В общем, благодарности от спасенных ждать точно не следовало. И не то, чтобы Стася рассчитывала, имелся у нее жизненный опыт, утверждавший, что чужая благодарность — зверь редкий, но вот как-то все равно обидно.
Холоп, которого вооружили палкою, ничего не сказал. Он шел с видом мрачным и торжественным, и время от времени шевелил бровями, отчего вид становился еще и слегка придурковатым. Но, кажется, тут было так положено.
— Батько! — вновь взвыл несчастный, голову руками заслоняя. — Батько, я же… я не хотел! Не знал! И все-то клевета… ведьмы клятые заморочили.
Стася почесала руку.
Опять ведьмы.
Вот ведь… гадости люди сами творят, а виноваты, выходит, ведьмы…
Вот только пусть вернется, Стася ему выскажет все, что на душе накипело. И скалку возьмет по древней женской традиции, чтоб слушалось внимательней.
— Подслушивать неприлично, — глаза Радожского нехорошо полыхнули. А ведь маг неслабый, огневик. У них вечно силы больше, чем сдержанности.
— Зато полезно.
— Вы не можете вот так жить одна!
— Почему?
— Это… это просто неприлично!
— Почему?
— Вы… издеваетесь?
Ежи мысленно присоединился к вопросу.
— Я интересуюсь, — уточнила Стася. — К тому же я не одна.
— С котиками.
— И с Евдокимом Афанасьевичем.
— Он дух!
— С Ежи?
— Лучше бы он был духом!
— Поговорите, может, и согласится.
Ежи заранее решил, что не согласится. Во-первых, в человеческом бытии были свои несомненные преимущества, а во-вторых, обойдутся.
— Вы должны что-то сделать! — князь Радожский, подавшийся было за невестой, все же остановился и взор свой обратил на Верховную ведьму.
— Что именно? — уточнила Эльжбета Витольдовна.
— Что-нибудь!
— Хотите, в жабу превращу?
— Кого?
— Вас.
— За что?!
— За излишек дурости.
— От то-то же, — сказал Антошка наставительно. — Ты сперва бабу покорми, а потом уже женихаться лезь…
порой вот вроде смотришь на человека, и не дурак он, и разуметь разумеет, а такое творит, что как-то оно ни в сказке, ни пером…
Мужчины, не пытайтесь понять женщин. Мало того, что женщины иногда моют голову отдельно от тела, так некоторые еще и челку моют отдельно от всей головы.
А я всегда беру трубку и со всеми разговариваю. Звонят из оздоровительного центра, записываюсь на приём. Звонят с предложением бесплатно починить окна, соглашаюсь сразу и даю адрес оздоровительного центра. Предлагают билеты в театр, заказываю сразу 5 штук самых дорогих и договариваюсь чтобы привезли в фирму по бесплатной замене окон. Даже когда звонят из службы безопасности Сбербанка и просят назвать номер карты и пин-код, честно беру в руки карту Пятёрочки и диктую данные…
Ладно, что там тебе ещё положено творить? По твоей методичке?
— Погоди, ещё читаю, — магисса сосредоточенно просматривала затертые предыдущей владелицей страницы. — О! Ты испохабил все мои прожитые с тобой годы… Не пойдет, мы еще и года не женаты. Так, смотрим дальше, какие бы тебе ещё претензии предъявить? Что ко мне до тебя сватались знатные женихи… Тоже мимо, ты всем моим потенциальным женихам так улыбался, после чего они растворялись в пространстве и во времени. Что ж, читаем дальше…
Боги говорят устами своих последователей, поэтому когда преобладающие толкования бога меняются, меняется и сам характер бога.
Я все думаю: неужели китайским туристам никогда не приходило в голову, что сувениры, которые они покупают у нас в Париже, сделаны у них, в Китае?
Вот досада! Я не хочу взрослеть. На фиг мне такое счастье...
— А я что, могу по изнанке Миров ходить?
— Можешь, разумеется, ты же дочь своего папаши-ходока, — ехидно проблеял единорог, вставая с земли и отряхиваясь. — Эльхарн, дружочек, а почему это твоя жена пробираться тенями не умеет? Она же крылатый лаург, по определению «ходящая по мирам».
— До этого детишки в своем обучении пока не дошли, — язвительно в тон копытному прокомментировал происходящее Темнейший, подмигивая красной, как вишенка, Айе. — Они пока только внуков мне делать учились. Надеюсь, не безуспешно.
Хотеть — значит уже сдаться.
О трудных вещах необязательно будет трудно говорить. Сложнее всего найти того, с кем поговорить.
Стремление узнавать секреты является глубоко укоренившейся, неотъемлемой чертой человеческой натуры; даже самый нелюбопытный ум воодушевляется перспективой узнать что-то такое, что утаивается от других.
Некоторые мужчины не созданы для работы и уклоняются от неё, покуда есть возможность.
«..Сердце женщины задача. Нерешенная умом..В делах любви и ревности политика почти не играет никакой роли.»
Ещё один надёжный источник информации, кроме книг — это базар. Там все можно увидеть своими глазами — и ассортимент, и спрос, и сбыт, и ценообразование. То есть курс маркетинга в прикладном исполнении.
«...Многие предпочтут ошейник - к нему, помимо зависимости от хозяйского настроения, прилагается защищённость и уверенность в том, что завтрашний день не будет отличаться от вчерашнего. Разнообразия и приключений обычно все-таки жаждут те, у кого вдосталь воды и еды..»
– Сдавайся, Сырочек, – посоветовал призрак. – У тебя скоро невинность – вон как сыр. Плесенью покроется.
Не меряй доброту внешними проявлениями. Тот, кто улыбается тебе, не всегда желает добра.