У НАРОДА, ИЗГОТАВЛИВАЮЩЕГО ТРЕУГОЛЬНЫЕ МУЗЫКАЛЬНЫЕ ИНСТРУМЕНТЫ, НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПРОСТОГО ИСТОРИЧЕСКОГО ПУТИ.
– Между двумя любящими друг друга людьми не может быть никаких табу.
В России цензурное ведомство возникло раньше литературы.
Есть положения, в которых будешь смешной, если придерживаешься слишком строгой морали.
Судя по рекомендациям западных доноров, может показаться, что демократия - некий продукт на экспорт: готово к употреблению, в удобной упаковке, можно пересылать по почте. Демократия становится сборной моделью из "Икеи" под названием "свободные и честные выборы", которую получатель легко соберёт на месте, пользуясь при необходимости прилагаемой инструкцией.А если собранная модель будет криво стоять? Или на ней неудобно будет сидеть? Или она будет разваливаться? Что ж, тогда виноват не далёкий производитель, а местный потребитель.То, что в неокрепших государствах выборы могут приводить к самым неожиданным последствиям (насилие, этнические волнения, преступность, коррупция...) отходит на второй план. О том, что выборы не приводят к демократизации, а даже, наоборот, ей препятствуют и разрушают её, ради удобства забывается. Каждая страна мира должна проводить выборы, и всё тут, несмотря на потенциальный collateral damage (сопутствующий ущерб). Вероятно, наш электоральный фундаментализм воистину принимает тут форму нового, всемирного евангелизма. Выборы - таинство этой новой веры, её неотъемлемый ритуал, в котором форма важнее содержания.
И вот скромные домашние хозяйки, трехлетние карапузы, неграмотные индейцы, дворяне, бюргеры, бедняки, бродяги, легкомысленные девчонки – все без разбору, во все века и эпохи, при любом повороте судьбы, в горе, радости и гневе, объясняясь в любви, сражаясь и умирая, говорят одним и тем же языком:"Передо мной встает проблема…""Это был мой последний шанс…""В этот роковой момент..."
Воображаемые друзья - как книги. Нас придумывают, нами наслаждаются, нам загибают страницы, нас мнут, а потом убирают до тех пор, пока мы снова не понадобимся.
Воспользуюсь вековой мудростью моего народа. С ее помощью он непобедимым стал и территориями огромными обзавелся. Так что теперь в остальном мире и побаиваются, и хулить не забывают, от зависти конечно. Я мудрость эта довольно проста: авось кривая вывезет.
Эфрит числится подданным страны Дэйгэ. А что остается делать, если поклонение духу солнца запрещено им самим? Предоставить духу гражданство…
Учиться – значит становиться умнее. А в школе все держится на зубрежке – надо запоминать всякую ерунду, вроде численности поголовья овец в Австралии. Тут сколько ни зубри, ума все равно не наберешься. Ум – если мыслить образами детства – это то, чем обладает Снусмумрик из семейства Муми-троллей. Таким мне и представлялся взрослый человек – спокойным, умным, находчивым, сообразительным.
«Когда ты выставляешь напоказ все, что внутри, люди смотрят на тебя косо. Никто никогда не говорил ей, что ликовать, плясать от радости и нести чушь – это по-детски, но она каким-то образом чувствовала, что так оно и есть.»Отрывок из книги: Кэтрин М. Валенте. «Девочка, которая воспарила над Волшебной Страной и раздвоила Луну.» АСТ, 2016-06-01T21:00:00+00:00. iBooks.
Этот материал может быть защищен авторским правом.
— Привыкнешь. В конце концов и замечать не будешь, — наконец выдавил он.
— Как? Это же останется навсегда, так и будет все время у меня на глазах.
— Вот именно, — подтвердил Маттиа. — Поэтому и перестанешь замечать.
А кто зверя видит и знает - тот неизбежно мудрый и в человечьих делах человек.
Я не должна была измениться. Не должна была повзрослеть.
Я слышала, как женщины пели: «Вырастить дочь и выдать ее замуж все равно, что вымостить прекрасную дорогу для других».
Привычка и частое упражнение в делах, слыхал я, приводят в совершенство. Когда желаем мы чему-нибудь научиться, то приступаем к нему весьма тупо, и оттого-то произошла пословица: "Первую песенку зардевшись спеть".
Юрист откашлялся:
– Забавная точка зрения, доктор Калгари.
– Я так не считаю. Нужно отвечать за свои действия, и не только за действия, но и за их результаты. Прошло два года, как я подобрал на дороге юного путешественника. И оказался звеном в определенной цепочке событий. Чувствую, что не могу из нее вырваться.
Я чувствую сильный запах соплей и плесени, исходящий от его свитера.
— Рыбка, мы настолько не в себе… Что просто не сможем найти никого лучше тех, чем мы сами.
Я люблю тебя, котёнок. Люблю так сильно, что это не передать никакими словами. Быть может, я сумел бы выразить свою любовь с помощью красок, но картина не влезет в конверт. И даже тогда это будет бледное подобие моих чувство. Силу моей любви не выразить никакими картинами, никакими мелодиями, никакими словами. И надеюсь, что ты всегда будешь ощущать мою любовь , даже когда меня больше не будет рядом, чтобы сказать тебе об этом.
Можно я сделаю ей харакири? Можно? Пожалуйста! Правда, мечи наверняка тупые. Ничего! Отпилим.
Нельзя всегда рассчитывать на содействие окружающих: рано или поздно поблизости никого не окажется.
— Мне не нравится, что ты обращаешься ко мне официально.
— Неофициально я обращаюсь только к самым близким созданиям.
А вообще я самоубийца, раз говорю такое высшему. А он мазохист, раз такое терпит. Вот и сейчас: помрачнел, но смолчал. Правильно! Думать надо было, прежде чем замуж брать без разрешения.
Знаешь, когда женщина взрослеет? – поинтересовалась Ринни, глядя на меня снизу вверх. – Когда у нее появляется мужчина. Настоящий мужчина
– Ты всегда мечтала летать под командой адмирала Айрона Вейнера, Кирюш, и я надеялась, что смогу увидеть тебя в мундире с символикой Илонесской армады… Хотела встречать тебя на космодроме после очередной победы. Ты ведь S-класс, Кира, ты одна из лучших на потоке, ты входишь в двадцатку первых кадетов Космического университета, ты так долго к этому шла… Не отказывайся от мечты, Киран, поверь, ни один мужчина этого не стоит. И ты не простишь сама себе, если не попытаешься, пойми.