Лучшие записи группы

– Вы удивитесь, но я просто заявила ему, чтобы он прекратил всех оскорблять... Представляете, ему никто подобного раньше не говорил. Я всего лишь сказала об этом, и он сразу услышал. Не чувствуете, где настоящий корень проблемы?
– В нем! – они явно не поняли, на что я намекаю.

Это был хороший вопрос… но у меня не было на него ответа. Такое бывает, когда раз и все ответы просто закончились. Ни одного не осталось…

– Просто иногда мне кажется, что сойти с ума очень легко.

– Это все глупый человеческий взгляд на вещи, – вздохнула миссис Даллас. – Люди склонны во всем видеть преимущественно плохое. Проблемы, неурядицы, пролитый кофе, порванные колготки, штраф за парковку… Спроси у человека, как дела, и он обязательно пожалуется тебе если не на погоду, то на правительство. Если не на правительство, так на цены. Не на цены – значит, на бывшую жену. А то, что у него две руки, две ноги, целая крыша над головой, теплая постель и кредитная карта в кармане, он не помнит. Мы разучились видеть свет, мы ослепли, ходим на ощупь, держась за стены, даже под самым ярким солнцем. Сидим в непроглядной тьме, а тьма поселилась в нас. Множество людей приходило ко мне за чудодейственными таблетками, которые могут вернуть миру краски, а жизни – вкус, притупляют душевную боль, навевают радость. А ведь ни одни таблетки не помогут, пока ты будешь сидеть на заднице и жалеть себя, нацепив черные очки и вперившись в глухую стену.

-  А что в мужчине самое, ну это самое, — девушка потупилась и покраснела, — сексуальное.
— Эм… — задумалась Эмилия. — Вот скажу твоей матушке, какие ты слова знаешь, пусть она тебя воспитывает, — шутя, пригрозила она подруге. — А вообще — не знаю.
— Мозги! — торжественно провозгласила Камилла, отсалютовала подруге бокалом и допила остававшуюся в нем жидкость. Потом несколько минут изучала блюдо с фруктами, в результате остановилась на абрикосе с красным бочком. — Все остальное тоже значение имеет, но если нет мозгов, то ничего не поможет. Постель и симпатичная морда хороши, пока не приедятся. Потом обнаружишь у него кучу недостатков, а поздно, вы уже женаты и дети подрастают. Храмовники из-за такой причины не разведут.
— И кто тебя этому научил? — покачала головой королева.
— Разумеется, братец, — довольно улыбнулась виконтесса. — Он заинтересован в том, чтобы получить адекватного зятя, а не идиота, который ни одной юбки не пропустит. Это ж потом ему вызывать на дуэль моего мужа, чтобы отстаивать мою честь. А вдруг убьет? Это же скандал будет, сплетни пойдут, и неизвестно до чего договорятся в итоге. Вот и заботится заранее. Собственно, про женщин братец высказывается так же, а потом тяжело вздыхает и сообщает, что знает только двух умных — нас с тобой. Но мы для него обе как младшие сестры, посему ему придется искать еще долго.

- Все наши страхи и проблемы у нас в голове.

Великой эпохе нужны великие люди. Но на свете существуют и непризнанные, скромные герои, не завоевавшие себе славы Наполеона. История ничего не говорит о них. Но при внимательном анализе их слава затмила бы даже славу Александра Македонского. В наше время вы можете встретить на пражских улицах бедно одетого человека, который и сам не подозревает, каково его значение в истории новой, великой эпохи. Он скромно идет своей дорогой, ни к кому не пристает, и к нему не пристают журналисты с просьбой об интервью. Если бы вы спросили, как его фамилия, он ответил бы просто и скромно: «Швейк».

И действительно, этот тихий, скромный человек в поношенной одежде — тот самый бравый солдат Швейк, отважный герой, имя которого еще во времена Австро-Венгрии не сходило с уст всех граждан Чешского королевства и слава которого не померкнет и в республике.

Я искренне люблю бравого солдата Швейка и, представляя вниманию читателей его похождения во время мировой войны, уверен, что все будут симпатизировать этому непризнанному герою. Он не поджег храма богини в Эфесе, как это сделал глупец Герострат, для того чтобы попасть в газеты и школьные хрестоматии.

И этого вполне достаточно.

Автор (Ярослав Гашек)

В 2002 году пражская газета «Деловая Прага» провела опрос среди своих читателей. Вопрос звучал просто: «Какие ассоциации вызывает у вас слово „Чехия“»? По итогам, Швейк оказался на третьем месте, уступив только чешскому пиву и хоккейной сборной.

Бертольд Брехт в своём дневнике оставил такую запись:

Если бы кто-нибудь предложил мне выбрать из художественной литературы нашего века три произведения, которые на мой взгляд представляют мировую литературу, то одним из таких произведений были бы «Похождения бравого солдата Швейка» Я. Гашека 

– Друг мой, умоляю вас, скажите хоть слово! Объясните мне, как невозможное может стать возможным?!

– Это удачная фраза, – заметил Пуаро. – Невозможное случиться не может, поэтому оно должно стать возможным, несмотря ни на что. 

– Ну ты даешь! Тут все только о тебе и говорят. А ты от меня спряталась. И еще и телефон недоступен. Всё приходится узнавать от посторонних людей.
– Что «все»? – устало спросила я.
– Ну, например, что у тебя роман с нашим боссом.
Ах, ну да. Разумеется, эта сплетня уже достигла всех уголков клиники. И, в отличие от невозмутимого Юрия Витальевича, к которому вряд ли кто пристанет с вопросами, мне придется как-то с этим разбираться.
Я представила себе, как начну сейчас объяснять Юльке, что никакого романа ни с каким боссом у меня нет, и как она скажет: ну да, конечно! Но все-таки не поверит. Долгих объяснений и споров совсем не хотелось, и поэтому я не стала запираться:
– Вообще-то это большой секрет. Но тебе как лучшей подруге я скажу. У нас с Юрой… ну то есть с Юрием Витальевичем, действительно роман.
– Ты серьезно?
Кажется, такого она не ожидала.
– Ну да. А почему бы и нет? Ты же сама говорила, что он просто подарок.
– Так, я выезжаю, мне срочно нужны подробности.
Да уж действительно. Какой нужно было быть глупой, чтобы предположить, что я смогу отделаться формальным признанием!
– Извини, – строго сказала я, – подробностей не будет.
– Это еще почему? – обиженно буркнула Юлька.
– Он потребовал с меня подписку о неразглашении. Ну ты сама понимаешь, он человек известный. Мало ли что просочится в прессу.
Я понятия не имела, интересуют ли прессу предприниматели такого уровня, но врала уже напропалую.
– В общем, ничего тебе рассказать не могу: ни сейчас, ни потом. Только через семь лет после того, как мы расстанемся.
– А вы расстанетесь? – ошалело спросила она, кажется, совсем не то, что собиралась.
– Конечно, – уверенно подтвердила я. – И вот тогда-то я прибегу к тебе плакаться в жилетку. Но все равно ничего не расскажу. Даже не надейся!

Возможно, со стороны ее жизнь выглядела устроенной и вполне счастливой. Сама себе Инна казалась заигравшейся в те роли, о которых рассказывал психолог, что лечил ее от выгорания.
Множество ролей, которые ведет каждый человек.
Роль дочери – родители Инны состарились, но были здоровы, проводя все лето на даче и радуясь встречам с детьми и внуками.
Роль матери – Инна играла ее самозабвенно.
Жены – она справлялась и с этой ролью.
Но не смогла стать возлюбленной.
Подруги – Инна была рядом с друзьями, когда они нуждались в ней, и научилась не только их слушать, но и слышать.
Ее ценили как работника и только что предложили повышение.
Да, Инна неплохо играла свои роли, но многие из них, казавшиеся раньше главными, уходили на второй план.
У ее детей была своя жизнь. 
Инна старалась быть честной в своих ролях. Она играла их как могла.
Но настало время, когда актеру захотелось стать самим собой, пусть он сам еще не знал, что это значит.

– Знаешь, Сью, мне сейчас в голову пришла ужасная мысль… Представляешь, как было бы ужасно, если бы в один прекрасный день в нашем собственном мире, дома, люди начали становиться дикими внутри, как здесь звери, а выглядели бы ещё как люди, и невозможно было бы отличить, кто из них кто… 

Не стремитесь проработать на одном месте до тех пор, пока вас не отправят на пенсию, наградив золотыми часами
***
Подыщите себе такое занятие, которое вам по душе, и сделайте так, чтобы оно принесло вам доход
***
Вообразите себе — ваши родители иногда бывают правы
***
Нельзя ничего достичь, утверждая, что „это нельзя сделать!“
***
Добиться успеха гораздо труднее в том случае, если его уже добились ваши родители

Сказать — это одно, а добиться, чтобы тебя услышали, — совершенно другое.

Как неотделимы сердце и глаза, так порождают друг друга чувства и страсть. С давних времен об этом не забывают достойные мужи. Ведь еще при династии Цзинь некто сказал: «Я сам – сосредоточие чувства» Магнит скрыто влечет к себе железо, и никакие преграды ему нипочем. Так ведут себя бесчувственные предметы, что ж говорить о человеке?! День-деньской обуревают его чувства и страсти.
***
Ведь семь страстей волнуют человека. И самая сильная из них печаль. У тех, кто отличается высоким умом и просвещенностью, она рассеивается как туман, тает будто лед, потому не о них должно вести речь, как и не о тех, кои уступают им, но, вняв рассудку, сохраняют самообладание и не доводят себя до терзаний. Зато сколь редко случается, чтобы не приковала она к постели людей невежественных, кто не сообразуется с разумом и тем паче не умудрен знаниями.

– Я скучал по тебе, – промолвил он. – В моем замке снова стало тихо и очень темно.
– Ты не скучал, а читал познавательные книги, – ухмыльнулась я, вспомнив про дамский роман. – Почему так долго шел? Я почти отчаялась и хотела заново отбелить веснушки.
– Ты представить не можешь, как надежно охраняют студентов стены академии Эсвольд, – покачал он головой. – До тебя очень сложно добраться.
– Но ты сумел.
– Мне пришлось заплатить его величеству, – усмехнулся он.
– Ты подписал договор кровью и продал душу?
– Практически. Пообещал, что моя будущая жена не уйдет из светлого ковена.
– Твоя будущая жена об этом знает? – изогнула я брови.
– Я думал ей написать, но решил рассказать лично. – Темные глаза смеялись. – Ты скоро получишь диплом.
– Да.
– Добро пожаловать в большую жизнь, Агнесс. – Он мягко провел кончиком пальца по моим приоткрытым губам. – Я жду тебя с нетерпением.

— Если вы навестили каждую из участниц, то это была проверка.
Но принца такой лаконичный ответ не удовлетворил.
— Как, по-вашему, что конкретно в вас мы хотели проверить?
«Ну, уж точно ни умение заламывать руки…»
— Полагаю, уровень моей самооценки.
Принц вскинул брови, ожидая продолжения. Соня подавила вздох и с сожалением покосилась на аппетитный рыбный рулет.
— Мужчины обходят меня стороной. Не надо улыбаться, мой принц, я говорю не о своих сослуживцах. Вам была интересна моя реакция на откровенно пренебрежительное и насмешливое внимание с вашей стороны. Засмущаюсь ли я, расстроюсь, может, убегу в слезах, почувствовав себя оскорблённой и униженной. Ведь я — Поцелованная Тьмой и бедняжку никто вниманием не балует.
— И как вы считаете, вам удалось справиться? Пройти эту маленькую проверку? — хитро прищурился принц.
Соня не выдержала и подвинула себе пиалу с салатом.
— Не знаю, насколько успешно я справилась, и не перегнула ли, но у меня точно нет комплексов относительно своей внешности. Будущая принцесса должна чувствовать себя уверенно и непринуждённо несмотря ни на что. Полагаю, это вы хотели проверить.
Принц удовлетворённо кивнул, но как только Соня всё же нацелилась на рыбу, снова заговорил:
— А что с остальными?
— Ум? — не сразу поняла Соня, ругая себя, что не научилась есть во время разговора и сожалела, что говорить с набитым ртом не этично. — Ах, вы об этом, — Соня задумалась, вспоминая встречу с другими принцами под разными личинами.
— Его Высочество Калем, в облике распорядителя, проверял наши коммуникативные навыки: как «невесты» поведут себя в нестандартной ситуации, как отреагируют на шокирующую новость об отсутствии слуг.
— Вы и тут справились, верно? — улыбнулся принц, гипнотизируя холодным призрачным взглядом стальных глаз.
— Смею предположить, что результаты всех проверок вы ещё обсудите со своими братьями и узнаете непредвзятое мнение на этот счёт, — Соня отметила, что избранницы немного оживились. 
— Хорошо, — сдался принц. — Что насчёт Артура?
Соня опустила глаза и отдёрнула себя. Что за глупая реакция? Встреча была подставной: остальные принцы всё равно узнают все подробности, но Соня упорно не желала говорить о ней.
— Его Высочество проверял, умею ли я хранить государственные тайны…
В глазах Ричарда зажегся озорной огонёк.
— Как? Как он это сделал?
Соня поджала губы, чтобы не рассмеяться.
— Не могу сказать, мой принц. Это тайна. Государственная.

Мы – Иллюзионисты. Лучше всего в этой жизни мы умеем убеждать себя в чем угодно. 

В человеке я люблю свет. Толщина свечи меня не волнует. Пламя скажет мне, хороша ли свеча.

Кто я: живой, что только прикидывается мёртвым, или мёртвый, что иногда пытается казаться живым.

Молчат и дремлют небеса. Внизу века идут. Никто не верит в чудеса, но все их тихо ждут.

Никому и никогда не испытать чужую боль, каждому суждена своя.