... до чего шикарен и прекрасен этот мир, если не остановишься и слишком пристально не вглядишься в него.
Водa принимaет форму сосудa, в котором нaходится, будь то стaкaн, вaзa или русло реки. Точно тaк же вaше подсознaние будет творить в зaвисимости от того, кaкие обрaзы вы зaложите в него в своих кaждодневных рaзмышлениях.
– У всех великих клинков есть имена. Это традиция.
– Херня, – Меркурио забрал у нее кинжал и поднял его перед собой. – Имена для клинков и прочая ерунда – это удел героев, девочка. Людей, о которых слагают песни, ради которых меняют историю, в честь которых называют своих отпрысков.
"Помни: мы безумно влюблены друг в друга. Если вдруг захочешь меня поцеловать, не стесняйся"
Де Мортен отложил книгу и подвинул ко мне стопку бумаги, чернила и перо.
- Можете начать с составления списка ваших врагов. Сообщите, когда закончатся листы.
Я мило улыбнулась и скрестила руки на груди.
- Не хочу набить мозоль, повторяя ваше имя.
Как говорится: «Хочешь, чтобы ребенок что-то сделал — запрети ему этим заниматься!». С нами, мужчинами, иногда срабатывает не хуже.
— Ты – отродье тьмы, – скривилась Арелия, видимо, думая, что оскорбляет меня. – Только они нападают из-за угла и бьют в спину.
«Ну, не из-за угла, а с наиболее выгодной со стратегической точки зрения позиции. И не бьют в спину, а заботливо указывают противнику на его слабые места в защите»...
Самостоятельная жизнь учит быстро, но жестко;
Совсем глупой я не была, и осознавала, что попала отнюдь не в сказку. Это там герой может выстоять в одиночку против жуткого зла, ещё и мир спасти впридачу. Но я-то обычная девушка.
– Я по-честному вас защищаю! – обиделся Кузя.
- Разумеется. Еще скажи, что не хочешь меня сожрать.
– Конечно, хочу! – Кузя поднял голову и уставился ему прямо в глаза. – Но вы не понимаете: это совсем другое!
Ошибки совершает каждый, но только сильный человек может их признать и попытаться исправить.
- Такие – сильные – женщины могут пугать только слабых мужчин. Я себя к ним не отношу.
- Самоуверенно.
- Зато честно.
Наши истории- это именно то,чем мы запомнимся будущим поколениям,а потому,начиная свою историю,мы должны прежде всего подумать о том,стоит ли она вообще того,чтобы ее рассказывать.
Ты можешь снова партию начать,Рискнуть судьбой, поставив все на карту.Свободу, место в жизни потерять,Себя доверив ветреному фарту. Но, сделав ход, возможно, куш сорвешь —Своей мечты заветной исполнение.А не рискуя, никогда не обретешьСвободу самому менять решения.
«Белые люди разжигают большой огонь и садятся вдали от него. Мы разжигаем маленький огонь и садимся к нему близко».
Индейская пословица
-Судя по твоему виду, – вклинился в мои радужные размышления Эгри, – Ты уже разделила броню неубитого гартаха
на чешуйки, сделала из них ожерелье, выгодно его продала и потратила вырученные деньги.
Если мы будем смотреть на мифологию не как на совокупность заблуждений невежественного человека, но как на отражение того, что происходит в душе любого (и может произойти с каждым из нас в условиях страшного стресса), то исчезнут все мнимые противоречия в представлениях о мире мертвых. Чем сильнее стресс – тем ближе предки. Опасность или риск неудачи – они рядом. Все спокойно – они где-то там, за лесом, за рекой.
Никогда не восхищайтесь выжившими - ведь вы никогда не узнаете, как именно им удалось выжить.
Нет, наглость не впереди Тихона родилась. Она вместо него родилась!
По истечению пятидесяти лет мы будем помнить только ту версию историю, которая получила распространение, и никогда не сможем доказать, было ли это по-настоящему
И что, именно то, что ты бедный, заставляет тебя гадить в подъезде, а не дома в относительном комфорте в унитаз?
Ну-ка просвети меня, как это вообще между собой связано?
...чтобы увидеть истинное лицо человека, достаточно просто перестать делать то, что он от тебя ожидает.
Одиночество... как остро оно ощущается во время праздников.
А я бежала спортивным бегом от любви. Романы в моей жизни не переводились, и все это была игра, и все это облекалось в поиски близкой души. Мужчины приходили в мою жизнь как экскурсанты – ничего не взяв и ничего не оставив. Все отношения развивались по одной и той же схеме с разными оттенками и быстро себя исчерпывали.
Когда любить разрешено, и все легко, просто и приятно, так легко принять за любовь всё, что угодно! Любое чувство охотно нарядится и наденет эту маску. Когда любить нельзя и даже преступно, то всё иначе. Любовь остаётся голой. И беззащитной