Они оставались друзьями. Друзьями, которые улыбаются друг другу дольше, чем следует.
- А как зовут вас, прекрасная незнакомка, я смогу узнать?
- Сможете, но стоить это будет сто баксов.
Бедняга аист стоял и уныло озирался кругом.
- Ишь какой! – сказали куры.
А индейский петух надулся и спросил у аиста, кто он таков; утки же пятились, подталкивая друг друга крыльями, и крякали: «Дур-рак! Дур-рак!»
Аист рассказал им про жаркую Африку, про пирамиды и страусов, которые носятся по пустыне с быстротой диких лошадей, но утки ничего не поняли и опять стали подталкивать одна другую:
- Ну не дурак ли?
- Конечно, дурак! – сказал индейский петух и сердито забормотал.
Аист замолчал и стал думать о своей Африке.
- Какие у вас чудесные тонкие ноги! – сказал индейский петух. – Почём аршин?
- Кряк! Кряк! Кряк! - закрякали смешливые утки, но аист как будто и не слыхал.
- Могли бы и посмеяться с нами! – сказал аисту индейский петух. – Очень забавно было сказано! Да куда там, для него это слишком низменно! И вообще нельзя сказать, чтобы он отличался понятливостью. Что ж, будем забавлять себя сами!
И куры кудахтали, утки крякали, и это их ужасно забавляло.
Эд отлично знал, что ранняя смерть нередко являлась ключом к последующему признанию (не говоря уже о повышенных гонорарах).
"Конечно, так держать катану не пологается, но мой учитель, сэнсэй Йедо, всегда говорил, что жизнь важнее правил.""- Он угрожал вам пистолетом? - удивился Сатана.""Он молча сказал мне то, что я всегда хотела услышать.""Этоже демон-бюрократ; подумать только, даже в аду есть своя канцелярия."
В Германии перефразировали принцип Рузвельта в международных делах — «говори мягко, но держи большую дубину» на тевтонский вариант: «Ори и имей наготове большую пушку».
Все ценится, когда приходит нужда. Для человека, умирающего от жажды, вода дороже золота. Тонущему вода — бесполезный и ненужный дар.
... кафе с удивительным названием "Мезальянс"... Между прочим, кафе это среди прочих услуг предлагало организацию свадебных торжеств.
Даже "плохие" вампиры неуклонно верны погибшему любовнику и, не отступая, мстят за него, пока не погибнут сами. А уж про "хороших" вампиров и говорить нечего!
Просто определённые вещи делать нельзя. Иначе будет противно смотреть на себя в зеркало.
Те вещи, которые просты и понятны женщинам — мужчинам приходится растолковывать с применением большой дубинки. И наоборот. Нечто само собой разумеющееся для мужчин, женщины не замечают, пока оно их по голове не стукнет. Три раза подряд.
Легче найти знакомую рыбку в океане, чем человека в этом людском водовороте.
..он определил цивилизацию, как «искусство сделать доступным всему обществу то довольство и покой, которым пользуется добродетельный и благоустроенный семейный дом».
Один талант всегда зажигается о другой, потом от него зажигается второй, от второго - третий и получается милый такой, бесконечный пожарчик, протяженностью в века.
Воображение — это действующие образы.
– Сердце у меня болит, Серегей. Что с нами будет? Что будет с ней? Страх во мне теперь, брат. Раньше такого не было. Раньше у меня не было Элды – только Бог был и честь родовая. Ни Бога, ни честь отнять нельзя, Серегей. А ее – можно. Раньше я смеялся в глаза смерти. Бог сотворил нас смертными. Мы должны умирать. Иначе как бы мы возвращались к своему Творцу
Слёзы счастья. Самые красивые слёзы на свете.
Меня ничуть не радует встреча с соотечественниками на чужбине. Я делала вид, что не понимаю родного языка. Мне хотелось анонимности.
-А наш учитель истории всегда говорит, - заметила я, - что при ближайшем рассмотрении везение оказывается ничем иным, как результатом тщательной подготовки и усердной работы.
Родители не совершенны, но им не нужно совершенствоваться. И это очень мудро потому, что эти слова говорят о том, что вы принимаете людей такими какие они есть. Совершенных людей нет. Даже среди родителей.
«У каждого человека своя цена, скажите мне вашу и считайте, что мы договорились».
Дети должны уходить от родителей. Так должно быть. К тому времени, когда ты становишься родителем, ты должен уже пережить это. в чем бы ни была причина твоего ухода. Но родители не должны уходить от своих детей.
– Так, Лала, путь к сердцу мужчины лежит через что?
– Грудную клетку, наверное… на анатомии говорили…
И потом, в жизни есть такой период, когда любая связь становится предсказуемой, включая и ее деградацию: опыт запрещает нам искать новое чувство, убивает в нас свежесть блаженного неведения.
Мы об этом больше никогда не говорили. Разговоры на подушке имеют не больше значения, чем сны, и отличаются той особенностью, что могут легко забываться.