Устав до трех раз позволяет заблудшему возвратиться и быть вновь принятым в монастырь.
Как это часто бывает, чем больше у нас чего-нибудь, тем меньше счастья нам это приносит. Первый кусок торта - восторг, пятый - уже не то.
Забудьте о солнечных батареях — научиться бы добывать электричество из отказа признавать очевидное, и энергии хватит еще на много поколений.
Весна наступила рано. Дети бросают на школьном крыльце куртки, шапки, портфели и бегают по двору, как ошалевшие от свободы щенята. Мне подруга рассказывала, как вывезла своего подросшего пса-лабрадора на дачу. Пес наматывал круги вокруг куста смородины, пока не свалился. Вася с друзьями носятся вокруг деревьев или вокруг девочек. Потом все вместе валятся на землю. С девочками все понятно, но как эти дети умудрились свалить дерево перед школой – я не знаю.
вопрос кажется таким важным, что через несколько секунд после того, как мы им задаемся, мы решаем вовсе не размышлять на эту тему — слишком обширна глубина нашего незнания.
Живёшь по-настоящему, только когда умираешь.
– Несчастные должны воевать, Альфа́. Таков закон. Воевать, чтобы другие жили в мире.
Ресницы трепетали, задевая холодное стекло. Немного в стороне от того места, где скрылась маленькая рука, Дарби заметила серповидный отблеск натриевого фонаря от какого-то едва заметного предмета. Это был круглый кодовый замок. Запирающий сетку из металлических прутьев, которые недавно сжимала детская рука. Похоже на клетку для перевозки собак.
У нас тут жизнь идет полным ходом, можете мне поверить. Не соскучишься. Хотя раньше убийств не было. Это что-то новенькое. Я, впрочем, надеюсь, что это не станет традицией.
С того дня сеансы массажа в моей жизни стали регулярными. Это минуты, когда рассудок отступает перед чувствами.
Нельзя смеяться над тем, кто боится. И уж подавно нельзя смеяться над тем, кто жестоко разочарован.
"Осуждать всегда легче всего, и камни бросать всегда легче в спину."
Эми хотелось отчитать Юмэя и Сусаноо за такое ужасное поведение, но она понимала, что ничего этим не добьется. Тысячелетний принц теней и бессмертный куницуками бури не станут слушать человеческую девчонку, выговаривающую им за то, что они ведут себя как малые дети.
Если человек думает, что его жизнь кого-то интересует, кроме него самого, он заблуждается (даже близким мы нужны какими-то, в каком-то своем качестве, а вовсе не сами по себе - не надо питать иллюзий). Но дважды заблуждается тот, кто не осознает, что его жизнь нужна ему самому.
Лукавые шуты нередко входят у своих господ в большую силу, нежели человек правосудный.
Чтобы достичь цели, нужно отречься от всего, пока не останется совсем ничего, и тогда оно случится само. Это по-настоящему важно. Таков мой девиз для каждого перформанса.
"О, ну, конечно. Иди и проверь, в порядке ли человек. Обо мне не беспокойся; я просто полежу здесь, стараясь полностью не истечь кровью".
— Не поверишь, я себе зарок дал — пока окончательно не пристрою тебя, сам не женюсь. В очередной раз. «Окончательно» прозвучало несколько зловеще, но все-таки надеюсь, что он имел в виду семью, а не кладбище.
- И чего мы это наделали? – Макаровна повернулась к Наумовне.
- Ну, - заключила та, - если завтра собаки с милицией не приедут, то всё будет хорошо.
В настоящее время мы дошли в буквальном смысле до ужаса перед нищетой. Мы презираем всякого, кто избирает бедность, чтобы упростить и спасти свою внутреннюю жизнь. Всякого, кто не надрывает свои силы в погоне за деньгами, мы считаем уже бессильным и лишенным честолюбия человеком. Мы совершенно забыли прежнее идеализирование нищеты, которая являлась символом освобождения от материальных привязанностей, полной неподкупности духа, мужественного равнодушия к земным благам, стремление оплачивать свой путь тем, что мы имеем права в любой момент безответственно отказаться от жизни.
моему пути нет конца, есть только развилки, объезды, холмы и долины; тропинка постоянно сбивается с пути, но у меня есть время, свобода, смелость и безудержное любопытство, чтобы по ней идти.
Это он мне сейчас? Неужели не понимает, что ожидание нападения, хуже смерти?
Из воспоминаний вернул голос Рикера.
— Я уже тогда планировал взять тебя в жены. Забавно, не находишь?
— Не нахожу. Я же совсем еще ребенком была. А ты уже взрослый.
— Ну, сейчас немногое изменилось, — хмыкнул супруг. — Ты все такой же ребенок. Только пытаешься казаться взрослой. А насчет замужества — я бы подождал. Лет так до двенадцати- четырнадцати.
Молодым везде у нас дорога, старикам везде у нас почет. ... Это все цирк, иллюзия, обман… Нет никакого почета. Зачем мне звание народной актрисы, если у меня не будет ролей? Народная актриса без ролей, это все равно что жопа без дырки! Одна видимость и никакой пользы.
— Как же ты меня бесишь!— Ты просто пока не привык, — вяло дернула я плечом.