Либо еда - в зависимости от того, какова она на вкус, каким функциям служит, - оправдывает процесс, при помощи которого она оказывается на тарелке, либо нет.
Вот одно из главных преимуществ холостой жизни: можно заниматься чем вздумается и когда вздумается.
Женщина должна быть хрупкой, беспомощной... хотя бы с виду.
Иметь фанатов жутковато. Они не знаю меры ни в обожании, ни в ненависти. Один неверный шаг - и ликующая толпа превращается в стаю разъярённых шакалов
«Представители среднего класса считали, что их налоги уходят на помощь матерям-подросткам и людям, которые слишком ленивы, чтобы работать». О том, что социальные программы забирали лишь крохотную часть налогов, в то время как военные расходы поглощали значительный их кусок, большая часть общественности не знала и политики не стремились информировать ее об этом».
Сашка маленьким был очень смешной и трогательный. Вокруг него всегда кружилось много людей, ему уделялось много внимания, рос он в полном обожании.Когда он пошел первого сентября в школу, мы в шесть рук пытались на него надеть нашу советскую школьную форму и застегнуть форменные штаны на все пуговки. Так как он сын знаменитых родителей, ему дали колокольчик, чтобы он возвестил звонком начало учебного года. Школа напротив, через дорогу. Но он идти туда категорически не хотел: полный нос соплей, к тому же совершенно не проснувшийся. И единственное, что он родил в то утро — это фразу, что он хорошо учиться все равно не будет. Он так мне и сказал: «Я предупреждаю тебя сразу». Надо отдать ему должное, слово свое он сдержал. Долгие годы это было единственным, в чем у него проявлялся характер и стойкость.
Некоторые люди, не обладая сами гением, имеют замечательную способность вызывать его в других.
Может быть, тому, что есть люди, которые окружают себя высокой стеной, а сами мечтают, чтобы вы ее разрушили, и если вы этого не сделаете, то никогда не узнаете по-настоящему человеку, который за ней живет.
— Агов, леді! — гукнув водій. — Ви ледь не вбилися. — У цьому і є смак життя, — засміялася вона.
Молодость бесстрашна, потому что жизнь еще не била их, и им кажется, что они могут изменить мир своей погоней за истиной. Не подозревая, что истина не одна. Позже те, кто выживут, узнают страшную тайну бытия, о том, что правда у каждого своя, но это будет после тысячи синяков и ушибов, которые нанесет им судьба.
"Превосходные поплавки можно делать из деревянных яиц, счистив с них краску, оклеив полосками коленкора и окрасив масляной краской; в тупом и остром концах просверливается или прожигается по отверстию, и через яйцо наглухо пропускается палочка с колечком на нижнем конце."
В человеке, который нам по-настоящему дорог, нам дорого все - даже его недостатки. Без них он не был бы самим собой, а значит, не имел бы тех качеств, которые привязывают вас к нему.
Что такое здоровье? Это когда каждый наш орган работает правильно и без сбоев. Они имеют каждый свою вибрацию и выделяют энергию, а вместе это создаёт ауру вокруг нашего тела.
Неужели мир так тесен, чтобы в нем не нашлось для нас места?
Налоговое законодательство превратит всю нацию в счетоводов. Жизнь каждого гражданина становится бизнесом. По-моему, это едва ли не худшее толкование смысла жизни за всю историю. Человеческая жизнь не бизнес.
После аварии, превратившей Райма в калеку, Терри Добинс, врач-психолог из полиции Нью-Йорка, объяснил, что у него могут возникнуть мысли о самоубийстве. Но толкать на это его будет не отчаяние. Отчаяние всего лишь лишает человека сил; главной причиной самоубийств является смертельный сплав безнадежности, тревоги и паники.
Она была поистине стальной, и он тотчас почувствовал, в чем ее сила — в силе блюсти свою выгоду.
Объясни нам, старейшина, зачем ты поднял нас так высоко над землей, а к небу ничуть не приблизил?!
All men are poet-murderers in their souls, ashamed to bleed it out.
Эх, если бы я был царем или паном великим, я бы первый перевешал всех тех дурней, которые позволяют себя седлать бабам...
— Хиун-ху, — повторил он. — В Европе их называли — гунны. Был такой народ и одно из его племен китайцы называли тю-ке — тюрки.
Он замолчал. По площади с шумом проехал первый бесформенный зеленый автобус.
— Тю-ке, — продолжил он, — было мощное племя, они воевали против китайцев, которыми правил мудрый Ши-Хуан-Ди. Чтобы защитить свой народ от варваров он построил Великую Китайскую стену. Но и это не помогло, варвары приставили лестницы, перелезли через стену и переняли у них индокитайскую музыкальную гамму.
Джон Ролланд поправил галстук и почувствовал себя готовым к новым приключениям. Над площадью Вашингтона разлились первые лучи бледного солнца.
— Эти дикие звуки, — говорил он дальше, — дикий народ принес к берегам Средиземного моря. Только через годы возник священный дом Османов и дворец Йылдыз на Босфоре.— Хиун-ху, — повторил он. — В Европе их называли — гунны. Был такой народ и одно из его племен китайцы называли тю-ке — тюрки.
Он замолчал. По площади с шумом проехал первый бесформенный зеленый автобус.
— Тю-ке, — продолжил он, — было мощное племя, они воевали против китайцев, которыми правил мудрый Ши-Хуан-Ди. Чтобы защитить свой народ от варваров он построил Великую Китайскую стену. Но и это не помогло, варвары приставили лестницы, перелезли через стену и переняли у них индокитайскую музыкальную гамму.
Джон Ролланд поправил галстук и почувствовал себя готовым к новым приключениям. Над площадью Вашингтона разлились первые лучи бледного солнца.
— Эти дикие звуки, — говорил он дальше, — дикий народ принес к берегам Средиземного моря. Только через годы возник священный дом Османов и дворец Йылдыз на Босфоре.
- Знаете, как вам удалось поймать меня, Уилл?
- До свидания, доктор Лектер. Вы можете звонить по номеру, записанному на обложке дела. Мне все передадут.
Грэм пошел по коридору.
- Знаете почему вы поймали меня?
Грэм уже исчез из виду и быстро шагал к стальной двери.
- Вы поймали меня, потому что мы с вами одинаковые!
Если у тебя нет ни одного человека, который способен заставить тебя страдать, значит, ты действительно один на белом свете.
– Тоже верно. Я все эти дни думал о тебе…
– Неудивительно, я же красавица.
– Кто бы спорил, – улыбнулся он. – Кстати, сколько тебе лет?
– Такие вопросы девушке не задают.
– Нет, серьезно. Лет двадцать пять, да?
– Восемнадцать. Просто выгляжу хреново. Пороки одолели. Здоровье ни к черту, то печень прихватит, то легкие.
– Занятная ты девица. Живешь по своим законам, да? Сама по себе? Пария по собственной воле?
– Какие ты слова-то знаешь, – улыбнулась я. Разговор мне, понятное дело, не нравился, но и обострять ситуацию не хотелось, и я решила все свести к шутке. – Я вроде суверенного штата, и в пределах своих границ не признаю ни одно правительство.
терпеть не могу, когда врачу случай кажется интересным. Это значит, что диагностика будет долгой, а лечение дорогостоящим. Да еще и пройдет все не от того, что доктор пропишет, а от случайного стечения обстоятельств.