Нет на земле существа более жуткого, чем истинно справедливый человек.
– Что ты делаешь со мной? – со слезами в голосе спросил он у ворона.
– Учу тебя летать.
– Я не могу летать.
– Ты уже летишь.
– Я падаю.
– Каждый полет начинается с падения.
— Они ненавидят меня, потому что я лучше их.
— Нет, они ненавидят тебя потому, что ты ведёшь себя так, как будто считаешь себя лучше их.
Довольно странная разновидность отваги — признаваться в своей трусости...
... интересно получается, когда один человек строит стену, другому немедленно нужно узнать, что находится на другой стороне.
Удача - это работа. И ничего кроме.
Насилие не всегда причиняет боль. Иногда, насилие - это удовольствие, которого вы не хотели. Удовольствие, которое вы не выбирали. Удовольствие, которое решили причинить вам.
Наивность не совместима с долгой жизнью.
Любая смерть - это очень личное.
И что такое «правильно»? Этому учат всю жизнь, поступать так, как правильно, но правильного варианта нет, Кантор. Его просто не существует.
Наверное, тем из нас, кто верил в бога – учиться было легче. Есть где обретать себя, черпая силы в вере. Я не верила – и потому потеряла. И себя и всех. И только после этого взошла на ступени Храма.
Я люблю Великого, потому что он – молчит, и ненавижу его – за то, что он молчит. Наверное, он так же молчал, когда рушился мир… так же молча наблюдал, как мелкие Высшие суетятся, пытаясь спасти хоть кого-то. Если это способ воспитывать чад своих, Великий – жестокий Бог. Родители должны позволить детям совершать свои ошибки, но если ребенок шагает в пропасть – какой отец не остановит его криком? Не схватит за рукав?
Или он кричит, а мы не слышим. Мы слепы и глухи в своем невежестве.
В человеке, который нам по-настоящему дорог, нам дорого все - даже его недостатки. Без них он не был бы самим собой, а значит, не имел бы тех качеств, которые привязывают вас к нему.
Есть в этом словосочетании что-то изумительно прекрасное: бывшая свекровь. Почти как «свобода попугаям»!
Боже правый, как меняется взгляд на жизнь, когда слезаешь с облаков!
У мироздания свои законы для разных миров. И то, что меня изумляло до нервного тика, Эйларда и демонов ни капли не удивляло. Но, вспоминая латынь: Credo, quia absurdum (est) – «Верю, ибо это нелепо».
— У всех есть право выбора. И право жить жизнью, наполненной светом или тьмой, – пожала я плечами. – Я выбрала свет и готова впустить в свою жизнь тех, кто достаточно силен, чтобы сделать свой собственный выбор.
— О да! Ты мужчина. Тебе можно быть козлом блудливым. Так?
Е-мое, да из меня придворная дама, как из козы балерина. Я даже вальс станцевать вряд ли смогу, а уж о том, как вести себя на королевском званом ужине, могу только догадываться. Там же этикет какой-то неимоверный, куча приборов… А я кроме обычных ножа и вилки могу использовать только ложку да китайские палочки.
Пошли они все эти маги лесом-лесом, полем-полем…
У нас тут все по-пролетарски – надо что-то, возьми и сделай.
— Что именно вы хотите узнать?
— Все. Желательно по порядку, но можно и вразброс.
Взяла и в сердцах пнула его по ноге М-де… Муравьиные брыкания слону нипочем.
Я не злопамятная, просто злая временами, да и на память не жалуюсь.
Убью его! Вот прямо по-настоящему. Задушу! Хотя нет, там такая шея – не осилю. Голодом уморю… У-у-у, такая туша долго умирать от голода будет, вроде сорок дней человек может прожить без еды. Я столько не выдержу в его обществе. Отравлю! Блин, тоже нечем, если только слабительного лошадиную дозу подлить.
А вот и не поддамся я на твое обаяние! Тоже мне, сердцеед… Улыбочки он тут раскидывает…