На этой земле в это время у нас нет ничего и никого, кроме нас самих.
– Ты со мной даже не споришь, – улыбнулся он. – Приятно-то как.
И ещё я понял: чтобы желаемое сбылось, недостаточно просто хотеть этого всей душой. Ты должен сам работать над этим, стараться, трудиться без устали и ставить высокие цели.
– Мне кажется, будет смешно. – Как бы потом грустно не стало.
Режим «Русская женщина» включается какой-то хитрой, генетически в нас запрятанной кнопкой, и предназначен для героических свершений по типу «это сделать совершенно, абсолютно невозможно, но они ОПЯТЬ это как-то сделали!»
Нельзя забывать безумие. Иначе оно может повториться.
«По поводу «Двух или трех вещей…» Годар говорил, что описывать означает наблюдать мутации [317] . Мутация послевоенной Европы, мутация американизированной Японии, мутация Франции в 1968 году: это не тот кинематограф, что отворачивается от политики; он становится насквозь политичным, но необычным способом.»
Понимать, что я полный бездарь один на один с собственным попранным эго не так неловко, как в компании профессионального мага, перед которым корчишь из себя принцеcсу.
С тех пор как ты ступила в этот мир, все женщины перестали для меня существовать. Я не могу даже думать ни о ком, не то, что прикасаться к ним. Их просто для меня не существует. Ты стала моим миром, моей жизнью.
Замдекана снова отвлекся от свитка и поднял взгляд на Василису.
— Да, это мы как-то уже поняли. К какому роду вы принадлежите, моя дорогая? «Фон», «де», «ви»…
Василиса дернула губой.
— Безродная я.
Ректор снова поперхнулся чаем и выдавил:
— Да уж, безродная… Всем бы такими безродными быть…
Но Василиса бросила на него не менее внимательный взгляд, и ректор, отмахнувшись, вернулся к чаю.
— Ладно. Напишем тогда «фон Безроднофф», — пробормотал замдекана.
— А пош-ш-шему тогда «фон»-с-с-с? Выс-с-сший род-с-с-с? — прошипела нагина. Улыбалась она весьма зловеще.
— Потому что мы что-то подозреваем, — замдекана кинул взгляд на ректора. — Но не говорим что.
Приехав, я лично отвела жеребца в стойло, поговорила с ним, рассказала о том, какой он красавец и как сильно мне нравится. Угостила яблоками. Пообещала, что стану навещать даже в те дни, когда не буду никуда выезжать. Расстались мы полностью довольные друг другом
Пока дышу - надеюсь.
У-у-у, проклятия кусачей совести на него нет! Изобрести, что ли?
Я сейчас такая злая, что даже это могу.
Но уставшая, поэтому лень.
— Но вы не невинны?
— Леди, простите мою прямолинейность, — усмехнулся он, глядя на неё с сожалением. — Но мне тридцать один год, вряд ли в таком возрасте еще остались невинные мужчины.
You can't possibly judge your ability to control something until you've experienced the extremes of its capabilities.
— Мистер Эйлмор много читает <...> — Читающие люди очень впечатлительны и чувствительны
Находясь в порядке, ждут беспорядка; находясь в спокойствии, ждут волнений; это и есть управление сердцем.
Находясь близко, ждут далеких; пребывая в полной силе, ждут утомленных; будучи сытыми, ждут голодных; это и есть управление силой.
«Встречается такая любовь, что лучше ее сразу заменить расстрелом»
Если б было светло, они б сгорели со стыда. Но кругом чернела ночь.
Вы здесь стоите. Молодые, красивые, сильные. Гордость берет! У вас жизнь впереди. Об одном прошу. Не допустите. Не предайте. Не продайте, все то, ради чего сгорели наши девчонки. И детям своим передайте. Так передайте, чтоб запомнили! Навсегда запомнили! И внукам рассказали! А те правнукам!
Бывают умные женщины, которые искусно притворяются дурами, чтобы достичь им одним известных целей. Но Кася Поздеева была не из их числа. Ее глупость оказалась вполне искренней и не подлежащей сомнению. И, как многие обладатели интеллекта табуретки, она всех вокруг считала дураками и на всех смотрела свысока.
Фантазии украшают нашу жизнь, делают будни ярче.
– Ты что, все сожрала? – глянув на развалившуюся на столе пушистую, пузико которой напоминало мячик.
– Очень не сож-ралею, и мне ни капли не ж-раль
- Скажите "сы-ы-ыыыр", - протянул паренёк, прищурив один глаз.
- Дим, ну что ты как маленький, надо им сказать что-нибудь по-настоящему смешное. Например, "зарпла-аа-ата"...
«Не палач несёт ответственность за казнь, а судьи».