Цитаты
286285
Суровый мужик, борода с сединой, взгляд волчий, оскал собачий, а чуйка как у срущей кошки! Что бы последнее не значило… Это слова его сотоварищей, не мои.
Я прошёл через жернова Хаоса и переродился в новом мире.
Теперь я сокрушитель монстров, сильнейший маг и обладатель самой чарующей улыбки, от которой почему-то падают в обморок все враги. Чем меня можно удивить, да?
Я тоже так думал.
Но затем устроился учителем в академию и понеслось...
в одиночестве, без поддержки близкого, бороться с перипетиями судьбы возможно, но это тяжело и часто приводит не к тому результату, к которому стремишься…
Никогда не знаешь в какой момент твоя привычная жизнь может круто измениться. И вот ты уже не разменявшая четвёртый десяток женщина, а молодая девушка в чужом мире. Александра Пембертон - единственная дочь, любимица отца и старших братьев. Но стоило только привыкнуть к людям, волею неведомых сил, ставших тебе семьёй, как моя жизнь снова делает крутой поворот. И я без оглядки отправляюсь в бега, скрываясь от тех, кто уничтожил моих близких… вот только тот, кто посмел покуситься на ставших мне...
— Я когда-то охотился в Сибири, — заговорил он задушевным голосом, искренне, однако и на этот раз не мог обойтись без некоторой рисовки, ибо перед ним была красивая женщина. — Там водятся белые куропатки, любимая дичь для господского стола. Весною эти птицы постепенно меняют свой наряд в серый цвет. Только у самки это происходит быстрее, чем у самца. На серой земле она сидит на яйцах, незаметная для других. А он в это время все еще продолжает оставаться в зимнем оперении. Поодаль сторожит свою подругу, белый, точно ком снега, и отвлекает от нее всех врагов. Таким образом, все удары судьбы принимает только на свою голову. Вот у кого нам, мужчинам, надо поучиться.
Алексей Силыч Новиков-Прибой — русский советский писатель-маринист, лауреат Сталинской премии второй степени. Творчество писателя развивалось в русле русской реалистической литературы, продолжая традиции классической «морской» литературы.
В данное издание вошли четыре повести на морскую тематику: «Море зовет», «Подводники», «Женщина в море» и «Ералашный рейс».
Самохин вышел из каюты и сразу окунулся в тьму, точно в безмерную банку с чернилами. Ветер рвал блузу, трепал волосы и, надрываясь, нескладно выл в самое ухо. Море шумело, наваливалось на судно волнами и плевалось прямо в лицо машиниста. Самохин обиделся и тоже начал плеваться, стуча себя в грудь железным кулаком:
— Не покорюсь! По колено в крови буду стоять, а не покорюсь!
Алексей Силыч Новиков-Прибой — русский советский писатель-маринист, лауреат Сталинской премии второй степени. Творчество писателя развивалось в русле русской реалистической литературы, продолжая традиции классической «морской» литературы.
В данное издание вошли четыре повести на морскую тематику: «Море зовет», «Подводники», «Женщина в море» и «Ералашный рейс».
Маленькая женщина своими улыбками, обещающим взглядом золотистых глаз, зовущими губами, внезапно вспыхивающим румянцем на щеках опрокидывала сильных и мускулистых мужчин. Командный состав и матросы при встрече с нею точно пьянели, как пьянеет весной все живое от молодой зацветающей земли. В этом было виновато море. Это оно, то сверкающее, как синяя парча в солнечных узорах, то вскипающее в штормах и циклонах, превратило Таню в какое-то божество, а мужчин — в идолопоклонников.
Алексей Силыч Новиков-Прибой — русский советский писатель-маринист, лауреат Сталинской премии второй степени. Творчество писателя развивалось в русле русской реалистической литературы, продолжая традиции классической «морской» литературы.
В данное издание вошли четыре повести на морскую тематику: «Море зовет», «Подводники», «Женщина в море» и «Ералашный рейс».
Она прильнула ко мне, как море к берегу.
— Сеня! Милый мой подводник! Разве ты не видишь — с тоски по тебе я извелась вся? Днем не сплю, а по ночам не ем…
И обдала меня смехом, словно волна светлыми брызгами.
Алексей Силыч Новиков-Прибой — русский советский писатель-маринист, лауреат Сталинской премии второй степени. Творчество писателя развивалось в русле русской реалистической литературы, продолжая традиции классической «морской» литературы.
В данное издание вошли четыре повести на морскую тематику: «Море зовет», «Подводники», «Женщина в море» и «Ералашный рейс».
В этот день, гуляя по берегу, я понял, что мне трудно жить на земле. Море зовет меня, зовет властно своим простором, своей свободной стихией, своими ароматами, криками чаек, торжественными гудками отходящих пароходов. И хотя я знаю, что там, за хрустальным горизонтом, за раскинувшейся ширью, за гранью голубого купола, опрокинувшегося над такою же голубою равниной вод, встречусь с такими же берегами, застроенными всевозможными зданиями, заселенными заботливыми людьми, но все равно меня неодолимо тянет туда.
Алексей Силыч Новиков-Прибой — русский советский писатель-маринист, лауреат Сталинской премии второй степени. Творчество писателя развивалось в русле русской реалистической литературы, продолжая традиции классической «морской» литературы.
В данное издание вошли четыре повести на морскую тематику: «Море зовет», «Подводники», «Женщина в море» и «Ералашный рейс».
— Вы счастливый человек, Джим! — говорит Шелло, на этот раз необычайно серьезный. — Вам удалось более шестидесяти раз обернуться вокруг солнца, а это не шутка при нашем положении. Удастся ли это нам?
— Да, я не считаю себя несчастным. Я хорошо пожил, черт возьми! Если бы мне снова родиться и меня спросили бы, кем я хочу быть, я выбрал бы только долю моряка, не задумываясь нисколько. Словом, я не прочь повторить свою жизнь…
Алексей Силыч Новиков-Прибой — русский советский писатель-маринист, лауреат Сталинской премии второй степени. Творчество писателя развивалось в русле русской реалистической литературы, продолжая традиции классической «морской» литературы.
В данное издание вошли четыре повести на морскую тематику: «Море зовет», «Подводники», «Женщина в море» и «Ералашный рейс».
— Мы, моряки, принадлежим к категории мировых бродяг, а потому для нас доброе солнце должно быть дороже всего…
— А коньяк все-таки лучше! — посмеиваясь, вставит кто-нибудь из матросов.
— Нам и коньяк нравится только потому, что он представляет собою то же солнце, но только в растворенном виде
Алексей Силыч Новиков-Прибой — русский советский писатель-маринист, лауреат Сталинской премии второй степени. Творчество писателя развивалось в русле русской реалистической литературы, продолжая традиции классической «морской» литературы.
В данное издание вошли четыре повести на морскую тематику: «Море зовет», «Подводники», «Женщина в море» и «Ералашный рейс».
С Блекманом, всегда отличавшимся лихостью моряка и товарищеской преданностью, я подружился, плавая вместе на одном английском корабле...
Сейчас, обрадовавшись встрече со мною и угощению, он важно сыплет в стакан перец и соль, кладет большую дозу горчицы, наливает виски и пиво и все это мешает указательным пальцем. Получается бурая жижица, похожая на дрожжи, называемая английскими моряками «смерчем», а русскими — «стенолазом». Выпивая, он сладко причмокивает
Алексей Силыч Новиков-Прибой — русский советский писатель-маринист, лауреат Сталинской премии второй степени. Творчество писателя развивалось в русле русской реалистической литературы, продолжая традиции классической «морской» литературы.
В данное издание вошли четыре повести на морскую тематику: «Море зовет», «Подводники», «Женщина в море» и «Ералашный рейс».
Сейчас с вами я стал понимать, что у старости есть свои преимущества: мне было бы неприятно обсуждать эту тему со своими ровесниками, а с молодыми — пожалуйста. Перед вами мне не стыдно. Может быть, оттого, что молодые нынешнего поколения более безнравственны и потому более терпимы к чужим грехам, более равнодушны к ним. Вы ведь не станете с пеной у рта обвинять меня, верно?
Кто-то скрытно и пристально интересуется жизнью четверых детей, искалеченных своей матерью. Одно убийство, второе, третье... И все они, так или иначе, связаны с этой несчастной семьей. Какая тайна скрыта в прошлом этих людей? В прошлом ли? — сомневается Настя Каменская, анализируя обстоятельства преступлений. Времени на раздумья, как всегда, нет — прямо из больницы похищена девочка, угроза нависла над остальными детьми. Где источник этой угрозы? Озарение, словно вспышка молнии, внезапно освещает...
Знаешь, Юрик, я всегда боюсь давать моральные оценки событиям того периода. Одни говорят — выхода не было, заставляли, шантажировали. Другие обличительно тычут в них пальцем и утверждают, что порядочного человека нельзя заставить или запугать. Я не знаю, кто прав, кто виноват. Но я знаю одно: когда угрожают не тебе лично, а твоим близким, твоим детям, ты все что угодно сделаешь, только бы их не тронули.
Кто-то скрытно и пристально интересуется жизнью четверых детей, искалеченных своей матерью. Одно убийство, второе, третье... И все они, так или иначе, связаны с этой несчастной семьей. Какая тайна скрыта в прошлом этих людей? В прошлом ли? — сомневается Настя Каменская, анализируя обстоятельства преступлений. Времени на раздумья, как всегда, нет — прямо из больницы похищена девочка, угроза нависла над остальными детьми. Где источник этой угрозы? Озарение, словно вспышка молнии, внезапно освещает...
— Неужели тебе весело? – изумилась подруга. — А что мне теперь, рыдать что ли? – ответила ей Екатерина Венедиктовна. – Ты же знаешь мой принцип: если можно что-то сделать – надо делать, если сделать ничего нельзя – надо принять все как есть. Но уж, во всяком случае, не плакать.
Кто-то скрытно и пристально интересуется жизнью четверых детей, искалеченных своей матерью. Одно убийство, второе, третье... И все они, так или иначе, связаны с этой несчастной семьей. Какая тайна скрыта в прошлом этих людей? В прошлом ли? — сомневается Настя Каменская, анализируя обстоятельства преступлений. Времени на раздумья, как всегда, нет — прямо из больницы похищена девочка, угроза нависла над остальными детьми. Где источник этой угрозы? Озарение, словно вспышка молнии, внезапно освещает...
Лиса Элис
добавила цитату
из книги
«Испания со вкусом солнца. Гаспачо для печального рыцаря»
1 неделю назад
Недалеко от Барселоны находится одно из самых магических и загадочных мест Иберийского полуострова, это лес Орриус, заколдованный лес. Кто входит в этот лес – входит в загадочный мир легенд, странных фигур, вырезанных в камне, леших, шабашей ведьм. Каменные скульптуры напоминают слонов, древние фигуры майя и даже идолов острова Пасхи.
Книга приглашает в путешествие по неизвестным уголкам Испании, раскрывает секреты популярных туристических мест, рассказывает об удивительной испанской кухне. Это кухня со вкусом солнца и страсти, ведь в Средние века за мавританские рецепты здесь расставались с жизнью. Легенды до сих пор живы на деревенских улочках и городских площадях: вам предскажут судьбу лесные феи Галисии, вы встретите маленькое севильское привидение и узнаете тайны старых кастильских замков. Испания многогранна, как...
"Те, кто забывает прошлое и не считает нужным его помнить, рискуют повторить историю."
Они лишили драконов неба. И сами лишились своего мира. Когда-то, во время магической войны, ведьмы прокляли драконов, лишив их крыльев. С тех пор те бродят по мирам, выискивая потомков колдовского ковена, надеясь снять древнее проклятие. Эту сказку мне с детства рассказывала бабушка. Но однажды сказка стала явью... Если бы я только могла подумать, что, отправляясь на обычное свидание, окажусь прямиком в Академии проклятых драконов... И путь домой мне оказался закрыт. А теперь...
На Прагу уже спустились сумерки и снова пошел легкий невесомый снег.
Мокрые мостовые сверкали в ночных огнях, народ собирался к бою часов на ратуше, а над городом темнели башни Тынского храма, давшего последний приют алхимику, астроному и волшебнику Тихо Браге…
Чуть дальше на золотом фронтоне замерли темные фигуры… Казалось, ещё мгновение, и расправятся темные плащи – крылья, и бесшумно полетят над ночным городом стражи…
Добра или зла? Возможно, ни того, ни другого, ведь мир построен на равновесии.
Кто бы сказал Александре раньше, что карты Таро не врут- не поверила бы. Но все сбылось! Адвокат из России и комиссар полиции из Италии ищут пропавших девочек в маленьком чешском городке. А вокруг- темные леса, зловещие замки, подземелья и мраморные ангелы. И конечно, Ангел-хранитель, предсказанный в странной пражской лавочке. Загадка будет разгадана, и унесет ветер старую карту, сыгравшую свою роль… Уютный детектив для хорошего настроения. Delitti e delizie – преступления и вкусности.
... имея дело с мужчиной, следует продвигаться небольшими шагами, тогда он успевает свыкнуться с мыслью, подсказанной ему в удобный момент, и считает еë своей.
— Тебе пришла пора выходить замуж. Гелла промолчала, открыто перечить королю нельзя. А он продолжал: — Мы назначим отбор. Таковы правила. Сильнейшие из драконов будут биться за тебя. И тот, кто пройдет все испытания и сможет победить на поединке меня… Король дробно рассмеялся. — Возьмет тебя в жены. А если смельчаков не найдется, или они все случайно погибнут. Тогда я женюсь на тебе сам. Скажи, Гелла, ты хочешь замуж за короля? Вот этого она и боялась. Ведь нет никого сильнее...
– Кхм… какие девушки вам нравятся?
– Деятельные, – неожиданно сказал он, – дерзкие, но вместе с тем нежные и даже ранимые. Знаете, такие храбрые зайчихи. Вроде и выступить готовы против врага, но осознают, что их сожрут и не подавятся.
Я – его истинная?! Да ни за что! Свою свободу я так просто не отдам. От фамильяра избавлюсь, герцога – женю, а сама – не влюблюсь!.. Вот только всё идёт не по плану: мои попытки женить проваливаются одна за другой, контракт свахи заканчивается, а герцог явно что-то задумал… Видимо, всё-таки привести меня к алтарю.
Да в силах ли понять я, каково это: быть ограниченно всемогущим? Когда умеешь всё, но никак, никак, никак не можешь создать аверс без реверса и правое без левого… Когда всё, что ты умеешь, и можешь, и создаёшь доброго, — отягощено злом?..
«Отягощённые Злом, или Сорок лет спустя».
История Агасфера Проклятого…
История «перестроенной утопии» недалёкого будущего…
История Иоанна Богослова, Христа и Иуды…
Все же вместе — один из лучших образцов позднего творчества братьев Стругацких!
Г.А. усталым и виноватым тоном попросил нас оставить его одного, и мы поднялись, чтобы уходить. И тут Аскольд вдруг спросил: «А как понимать все эти слова — про сокрытие информации, про преступление?» (Поразительно всё-таки холодная задница, этот Аскольд!) Г.А. молчал так долго, что я решил, он вообще отвечать не будет. Но он всё-таки ответил: «Это надо понимать так, — сказал он, — что в истории было много случаев, когда ученики предавали своего учителя. Но что-то я не припомню случая, чтобы учитель предал своих учеников».
Потому что тогда он сразу переставал быть учителем. И в истории он как учитель уже не значился.
«Отягощённые Злом, или Сорок лет спустя».
История Агасфера Проклятого…
История «перестроенной утопии» недалёкого будущего…
История Иоанна Богослова, Христа и Иуды…
Все же вместе — один из лучших образцов позднего творчества братьев Стругацких!
— Вот что, майор. Хочу вас предупредить. Если я стану отвечать на ваши вопросы, касающиеся пространства и времени, то уверяю вас: ни удовольствия, ни удовлетворения вы не получите.
— Хорошо, я приму это к сведению, — терпеливо сказал Миша. — Так откуда вы прибыли?
— Да ниоткуда я не прибыл. Я был здесь всегда.
— Вот в этой самой комнате?
— Эта комната была здесь не всегда, майор. А я — всегда. В известном смысле. Причём и здесь, и не только здесь.
— Это любопытно. Насколько мне известно, человек такими возможностями не обладает. Прикажете мне сделать вывод, что вы всё-таки не человек?
— Человек такой способностью не обладает. Верно. Зато я обладаю способностью быть человеком. И не только человеком.
«Отягощённые Злом, или Сорок лет спустя».
История Агасфера Проклятого…
История «перестроенной утопии» недалёкого будущего…
История Иоанна Богослова, Христа и Иуды…
Все же вместе — один из лучших образцов позднего творчества братьев Стругацких!
Потом вернулся Агасфер Лукич, запыхавшийся от подъёма на двенадцатый этаж и очень недовольный. Швырнув портфель в угол, он уселся рядом со мной и сказал:
— Это тот случай, когда я не испытываю никакого удовлетворения. Фактически я его обманул. Не нужны ему те мелочи, дребедень эта, которую я ему всучил… Ему Великое служение нужно! Он создан для служения! Чтобы всех, кто под ним, — в грязь, но и сам уж перед вышестоящим — в пыль… А я ему — дачу в Песках…
Демиург произнёс, не оборачиваясь:
— Все они хирурги или костоправы. Нет из них ни одного терапевта.
«Отягощённые Злом, или Сорок лет спустя».
История Агасфера Проклятого…
История «перестроенной утопии» недалёкого будущего…
История Иоанна Богослова, Христа и Иуды…
Все же вместе — один из лучших образцов позднего творчества братьев Стругацких!
... для женщины, если она чего-то хочет, нет невозможного.
— Тебе пришла пора выходить замуж. Гелла промолчала, открыто перечить королю нельзя. А он продолжал: — Мы назначим отбор. Таковы правила. Сильнейшие из драконов будут биться за тебя. И тот, кто пройдет все испытания и сможет победить на поединке меня… Король дробно рассмеялся. — Возьмет тебя в жены. А если смельчаков не найдется, или они все случайно погибнут. Тогда я женюсь на тебе сам. Скажи, Гелла, ты хочешь замуж за короля? Вот этого она и боялась. Ведь нет никого сильнее...
Раххаль сейчас был неудержим, ничто не могло его остановить. Ни войско, ни самум, ни землетрясение. Ни даже море. Ни даже смерть. Так по крайней мере он ощущал себя. Он сам был страшнее любого самума, землетрясения или смерти. Его снова назвали «любимый», и он рисковал опоздать.
«Отягощённые Злом, или Сорок лет спустя».
История Агасфера Проклятого…
История «перестроенной утопии» недалёкого будущего…
История Иоанна Богослова, Христа и Иуды…
Все же вместе — один из лучших образцов позднего творчества братьев Стругацких!
Жизнь прекрасна и многогранна. Даже в самых неблагоприятных ситуациях можно найти способ улучшить её качество.
Зная тайну о своём происхождении я ждала, когда за мной придут. Но время шло, я поступила в институт, после получения диплома устроилась на работу, но ничего особенного не происходило. Пока однажды после работы не решила зайти в книжный магазин...