасный ее поступок. Вместе с Клодом Труди собирается отравить мужа. Вам это ничего не напоминает? Труди — Гертруда, Клод — Клавдий… Ну конечно, Макьюэн написал роман, в первую очередь вызывающий аллюзии на «Гамлета». Но...

...подумать страшно, на какие страдания обрекает себя человек, отринувший покой домашнего очага и ввязавшийся в безумные авантюры.

Книга имен

Жозе Сарамаго

Сеньор Жозе — младший служащий Главного архива ЗАГСа. У него есть необычное и безобидное хобби — он собирает информацию о ста знаменитых людях современности, которую находит в газетах и личных делах, находящихся в архиве. И вот однажды, совершенно случайно, ему в руки попадает формуляр с данными неизвестной женщины. После этого спокойствию в его жизни приходит конец…

Есть что-то вневременное и общечеловеческое в облике фермера, обозревающего погубленный урожай. Его фигура могла бы быть иероглифом, символом, нацарапанным на клочке папируса и содержащим бессмертное определение бесплодного отчаяния - "Облом".("В поисках тайной пирамиды: 1. Сафари - это хорошо")

Когда явились ангелы (сборник)

Кен Кизи

Кен Кизи – автор одной из наиболее знаковых книг XX века «Над кукушкиным гнездом» и психоделический гуру. «Когда явились ангелы» – это своего рода дневник путешествия из патриархальной глубинки к манящим огням мегаполиса и обратно, это квинтэссенция размышлений о страхе смерти и хаоса, преследовавшем человечество во все времена и олицетворенном зловещим призраком энтропии, это исповедь человека, прошедшего сквозь психоделический экстаз и наблюдающего разочарование в бунтарских идеалах 60-х. ...

Здоровая паранойя удлиняет жизнь…

Курсант

Василий Горъ

Альтернативная Российская Империя - мир, разбежавшийся с нашим в начале XII века благодаря появлению магии. Одаренные воюют за все, что можно и нельзя, ибо, по их мнению, Сила решает все. Впрочем, конфликты между ними - далеко не самое страшное: в этом мире воюют и государства. Как водится, за жизненное пространство, ресурсы и рынки сбыта. А эти войны перемалывают не десятки или сотни, а миллионы жизней...

Он испытал странную усталость и растерянность при мысли о том, что женщина, выбранная им впервые в жизни, дрейфует в стоячей гонконгской воде в отражении тусклых огней и что ради этого мгновения он прошел по морю 1600 миль.

Моряк, которого разлюбило море

Юкио Мисима

Юкио Мисима — анфан-террибль японской литературы, безусловный мировой классик и писатель, в своем творчестве нисходящий в адовы бездны и возносящийся на ангельские высоты. Самый знаменитый и читаемый в мире из японских авторов, прославился он в равной степени как своими произведениями во всех мыслимых жанрах (романы, пьесы, рассказы, эссе — более ста томов), так и экстравагантным стилем жизни и смерти (харакири после неудачной попытки монархического переворота в день публикации своего последнего...

— Послушайте, этот человек — мой бывший муж, и он мертв.
— Н-да. Я вот своей бывшей просто отдал дом и бизнес, но так и впрямь дешевле.

Он так и не понял, что способность совершать ошибки не делает человека уродом.

Дэниел Мартин

Джон Фаулз

«Дэниел Мартин», Книга, которую сам Фаулз (31.03.1926–05.11.2005) называл «примером непривычной, выходящей за рамки понимания обывателя философии» и одновременно «попыткой постичь, каково это — быть англичанином». Перед вами — британский «сад расходящихся тропок». Фаулз — величайший прозаик нашего времени У него удивительное чувство слова, мастерское владение литературным языком и поразительный дар создавать поистине волшебные строки. «Дэниел Мартин» — настоящий tour de force, взрыв...

Маг резко встал и, сделав два шага навстречу, присел возле неё на корточки.
– Не надо, дитя, не плачь.
– Я не плачу, – внезапно подняла голову Айра и взглянула совершенно сухими глазами, в которых ещё тлели слабые сиреневые искры. – С тех пор я разучилась плакать, лер. Во мне что-то умерло тогда. Быть может, я сама умерла? Не знаю. Порой мне кажется, что это именно так.
– Ты жива, дитя, – успокаивающе сжал её ладонь директор. – Что бы ни случилось, ты ещё жива. И твои родные тоже живы... в тебе. В твоей памяти и твоём сердце. Они всегда останутся там, что бы ни случилось, и когда-нибудь ты услышишь их голоса, звучащие совсем рядом. Буквально за плечом.

Смерть — наш жребий, всего талантливее мы в истреблении.

Роккаматио из Хельсинки

Янн Мартел

«Четыре рассказа этого сборника представляют собой лучшее из моей писательской юности, — пишет об этой книге сам автор. — Они имели успех. Получили всякие премии. Рассказ „Роккаматио“ был инсценирован и экранизирован, „Вариации смерти“ также имеет одну кино- и две театральные версии. Впервые опубликованный в 1993 году в Канаде, сборник был издан в шести зарубежных странах». «Роккаматио из Хельсинки» — блестящий дебют букеровского лауреата Янна Мартела. Книга, поражающая искренностью, накалом...

Громко кричишь, потому что язык твой неубедителен и ты хочешь перекрыть голоса других.

Отчаянная скука богачей... Скука, имеющая силу скорее разрушительную, чем созидательную. Она не реже, чем нужда, толкает людей на злодейство.

. Чем старше становишься, тем больше хочется упростить свою жизнь.

Дар дождя

Тан Тван Энг

Этим романом, который сравнивают с книгами Соммерсета Моэма и Грэма Грина, Тан Тван Энг триумфально вошел в литературу. Главный герой, Филип Хаттон, сын англичанина и китаянки, чувствует себя одиноким – он чужак даже в собственной семье. Знакомство с японцем Эндо-саном переворачивает его жизнь. Эндо-сан становится ему наставником и учителем. Между тем начинается Вторая мировая война. Японцы, захватившие остров, на котором жила семья Филипа, жестоки и безжалостны. Их жертвами становятся в том...

Иногда же огр утаскивал в хмарь ребёнка. В те времена приходилось философски относиться к подобным бесчинствам.

Боль, бессмысленная сама по себе, становится значимой, только когда мы сближаемся.

Прикосновение

Дэниел Киз

Барни и Карен были счастливы, пока не стали жертвами радиоактивного заражения. Одно прикосновение – и смертоносная зараза проникла в их дом и во все остальные дома, куда они заходили. Они стали изгоями в своем городе, в семьях своих близких и соседей. И самое страшное – именно сейчас, когда их жизнь на волоске, Карен после многих неудачных попыток наконец смогла забеременеть. Барни понимает – радиация не оставила им шанса на счастливую жизнь. Но Карен верит, что ее любовь к неродившемуся...