Дурак не понимает, что он дурак, потому что дурак.
Перед входом в Дом молодежи стояла металлическая конструкция, которую Кора поначалу посчитала мозгом на палочке. Вокруг мозга водили хоровод лупоглазые гномы. При ближайшем рассмотрении мозг оказался деревом, а гномы – детьми в треугольных шапках.
Если ничего изменить нельзя, даже в плохом стоит находить пользу.
Все же школьная дружба – хрупкая вещь. Если долго нет зрительного контакта, она исчезает, как песчаный замок во время прилива.
Странная все-таки штука: чем чаще близкий человек на тебя плюет, тем сильнее жаждешь его одобрения.
Снаружи бурлила жизнь, гудели автомобили, слышались людские голоса. А здесь?
Прохладно и одиноко, как на дне пересохшего колодца.
- вот твоей маме, может, никто не помогал. А потом, представь, что ты все-таки вырастила своего ребенка. А этот взрослый выросший ребенок тебе говорит: «А почему у меня не было того, а почему у меня не было этого, почему ты мне не дала то-то и то-то?». А ты просто не могла это дать. У тебя этого не было. А все, что могла — ты отдала.
преданным может быть только собака, а человек верным, надежным и твердо придерживающийся своим принципам.
А как понять, что человек не может сделать тебя счастливым?
— Первое, на что стоит обратить внимание, это чувствуешь ли ты с ним себя в безопасности: без труда можешь поделиться своими переживаниями и мыслями. Второе, если после рассказанного нет поддержки с его или ее стороны. Третье, если чувствуешь, что хочешь проводить все больше и больше времени наедине с собой, а не с ним. Четвертое, держишь все в себе и ничего не говоришь своему партнеру, из-за этого в нас возникает разрежение и обиды. И наконец, пятое, отсутствует доверия.
Рутинная бессмысленность, превращённая в обязанность, — худшая форма наказания для думающего человека.
Ты не умер, а просто ушел. В этой жизни мы больше не увидимся, и от этого так больно, но все равно ты с нами. Как будто просто живешь где-то очень далеко, куда не ходят поезда и не летают самолеты. Там нет почты, телефона, интернета. Но мы будем думать о тебе, а ты – о нас.
Потеря – как кусок адски холодного железа. Ожог, боль – а потом какое-то странное бесчувствие, словно пережгло нервные окончания.
Так всегда кажется, что времени впереди вагон. Что все будут жить вечно. Куда торопиться? А вечность внезапно заканчивается – ударом под дых.
Молчание вдвоем бывает разным – теплым и уютным, мучительно-тягостным, невыносимо скучным.
Смерть – это не только скорбь, это еще и грубая проза жизни.
Я не завидую артистам и блогерам – ведь они впадают в зависимость от своего образа, им приходится носить бренды, иногда даже паленые, чтобы соответствовать своему статусу. Но это их выбор. Мы его не осуждаем.
Любое, даже самое неприятное, событие в твоей жизни можно превратить в опыт. Идеальную карьеру и идеальный успех мало у кого встретишь. И если не будешь ошибаться, – точнее, не проверишь тот или иной путь, – как ты узнаешь, что это не работает, как узнаешь, что это не твоё?
есть такая интересная метаморфоза: когда выпускаешь песню в свет – она будто уже не твоя и не совсем про тебя, она ушла в народ и теперь принадлежит не тебе одной. Это больше не интимная запись в твоем диктофоне, которую слышало всего 3 человека. Теперь ее услышали тысячи и сотни тысяч людей. И когда песня уходит в миллионную толпу, уже ничего не чувствуешь, как будто это больше не твое, а чужое.
В одной женщине много разных женщин: вот о чем мои песни.
Учишься ты быть артистом тогда, когда либо у тебя 5 человек в зале (да, такое тоже бывало), либо люди вообще тебя не знают и ты для них просто какой-то приглашенный артист на городском мероприятии, либо это корпоратив, где тебя особо не слушают – да и не хотят слушать, всем своим видом показывая, что ты им мешаешь. Вот в этот момент ты становишься артистом – когда учишься вытягивать людей из-за столов, заставлять их петь, танцевать, кайфовать. Учишься влюблять незнакомых людей в себя.
Твои песни должны казаться близкими и понятными каждому. И, конечно, важно искренне любить то, что ты делаешь.
Помните - чудеса начинаются тогда, когда их совсем не ждешь.
Самой прекрасной девушку делает любовь.
— Вы кто? — раздался недовольный голос Громова позади неё. Евгения обернулась и увидела красивого стройного мужчину в электроприводном кресле-коляске. Моментально в глаза бросалась щетина, волосы торчали в разные стороны, тёмные мешки от усталости, осунувшееся лицо. Он с ненавистью взирал на неё, а когда увидел, что женщина заострила внимание на ногах, с яростью выдал: — Что пялишься?.
Липина села в машину и положила ладони на руль, склонив голову, пытаясь себя убедить, что всё будет хорошо. Да, обязательно. Так и будет, только нужно немного потерпеть.