- За женщинами императорской семьи следят особенно тщательно. Все рассматривается под увеличительным стеклом. Их критикуют за идеи, которых они придерживаются, за одежду, которую носят, и ребенка, которого вынашивают. Я была свидетелем того, как твоему отцу давали выбор - словно маленькому ребенку. Ты можешь выбрать или…
Не всегда бывает любовь с первого взгляда, как у вас с мамой. Иногда и с десятого неплохо бы.
Корсеты - это моя личная боль. ...вы когда-нибудь надевали корсет? Я говорю не про ту фигню из секс-шопа, пусть даже и с утяжкой. Я говорю именно про корсет. Если вы запихиваете Героиню в корсет, особенно - если ваша Героиня до этого носила джинсы и кеды, то будьте готовы к обмороку. Ну, как минимум, к некоторой скованности в движениях. Не заставляйте героиню драться в корсете и скакать на лошадке, пожалуйста. Ей и так не повезло.
- Бог дал нам способность делать выбор. Естественно, в рамках той действительности, которая нас окружает.
- Действительность? Но ведь именно она нам и мешает.
Так в моём представлении выглядит справедливость, — говорит ему Нёхиси. — Всякий нуждающийся в спасении должен незамедлительно быть спасён.
Хотя очень часто такие красавцы в постели жутко эгоистичны. Она считают себя таким даром для женщин, что одно их появление в кровати уже должно вызвать множественный оргазм у удостоившейся чести дамы, а трудиться для этого вовсе не обязательно. Счастье же уже вас посетило. А работать счастье не должно, оно не для того на свет появилось.
Помилуйте, кого волнует, что думает народ? За него прекрасно подумают! А способы убеждения известны еще со времен древних греков... как звали того политика, который отрезал хвост своей собаке? И ведь обсуждали все тот хвост, а что бюджет попилили, так и не заметили...
Народ-с!
Все-таки женщина есть женщина: человек в затруднительном положении, а она пристает к нему с дурацкими вопросами!
Я никогда не испытывал к ней что-то что можно сравнить с тем, что меня окутывает, когда я тебя обнимаю. Наши дни и ночи вместе - это настоящие моменты счастья. Это моменты настоящей жизни, которой мне не хватало и которой я никогда, слышишь, родная, никогда не видел.
По сути, тревожное расстройство личности – преувеличенная скромность, мешающая в общении. Расстройство сопровождается острыми ощущениями неполноценности, страхом быть отвергнутым и социофобией. Таким образом люди с этими чертами избегают рисков в общении, потому что полагают, что их отвергнут.
Им вообще-то нет числа, его женщинам, самым разным. Лично я никогда не был до них великим охотником, у меня и так есть за кем все время ухаживать. Но он не мог остаться без них надолго. Они появлялись возле него и исчезали. Без счета! Но есть одна не такая. Она остается. Бессменная, будто жена. Словно старый халат или пара туфель: с ней легко и уютно, ему не надо ничего придумывать или из кожи вон лезть, чтобы льстить ей да угождать.
– И как вам? – вкрадчиво поинтересовался Крамер.– Что именно?– Без души. Я ведь правильно понял ваш вопрос насчет крови? Вы меня с дьяволом ассоцируете?– Не то чтобы, но… согласитесь, что-то в этом есть.Давид прищурился.– Конечно есть. У меня много имен. Давид, порноимператор, король интима, властелин сексшопа, супермен, гений порока. Всех и не упомнить.
Измотанные люди часто возвращаются к привычным, хорошо отрепетированным сценариям.
«Жизнь — это пустыня, а женщина — верблюд, который помогает нам ее пересечь», — гласит бедуинская пословица.
Вот чудо! Ведь обычно создают Отцы детей. Но я любви служу И, если нужно, сам отца рожу!
Когда вас режут на куски, вы с радостью раскаетесь даже в том, что грудничком предпочитали молоко матери, а не отборный виски.
Под нами, на глубине четырех километров, в безнадежной и торжественной тишине проплывали горы и ущелья, холмы и равнины дна Атлантического океана. Тайны чужой планеты роились под нами в кромешном мраке.
— Не согласилась, — призналась я. — Почему вы вообще решили, что вашим сыновьям нужна жена, они что, сами не могут решить эту проблему?
— Не могут, потому что выбирают не тех, — напомнила она мне и сыновьям заодно, — а ты идеально подошла.
— Только для кого из них? — самый главный вопрос непроизвольно сорвался с языка. — Представьте на секунду, ну, поженили бы вы нас насильно, а дальше-то что? — не унималась я, даже не дав ответить.
— Мне всё равно, главное — соблюсти традиции, а потом вы можете жить своей жизнью, иметь любовников, главное — они будут устроены, особенно это важно для Дена, ведь он — кронпринц, — сообщила королева.
— Это жестоко.
— Возможно, но я хочу, как лучше.
– Значит, маг, – изрёк мэр.
– Маг-аналитик, – поправила его девушка.
– Чем же вы будете заниматься? – поинтересовался он.
– Обычно задание работникам даёт руководитель, – не смогла удержаться Ева, – но я могу кратко информировать вас о сфере моих знаний и умений. Маг-аналитик рассчитывает наиболее удачные вероятности ведения деятельности. Когда и куда выгоднее строить дорогу, какой необходим минимальный объём капиталовложений, могу рассчитать вероятность стихийных бедствий, необходимость магазинов, мастерских и много другого. Хороший маг-аналитик должен уметь рассчитать всё: от мобиля и движения планет до исхода петушиных боёв на деревенской ярмарке!
Я отшвырнул пистолет в сторону и, схватив его за запястье, прижав его ладонь к себе, начал убеждать:
– Илья, никто не хочет умирать, никто! Все хотят жить. Иногда человек устает и думает, что смерть будет лучше, но она всегда хуже. Никто не возвращается оттуда, никто! Любящие родители, друзья, дети – никто не вернулся! Мы умираем навсегда! Слышишь?
Жизнь, как крапиву, надо хватать сразу и крепко.
Что мне не нравится, то мне не нравится, и с какой стати я должен делать вид, что мне это понравилось!
— А это правда, что вы умерли в постели прямо в объятиях роскошной блондинки? — шепотом спросила я у давно почившего аристократичного бабника. Он растерялся буквально на долю мгновения, чуть заколыхался, будто вот-вот исчезнет, но тут же беззвучно рассмеялся и взглянул на меня с интересом. А потом заговорщицки подплыл вплотную, склонился и интимно признался: — Она была брюнеткой.
- Заметил, что она [Авасарала] не сказала ничего неприличного или оскорбительного? - спросил Холден. - Ага, заметил. - Это не к добру, - вздохнул Джим.
Геннадий Сергеевич в целом добрейшей души человек, но если при нём обижают его друга, он впадает в интеллигентную питерскую ярость. Я поясню, «интеллигентную» – значит неконтролируемую.
То есть такое состояние души, когда убьёшь и не заметишь, когда ты роту талибов можешь вырезать кухонной лопаточкой, когда вооружённой сирийской оппозиции уже нет, договариваться о коалиционном правительстве не с кем, вокруг один пепел, а ты так и не успел разобраться с экзистенциальными вопросами о смысле человеческого бытия с позиции философии Бердяева или Розанова. Гори они в аду оба!