Рассказ
Лес был таким, каким мог – умученным, придорожным, с большими замусоренными проплешинами. – Надо было дальше ехать, – сказала высокая худая девушка, – здесь засрано всё. Таша поддержала: – Девы, давайте дальше поедем! Воняет же. Ну девы!
– Ой, я вас чмокну! Крохотная женщина хихикнула. Автобус качнулся, и дама навалилась на соседа: – Во мне сто сорок пять росту! Приложусь в спину помадой! Я уже немало семей разлучила! Народ засмеялся. Так легче проходился крутой поворот. – Бойкая я – взведи, не спустишь! – завопила женщина.
Лет тридцати, выше меня почти на голову, он был без шапки, в расстегнутой дубленке и, наверное уже не первую минуту шел по улице, потому что на черных, чуть вьющихся волосах было невероятно много снега. Целый сугроб. Удивленный и невероятно сказочный в этом нежном снежном антураже. На воротнике снежинки, на ресницах снежинки... - И в глазах снежинки... - последнее развеселило больше всего, так что я даже произнесла это вслух, отчего заработала ещё один удивленный взгляд и решила немножко...
Это рассказ о тех, кто в годы Великой Отечественной войны в Донбассе, в городе Дебальцево оставался под оккупационной властью фашистской Германии. Рассказ написан по воспоминаниям очевидцев. Детство автора прошло в этом многострадальном городе, вновь пережившем оккупацию теперь уже украинских нацистов-бандеровцев.
Как всегда, первой явилась баба Клава. Она недобро зыркнула, молча ухватила ветку и поволокла её за собой, как стариковскую тележку. Так же молча баба Клава явилась за второй веткой и третьей. Только на четвёртый раз Иван решился окликнуть: — Баб Клав, ну вы бы хоть спросили!
Это было в давние времена. Как-то вечером под своды Сарагооского официала в сопровождении фра редемптора и предшествуемый двумя сыщиками инквизиции с фонарями преподобный Педро Арбузе де Эспила, шестой приор доминиканцев Сеговии, третий Великий инквизитор Испании, спустился к самой отдаленной камере.
Многообразен мир верований и легенд марийского народа. Кто видел промелькнувший несколько лет назад фильм "Овсянки", тот знает это. Марийцы - последние сохранившиеся язычники в восточной Европе. Причём, они одновременно с язычеством исповедуют и Православие. И это является примером для многих.
Не слишком ново и не слишком затейливо: она - старшеклассница, он приехал с Севера и кажется не слишком человек. Любовь с первого взгляда? Вряд ли. Ненависть и ненормальная жажда обладания? Уже ближе. Принуждение и подчинение? В точку. Горячие вечера и полные безудержной страсти ночи? Естественно! Хэппи энд, как и положено? Ну, даже и не знаю...
Я сразу догадался, кто передо мной. Серый облегающий костюм, на ногах массивные ботинки. Короткая стрижка, гладко выбритое лицо. Ищущий взгляд. Наконец, он увидел меня.
Два друга, занимающиеся исследованием аномальных явлений, едут в глухую деревню, чтобы попытаться разобраться в странных событиях, которые там происходят.
Мистический триллер, в котором описан поход молодого парня в нежилое село. Стечение обстоятельств заставило его переночевать в покинутом доме рядом с колокольней. С этого рокового момента с ним начинают происходить необъяснимые и пугающие события
«Июль слоновьей тушей навалился на город, дыша в лицо зноем. На боках переполненных трамваев, завязших у светофора, вскипало солнце. Перекресток взрывался гудками и руганью, металлический скрежет больно отзывался в ушах; над улицей плыл запах горелой резины. Теодор шел прогулочным шагом, и поток прохожих болтал его, как морская зыбь буек. Лысина побагровела, горячие подтяжки врезались в плечи, раскаленный костюм, казалось, весил целую тонну. От едких капель пота щипало глаза и запотевали очки,...
Тень, прилипшая к афишной тумбе, вязко заколыхалась, как порция густого черничного желе и выплеснула жуткого вида руку. Упакованная в лоснящийся от грязи рукав конечность потянулась в сторону Казимира, гипнотически пошевеливая распухшими сардельками пальцев.
- Я отведу их. – Сказала мулатка с длинными вьющимися волосами до пояса. - Они не дойдут. - Сказал Господь. - Я попробую. – София подняла лицо на свет, там, где были видны Его очертания. Она не видела Его, но Он, смотрел на её прекрасное лицо. Она была одним из самых любимых его созданий. Он вложил любовь и сострадание в её чуткую душу и теперь наслаждался своим творением. - Я не пощажу их. А значит и тебя тоже. – Напомнил он ей. - Я знаю. - Ответила она. - Они не зовут тебя. Зачем ты к ним...
Один слюни пускает и в грязи ковыряется. Другой хулиганит, игрушки ломает и сквернословит. Третий книжки читает, из конструкторов машинки собирает, мечтает о чём-то конкретном - вот из него и вырастет настоящий мужчина. Так бабушка говорила, когда взрослые по вечерам на кухне собирались.
Старший помощник Андрей Багров безуспешно пытался отрегулировать спинку кресла. Полчаса трудов не принесли успеха, старпом собрался вызвать корабельного механика, но тут прозвучал сигнал вызова из рубки. Андрей бросил бесполезную возню и быстрым шагом покинул каюту.
Фёдор Светлин побрызгал из баллончика на самое ценное, что было в офисе - маленький бронзовый бюст, и тщательно протёр бархатом. Символ далёкой эпохи заблестел, засверкал в пробившихся из-за бордовой шторы лучиках солнца, распластав отражение по гладкой деревянной столешнице.
В седьмую ночь года семьсот семьдесят седьмого от основания Братства Млечного Пути небо подало знак - густо-фиолетовую темень прорезало сияние Изумрудной звезды.
С орбитальной станции в автоматическом режиме успешно произведён запуск силурийского спутника. Все системы работают нормально.
«Еще раз повторим: упадок страны, народа, государства начинается не с падения экономики, или политического фиаско, или военного поражения. Землетрясения еще нет – но неуловимые колебания заставляют насторожиться животных. Держава еще могуча – но подспудные процессы уже вылезают наружу, являя себя через вещи, в которых можно различить начавшееся падение…»