I’ve always thought that everything ART says sounds sarcastic. If you were a human, I’m guessing it also sounded more than vaguely menacing.
Как говорил майор Уточкин: "Любое сборище девиц - это начало шабаша"
– Ой, как красиво! – Евгения мечтательно закатила сверкающие зеленью глаза и прижала ручки к груди. – А кто он такой? Наверное, модель, да? Хорошо бы модель! А то сейчас модели какие-то не разбери поймешь, то ли мальчик, то ли девочка. Тощенькие, тощенькие, личики свирепые у них такие.
- Заморочит глаза красота, но внутри лишь одна пустота.
Не раскусит кто блеск тот нарядный, будет обманут ей беспощадно.
Β животе заурчало, и я pешила, что стройная фигура – это, конечно, хорошо и замечательно, но зато чувство сытости дарит глубокое моральное удовлетворение.
Вот Гейгер не верит в коллективное движение к гибели, не видит для него рациональных причин. А причины-то бывают и иррациональные. Всё, всё, что гибелью грозит, для сердца смертного таит неизъяснимы наслажденья… Так оно, конечно, не всегда и не для всех людей (тут Гейгер прав), но – для большого их количества! Достаточного, чтобы превратить страну в ад.
— Не нукай. Я прекрасно знаю все то плохое, что есть во мне. У каждого человека внутри есть и злоба, и зависть, и другие пороки. Просто кто-то борется с ними, а кто-то пускает все на самотек, считая, что весь мир должен ковриком расстелиться у их ног.
Любить себя означает жить без страха. Не бояться, что кто-то осудит, скажет недоброе, не оценит по достоинству, не заметит хорошего. Любящий себя человек не теряет достоинства, когда слышит в свою сторону упреки, не отвечает грубостью на грубость, не ведется на провокации, продолжая следовать по своему пути молча, пребывая в гармонии.
Люди не рождаются с эффективными привычками. Они их приобретают в процессе своего развития. ... Привычки работают на силу ваших принципов.
чтобы не разочаровываться в мужчинах, нужно ими не очаровываться.
Когда мы единое целое, весь мир исчезает.
Он словно проникает не только в меня, но и в мое ДНК, бежит по венам.
– Вернемся к тому, где мы оказались. У нас нет защиты, нет оправданий, нет объяснения того, что случилось, и никаких шансов перенести процесс в менее враждебную обстановку. Тебя это устраивает?
В конце концов,я поступала в Драконью Академию,а не в Университет Управления,чтобы разбираться с бумажками и в сотый раз объяснять туповатым детям,как пишется их фамилия.А то,что девкой уродилась,так это случайно.
Сколько бы воды не припас, а первого января вечно оказывается, что недобор.
Когда начинаешь выбрасывать ненужный хлам, главное – не начать его рассматривать
Я мечтал о том, чтобы изменить свою обычную жизнь, но моя жизнь никогда не была обычной. Просто я не замечал, насколько она необычна.
Да почему, в конце концов, каждому своему действию я должен придумывать предлог?
Неправильно ты, дядя Фёдор, бутерброд ешь. Ты его колбасой кверху держишь, а его надо колбасой на язык класть. Тогда вкуснее получится.
- Я - бизнесмен, - заявил он ей однажды. - Ни больше ни меньше.
- Ты вор, Каз.
- Разве я сказал не то же самое?
«Валериана прекрасно успокаивает. Всего пять капель на бутылку виски – и нервы как канаты».
зачем стучал Зарецкий – из принципиальных соображений? Так ведь не было у него принципов (и соображений, подозреваю, тоже). Деньги? Да никто их ему не давал. Он ведь и сам мне по пьяни сказал, что не знает, отчего стучал. А я знаю: от переизбытка дерьма в организме. Оно, это дерьмо, росло в нем и ждало общественных условий, чтобы выплеснуться. Вот и дождалось.
...время — самый жестокий враг. Когда надо — ползет, как черепаха, а когда умоляешь его повременить — летит со скоростью звука.
Нет у предательства сроков давности, как и у боли его нет. Она бессмертная и беспощадная в своей непредсказуемости. Когда вдруг набрасывается диким, голодным зверем и треплет добычу пока кости не начинают хрустеть и слезы не кажутся кровавыми.
на тех, чьё мнение безразлично, не обижаются.
отец нацепил на лицо маску профессионального диплoмата. Такой даже если улыбнется, то все равно унизит.