Мужество — это когда заранее знаешь, что ты проиграл, и все-таки берешься за дело и наперекор всему на свете идешь до конца. Побеждаешь очень редко, но иногда все-таки побеждаешь.
Убейте меня, но признание в любви не тот случай, когда женщину пропускают вперед.
Фаина Георгиевна вернулась домой бледная как смерть и рассказала, что ехала от театра на такси.
— Я сразу поняла, что он лихач. Как он лавировал между машинами, увиливал от грузовиков, проскакивал прямо перед носом у прохожих! Но по-настоящему я испугалась уже потом. Когда мы приехали, он достал лупу, чтобы посмотреть на счетчик!
– Весна! – Даша улыбнулась уголком рта.
«Время любви, время цветения души, – подумала она, – очень кстати. Жаль, что придется учиться любить не того, о ком мечтаешь».
— Страдание — это благо. Не жалуйтесь. Несите его, склоняйтесь перед ним, принимайте его и будьте благодарны, что Господь позволил вам страдать. Ибо это сделает вас лучше тех, кто сейчас смеётся и счастлив. Если вы этого не понимаете, не старайтесь понять. Всё зло исходит от ума, ибо ум задаёт слишком много вопросов. Благословенна вера, а не разум.
Любовь действительно греет. Но не та пафосная, воздыхательная и возвышенная, а обычная — приземленная. Земная любовь. Безбожно эгоистичная, когда, стараясь взять для себя все, жадно вдыхаешь каждый день, каждое мгновение. Эта любовь с четким ощущением, с ритмом, с болью, с простреленным сердцем. Она колючая, закаленная, требующая ежедневных доказательств перед самим собой. Требующая каждый день маленького подвига — любить все плюсы и минусы своей женщины. Жить ее чувствами, желаниями и мыслями как своими. Учиться вместе с ней чему-то новому, открывать для себя недоступные ранее стороны жизни.
Я жадно глядела на Дракона, все еще не вполне веря, что он и вправду здесь. Со времен нашей последней встречи он заметно исхудал, а уж растрепан-то — ну прямо как я.
Мерить количество потерянного времени – это как признаваться самому себе, что не можешь контролировать свою жизнь.
Очень мало на свете молодых девиц, чьи чувства стоят того, чтобы о них тревожились.
Никогда. Это слово вспыхивало перед глазами, жгло их своим ужасным смыслом, и слезы лились неостановимым потоком. Слову «никогда» невозможно было сопротивляться.Стоило мне немного успокоиться, «никогда» настойчиво поднималось откуда.то из груди, заполняло меня целиком и выжимало новые потоки слез, которые, казалось, давно должны были кончиться. На «никогда» нельзя было найти утешения, и я даже не хотел смотреть, что сует мне в руки дедушка. А дедушка совал молоток. Оказалось, он просто спрятал его в свой ящик, а мусоропровод хлопнул, потому что бабушка выбрасывала мусор. Я с трудом успокоился и, держа молоток в руках, все еще не мог поверить, что снова вижу его, а ужасное «никогда» отступило и не будет больше меня мучить.
«Никогда» было самым страшным в моем представлении о смерти. Я хорошо представлял, как придется лежать одному в земле на кладбище под крестом, никогда не вставать, видеть только темноту и слышать шуршание червей, которые ели бы меня, а я не мог бы их отогнать. Это было так страшно, что я все время думал, как этого избежать.
«Я попрошу маму похоронить меня дома за плинтусом,– придумал я однажды.– Там не будет червей, не будет темноты. Мама будет ходить мимо, я буду смотреть на нее из щели, и мне не будет так страшно, как если бы меня похоронили на кладбище».
В очередной раз убедилась, что хорошее настроение может сыграть с ней плохую шутку, делая ее болтливой и доверчивой.
Чтобы быть счастливым человеком, ... надо в душе оставаться ребёнком.
А что мне остается? Сложить лапки и ждать пожеланий хозяина — точно не мой вариант. Я приехала в его дом не для того, чтобы играть в постановку “Семейная жизнь. Дубль два”, а чтобы показать, что так это не работает. Ну получит он меня, ну запрет в своей пещере, и что дальше? Я послушней от этого не стану, да и чувств не прибавится.
Сумасшедшие - как дети, уходят лишь после того, как их желания оказываются исполнены.
- У меня слов нет! - орал на нас ректор.
И врёт же, нагло врёт, уже с полчаса распинается на все лады.
- И все же, где я и кто вы? – Решила она не сдаваться.
- Не веришь, значит? – Прищурился он. – Тогда откуда я знаю, что тебя Элиной зовут?
Девушка вздрогнула. Он это видел. И испугалась на пару секунд. Потом, подумав, выдохнула.
- Меня Элиной только мать кличет. И соседи. А вообще, я – Элла. – Вздернула она подбородок.
- Вечно эти эльфы все перепутают…. – Проворчал несостоявшийся Дед Мороз и полез в шкаф за сладким подарком.
— А вы с радостью согласились? — Лекарь стянул с носа очки, дохнул на них и стал нервно тереть стекла краем халата.
— Без радости, — призналась Джейд
Мне известно, что не далее как вчера утром тебя буквально сняли с…
Он с трудом сдержался и замолчал, шумно и тяжело дыша.
– Но это неправда! – воскликнула я, не в силах терпеть такую несправедливость. – Ничего подобного не было!
Винсент устремил на меня укоризненный взгляд, давая понять, что я выбрала неправильную линию защиты. Дескать, было, что уж тут скрывать, раз поймали за руку.
– Не было! – настойчиво повторила я, притопнув ногой. – Никто тебя с меня не снимал! Это меня с тебя сняли!
— Где закрывается одна дверь, открывается другая. Кто знает, что тебя за ней ждет?
— Не говори статусами из одноклассников, я тебя прошу.
сaмое ценное, что у нaс есть — это время, которое можно провести с любимыми
Такое терпеть нельзя! История не знала примера, чтоб так обходились с приведением.
«Есть такие люди, которые понимают, что такое жизнь, пока они живы? В каждый, каждый миг жизни» Мы все вечно заняты и так легко закрутиться и забыть жить.
Власть - это что-то... величава с ней под руку легко пройти везде. Она грациозна. Высоко поднимала голову и расправляла плечи. Остальных заставляла покаянно кланяться вниз и исполнять желания, без раздумий, без капризов. Любое желание - подруга власть безприкословно исполняла. Это лучшее существо женского пола. Она всегда прекрасна в своем послушании, неизменно горда и величественна.
-Настанет день, когда мы сами перекроим свою судьбу...
то, чего боишься, обычно и случается.