Одинокая, коленопреклонённая фигура — казалось капитану — заключала в себе всю усталость мира.
Им предстоял непростой разговор. Рудольф обладал одним качеством, которое Агату одновременно восхищало и раздражало: он был порядочным человеком.
Преступление – независимо от того, совершаешь ли ты его сам или борешься с ним, - это ремесло, требующее интуиции и опыта.
– Смелая девушка! – похвалил один из магов отряда быстрого реагирования. – Что сегодня вечером делаете?
– Заклинания учу! – рявкнула в ответ ещё не отошедшая от битвы Бригитта.
– Твою бы энергию да в мирное русло, Норс! – констатировал Андре. – Как тебе вообще мысль о лаке для волос в голову пришла?
Важности в позе девушки поубавилось.
– Ну, я просто вспомнила, лак – он ведь липкий, – буркнула она. – Думала, брызну, у комаров крылья и склеятся…
– Склеятся?! Ты им крылья склеить пыталась?!
– Ну… всё равно сработало же…
Тут уж к нашему смеху присоединился гогот боевых магов. Даже Себастьян пару раз как-то нервно кашлянул.
Судьба не отворачивается надолго от тех,кто имеет мужество с ней бороться.
- Прости меня.
Никогда за всю жизнь он не говорил такого всерьез. Без издевки, без легкого налета пренебрежения и игры. Все его извинения звучали в лучшем случае как флирт или насмешка, в худшем - как очередное оскорбление. Слова обладают невероятной силой, но только если их произносишь искренне. Сегодня он испытал это на своей шкуре.
Агнесса ответила ему нежным взглядом.
- Уже простила, - она поцеловала его ладонь. - Я сама виновата. Нужно было сразу все рассказать.
Уварова облизнула пересохшие губы и прижалась к нему.
- С тобой я быстро оценю свои способности.
Он хмыкнул, понимая, на что она намекает. Дар исцеления в самом деле весьма необычен: лекари справлялись с ранами или недугами значительно быстрее, чем любой другой человек.
- Будешь дразниться - утоплю в ванной.
- Тогда не буду, - искренне рассмеялась Агнесса. - Оживление мы не проходили.
Вечер прошёл чудесно. Родители пилили, Лиза подкалывала, бабушка жалела.
Леонардо считал, что в мире не существует четких границ. Сама жизнь – это постоянное движение и взаимопроникновение.
Каждый запирает себя в клетке, сделанной собственноручно
– Уходи, – с губ сорвалась почти мольба. – Пожалуйста. – Не могу, – с сожалением покачал растрепанной головой Влад и накрыл мои ладони своими, сжал. Стало тепло. – Почему? – спросила тихо. – Потому что мои чувства взаимны, ты просто боишься в этом признаться.
В целом все прошло в рабочем режиме, семьдесят процентов учащихся подтвердили свою годовую оценку, двадцать процентов улучшили, и только десять ухудшили, что, по счастливому стечению обстоятельств, полностью совпало с присланной еще до экзаменов допустимой статистикой.
(...) краток и смутен сон алкоголика, ни сна ни отдыха измученной душе...
чтобы проиграть, надо сначала сдаться
Мы с Уиллом делим домашние обязанности по половому признаку. Машины и дом на нем, а я занимаюсь готовкой и уборкой. Такое разделение труда устраивает нас обоих. В колледже я была феминисткой, но замужество научило меня быть практичной. Готовить лазанью гораздо приятней, чем чистить канавы.
Как все запущено! Значит, таки чувствуешь. Слушай, если он вернулся и варится во всем этом, значит, вы встретитесь еще не один раз. А по закону подлости, вселенная будет сталкивать вас все чаще и чаще
Приготовься быть ловким и безжалостным. Она полюбит тебя.
Все мелкие неурядицы я воспринимала с юмором. И потом, какая ведьма боится пакостей? Как известно, зараза к заразе не липнет!
Виктория не просто знает, как правильно пишутся слова, но и умеет вычислить, что стоит за словами. Для нее «цепляться к словам» – это не образное выражение, а профессия
А гнев - это роскошь, которую я не могу себе позволить. Ибо тогда я слепну, кровавая пелена заволакивает мне глаза, и, подобно великому Гюставу, я слышу скрип скамей в судебном заседании.
Ничто в сущности, не принадлежит нам, кроме прошлого...
Платье тяжело давит на плечи; Данте не зря писал о свинцовых мантиях лицемеров. Разве не лицемерие - выходить за одного, когда сердце отдано другому ?
Куда нас несет судьба, днем ли, ночью ли, во тьме или при ярком свете? Никто не знает.
Нельзя обрекать детей на жизнь в этом мире. Нельзя вековечить страдания и плодить похотливых животных, у которых нет прочных чувств, одни лишь порывы, причуды, швыряющие их по волнам.
Самое тяжелое в предательстве то, что, несмотря на всю боль, ты не перестаешь любить обманувшего тебя человека.
Жить стоит только тем и верить стоит в то, за что стоит бороться и умереть; ибо смерть есть истинный и высший критерий для всех жизненных содержаний.