— Простите, но я, возможно, не смогу вернуть вам «хеклер-унд-кох».— Ничего. Считай это моим личным подарком. А станет опасно хранить — выбрось в Токийский залив. Пускай мир еще на один шажок приблизится к разоружению.— Вполне возможно, я так из него и не выстрелю. И нарушу закон Чехова.— И это неважно, — отвечает Тамару. — Если можешь не стрелять — не стреляй. Двадцатый век кончается. Со времени Чехова слишком многое изменилось. По улицам больше не ездят на лошадях, а дамы не носят корсетов. Человечество умудрилось пережить нацизм, атомный взрыв и молодежную музыку.
Подозреваю, что куда проще связать свои проблемы с чем-то конкретным. Когда не доискаться до сути, когда что-то давит и тревожит, удобнее всего сосредоточиться на чем-то осязаемом.
Возьми пятерых мальчишек, засыпь их в один небольшой дом и посмотри, на что это похоже: каша из бардака и потасовок.
– Уныние не измерить цифрами, – соглашается Фрейя.
– Тогда как его можно измерить? – любопытствует доктор. – Пожалуйста, скажите мне, чтобы я передал это Американской академии неврологии.
Может, они и полные незнакомцы, с разными жизнями и разными проблемами, но в этой смотровой они одинаково измеряют уныние. Они измеряют его утратой.
Что толку в вечной юности, если нельзя проснуться и хотя бы полюбоваться на себя в зеркало.
Она просто проверяет тебя на вшивость, – сказала Марджери, когда Элис невольно взвизгнула. – Как только ты дашь ей понять, что ты тут главная, она сразу же станет шелковой.
... любые перемены, какими бы хорошими и приятными они ни были, всегда имеют свою цену.
Выдают ли наши поступки нашу натуру?
Если бы ты была домом, я бы поселился в тебе, победил бы твои потолки, со всех сторон тебя бы оплел виноград кружевным зелёным платьем. Ты бы не скрипела и не плакала - я бы не давал тебя в обиду. Ты бы пахла жареными орехами и яблоками.
Мы подвергали друг друга опасности, и рано или поздно один из нас умрет за другого. Абсурд, но в данный момент мы соревновались в том, кто будет первым.
Говорят, у бизнесменов нет времени. Они слишком заняты, чтобы читать. Это ерунда. Всякий человек обязан читать книги, как арестант из Общей Хаты обязан уделить на Дорогу коробок спичек, - иначе он перестанет быть достойным арестантом, а человек - достойным человеком.
Люди изо всех сил стараются быть хитрее, а потом прокалываются на какой-нибудь ерунде.
Голос сорвался. Казалось, слова, которые он собирался произнести, окажутся злым заклинанием, которое превратит [...] в окончательную и непоколебимую истину.
Солнце запустило пальчики-лучи во все прорехи, в отверстия от выпавших сучков и перебирало ими рваные свисающие с потолка плёнки.
- Это единственный раз, когда король может изменить своей супруге - на закате своего правления.
Вот ведь странный мир и странные пенсионные бонусы.
– Ты, как праздничный салют, Ливи, – никогда не знаешь, каким будет следующий залп.
…Первые пару минут, правда, ничего не происходило, зато потом ладони вдруг налились жаром, а от склепа ко мне потянулись переливчато-радужные лучи. Ох, каких усилий в этот момент стоило не поддаться эмоциям и не одернуть руки! А вскорев моих руках сверкал яркий солнечный шарик. Теплый,приятный и вызывающий какое-то удивительное чувство уюта. Даже при том, что находилась я по-прежнему среди мерзкого кладбища.
— Ух ты! Обалдеть! — восторженно выдохнула я.
— Молодец. А теперь вот это «обалдеть» отбрось, пожалуйста, осторожненько куда-нибудь подальше.
Ты прирожденный политик, — усмехнулся Норт. — Одна маленькая проблема — это моя девушка, так что последствия придется брать на себя мне. Но ты прав, убивать того, кто под охраной самого повелителя Ада несколько… недальновидно
Конечно же, у Ноя был катер, в этом Лена не сомневалась. Все знают, что катер — это такая лодка. А ковчег — это непонятно что, выдумка. И Лена вздохнула по-взрослому: ну как же так, писать такое в Библии.
— Катер ведь небольшой, — сказал я.
Лена кивнула.
— В том-то и дело, Трилле, что небольшой. Тогда ясно, почему динозавры вымерли. У Ноя не хватило для них места.
Только глупый человек ищет всегда одно простое решение для всех проблем. И когда его «гениальное» простое решение не срабатывает, он вместо того, что-бы искать дальше и выяснять — что стало причиной неудачи, просто начинает раздувать до гипертрофированного состояния это своё простейшее решение.
Судил ли он всех мужчин по себе? Нет. Он был членом племени, ничего больше. А кто был настоящей загадкой, так это женщины.
"Чтобы пациенту стало лучше, иллюзии, на которых основана вся его жизнь, нужно развеять, чтобы он мог жить в реальном сегодняшнем мире, а не в его мире "если только" или "когда-нибудь".
«Чем больше ты понимаешь, тем больше ты понимаешь, что нечего понимать. Установка на то, что мы должны к чему-то прийти и чего-то достичь, – наше главное заблуждение».
Сделал гадость, будь мужиком, исправляй последствия.
когда слишком сильно хочется, мир начинает препятствовать, чтобы восстановилось равновесие между желанием и реальностью