...я думаю, невозможно сохранять здравомыслие и верить в Бога.
В 795-796 годах нападения викингов заставили ирландских монахов покинуть места проживания на Оркнейских и Гебридских островах и отправиться на поиски более безопасного дома. В сведеньях из русских источников тоже ничего не говорится о серьезных столкновениях между скандинавами и местными славянами, народом чудь и финнами, во всяком случае, до изгнания скандинавов в IX веке - 839 или 840 году. Тогда после периода мирных контактов и торгового обмена вспыхнуло насилие викингов.
...когда после года отношений твой мужчина говорит, что ты недостаточно для него хороша, как бы ты себя ни убеждала — силой мысли эта рана не затягивается.
И когда затягивается — остаётся шрам, который нет-нет, да напомнит, как грубо о тебя вытерли ноги.
Отсутствие ответов - худшее из наказаний.
"Чёрт побери!", - говорит принц и целует Золушку.
Если не думать о будущем, то его и не будет (Валерий Ульянов)
Но так или иначе, меня завели. Я тикаю. Я существую. И на целых восемнадцать дюймов возвышаюсь над черными загогулями, которые вы разбираете. И влезаю в вас из своей черепной коробки, стараясь закрепиться на белом листе. Загогули нас соединяют, но, сколько бы чувств мы ни разделяли, не приносят ничего, кроме сознания чужеродности.
Дерзайте и создайте симфонию! И как минимум двоих-троих детей…
Ей всегда твердили, что дети – это слишком непрочное счастье, оно мимолетно и непостоянно. Дети – это вечная метаморфоза. Мы сами не замечаем, в какой момент их круглые мордашки вытягиваются и обретают серьезность.
Всё же, думается мне (а я с тех пор не раз думал об этом), знай я, что в соседней комнате кто-нибудь страдает точно так же, но молча, я отнёсся бы к этому гораздо спокойнее. Но когда страдание обретает голос и заставляет трепетать наши нервы, тогда душу переполняет жалость.
А ты знала, что шоколад – лучшее лекарство от слез?
Без ясного понимания смысла своей жизни, без того, что называется верой, человек всякую минуту может отречься от всего того, во имя чего он жил, и начать жить во имя того, что он проклинал.
— Конечно, я настаиваю, чтобы каждый, кто находится рядом со мной, размышлял ясно и понятно, — ответил он. — и я объясняю каждому, кто захочет меня выслушать, что единственный способ думать ясно и понятно заключается в том, чтобы не думать вообще.
Когда я злилась, эмоции набрасывались на меня, как лассо, и душили, пока в голове не взрывалась бомба, сокрушая всё вокруг.
Хитрость заключается в том, что на определенный уровень необходимо попасть сразу, так как очень сложно, скорее, невозможно поменять его, особенно в такой устоявшейся системе, как наше общество. В этом-то и идея: сразу попасть именно на тот уровень, в котором будешь себя наиболее органично чувствовать, и точность попадания в данном случае исключительно важна, так как это — на всю оставшуюся жизнь
Хотя детектив в лучших своих проявлениях тоже затрагивает опасные крайности, он отличается и от литературного мейнстрима, и от криминального романа своей высокоорганизованной структурой и следованием определенному канону.
Этo жe закoн джунглeй, мoй дoрoгoй: eсли ты на дeрeвьях, значит, дoлжeн рaскaчивaться…
Одно дело, когда ты вынужден носить женское платье, и другое – когда все об этом знают. Мужчин, которые вели себя как женщины, у нас обычно поносили самыми грязными словами: такие оскорбления зачастую смывались только смертью.
– Господа студенты, вы ограбили лавку? – не сдержал сарказма куратор. – Даже боюсь предположить, что внутри. Надеюсь, ничего запрещенного? – Ни в коем случае! Магистр Литармиэль, как хорошо, что мы вас встретили, – выдала я. – Сможете помочь? Мы тут пирожными затарились, но надо их как-то сохранить, чтобы надолго хватило.
У нас тоже есть базовые настройки. Возможно, нам кажется, что в нашей жизни слишком мелкий шрифт, серый фон, унылая музыка, просто потому, что мы ни разу не загружали полезных приложений, красивой музыки, живописных картинок. Нам кажется, что базовые настройки незыблемы, а это не так.
За ними вышагивал оставшийся ещё со времён Сыма Ку облезлый верблюд, тащивший два металлических сейфа. Он столь долго пробыл в Гаоми, что из верблюда превратился в корову.
Вера — это тебе не кайф, вера — продукт страданий многих поколений, над верой трудиться надо тысячелетиями и ежедневно.
Опустившаяся ночь выдалась ясной. Умиротворённо белел снег, над ним чернело небо. Само собой в памяти всплыло:
В небесах торжественно и чудно,
Спит земля в сиянии голубом.
Что же мне так больно и так трудно?
Жду ль чего? Жалею ли о чём?
Уж не жду от жизни ничего я,
И не жаль мне прошлого ничуть.
Я б хотел свободы и покоя.
Я б хотел забыться и заснуть.
— Ну да, у тебя, небось, по студенческому скидки, — неловко съехидничала я. — Или по Пушкинской карте.
— Я должен в ответ пошутить про пенсионное? — поднял брови Демьян...
Друзей надо держать близко. Врагов — еще ближе.