Несчастье кажется нам вдвое тягостней, когда мы вынуждены переносить его в одиночестве
Победы приносит только то, что ты делаешь каждый день.
Считается что плохо живется дурнушкам, но, поверь, красивым порой приходится куда хуже.
Я заглянул на несколько страниц вперёд: слова, слова, слова - и снова почувствовал себя как на уроке, когда мозг просто скользит по поверхности, будто пущенный по толстому льду камешек.
Я хочу сказать, что, по-моему, самые важные вещи в жизни – это благодарность, умение прощать и любовь. Мама всегда учила меня быть благодарной. И когда ты говоришь «спасибо», это делает счастливее других людей. И надо уметь прощать, потому что жизнь слишком короткая, чтобы всё время сердиться. Это неинтересно. И ещё любовь – когда ты любишь всем сердцем, никто и ничто не могут отнять это у тебя.
Философия это разговор, это «диалектике техне», искусство рассуждать, разговаривать, само мышление развертывается в форме разговора с самим собой. Платон так и говорит: «Мышление это речь, которую душа проводит с самой собой о том, что она рассматривает…Мысля, (человек) ничего другого не делает, как разговаривает (διαλέγεσθαι – диалогизирует), спрашивая самого себя и самому себе отвечая, утверждая и отрицая» (Теэтет. 190 а).
Для стран, живущих экспортом природных ресурсов, характерно стремление копить запасы, изолируя сверхдоходы от внутренней экономики, где эти деньги вызвали бы инфляцию.
Люди приходят сюда, чтобы потрогать меня. Одни именуют меня Дама-История, другие - Матушка-Эпоха. А многие называют Малам Даойка Мечей. Я прям как общественное здание. Когда-то я рассказывала посетителям историю своей жизни. И они все гадали, правда ли это. Воск, уверяла я их, не умеет лгать.
Я получила жестокий урок: нельзя всю жизнь оглядываться назад. Если смотреть на призраков из прошлого, не увидишь того, что прямо перед тобой.
Джонни очнулся ото сна, как забытая тварь в забытом море.
Наша доля, как и Доля Ангелов, мала, но, если пить ее маленькими глотками, ее хватит на несколько жизней.
Я задыхалась, знала, что останусь в этой дыре навсегда , и мне уже катастрофически не хватало воздуха. Земля давила со всех сторон,темнота подступала , пугала...
Ты можешь быть любым… Заболеть, состариться… Ничего не остановит мою любовь к тебе, упрямый человек, мальчишка, мужчина. И ты, и я — это не внешние оболочки, не слетающая шелуха. Мы стержни, единое целое, страдающее по одиночке.
...просто наглядно объясняю этой дурочке, что постоянно скупиться также глупо, как и шиковать. Есть вещи, на которых не экономят, сколько бы они ни стоило, - потом все равно потеряешь больше...
She had intended to read, but she hadn’t opened her book once, preferring instead to gaze out of the window as the dwindling suburbs gave way to the sun-baked fields of north Kent.
— Там, где я родилась, свободную женщину не берут как скот, — соврала. Женщин везде одинаково продают. Цена просто разная. Но говорила я это уверенно, громко
В целом всё происходящее доставляло ей такое удовольствие, что я начал подозревать, что предложи женщине каким-то образом растянуть свадьбу навечно, то может оказаться, что собственно муж ей не сильно-то и нужен.
— Книги дарят целый мир, — мечтательно произнесла Настя. — Я люблю их, в том числе, за своё собственное кино в голове во время и после чтения. Чем сильнее цепляет написанное, тем ярче возникающие картинки.
... отступление само по себе есть маневр, а не трусость. Трусость, когда ты, смирившись с поражением, превращаешься в раба — забывать о врагах не следует. Как не следует, и переть напролом.
Порой, чтобы обрести счастье, стоит рискнуть и совершить маленькое безумство, шагнув навстречу судьбе.
Marathe said: ‘… have I merely pretended to pretend to pretend to betray.’
«Но если ты помнишь все, − рвалось с моего языка, − и если ты такой же, как я, то, прежде чем ты уедешь завтра, или, когда ты будешь готов захлопнуть дверь такси, попрощавшись со всеми, и больше не останется какой-либо недосказанности в этой жизни вообще, тогда − хотя бы в этот раз, пусть даже в шутку, пусть для этого будет уже слишком поздно − но повернись ко мне, посмотри на меня, как когда мы были вместе, и это значило для меня все, удержи мой взгляд и назови меня своим именем».
О, этот волшебный день, когда ребёнок осознаёт, что умеет читать печатные слова!
Чем, пожалуй, хороши ссоры - это та трепетная идиллия, что наступает после. Хочется постоянно друг друга касаться, с вниманием относиться к каждому слову, быть сговорчивой, радовать, угождать.
– Зато теперь на тебя моль не нападет, – оптимистично заметила я, стараясь не вдыхать лишний раз ядреный аромат лаванды. – В шкафу не хочешь посидеть?