По-моему, легко придерживаться высоких моральных принципов, пока это не коснулось лично тебя.
Каждый офицер должен уметь делать все то, что делают и его матросы...
если все мужики козлы, срочно смотрись в зеркало, вдруг там отражается коза
Пусть рухнет мир, но торжествует справедливость.
Меньше слов, больше дела. Ты в России. Сынок.
И видеть его чужим мужем тоже не хочу... Ага, и сама замуж не пойду. Кажется, это называется "собака на сене". Не съем, так хоть понадкусываю.
Ты похожа на равнобедренный треугольник! Одни прямые линии и острые углы. Я подумал, что мы будем чертить круги на бумаге. Но ты заявила, что не готова использовать мой циркуль. Как, скажи, мне жить, жестокая благородная дева?
Подлость еще никого не осчастливила.
... любовь, семья – это тоже труд. Это рост. Это движение. И не всегдa по проторенной дорожке.
Я выключила телефон и пошла к Шмулику.
– Дай подушку, – вместо приветствия попросила я.
Моя, разорванная грабителями, ныне квартировала на помойке.
– Зачем? – удивился сосед.
– Буду в нее плакать, – огрызнулась я.
Шмулик с подозрением покосился на меня, но все же поделился. Спустя четверть часа он осторожно заглянул ко мне и, увидев, что я не сплю, а сижу на кровати и методично боксирую синтепон, полностью просочился в комнату.
– Я слегка по-другому представлял себе женские слезы, – пробормотал Шмулик, задумчиво почесывая подбородок.
– То женские, а это – врачебные.
Как бы ничтожна и виновата ни была женщина, как бы близко она ни стояла к тебе. ты не имеешь права сидеть в ее присутствии без штанов, быть в ее присутствии пьяным, говорить словеса, которых не говорят даже фабричные, когда видят около себя женщин... Ни один порядочный мужи или любовник не позволит себе говорить с женщиной о сцанье, о бумажке, грубо, анекдота ради иронизировать постельные отношения, ковырять словесно в ее половых органах... Это развращает женщину и отдаляет ее от Бога, в которого она верит.
Действительно хорошие вещи редко получают признание сразу после написания. Лучшие писатели умирают бедными. Плохие зарабатывают деньги.
Этот огромный, грубоватый, старомодный, мрачный, романтичный, пессимистичный, одаренный, катастрофически невыдержанный и умный диктор новостей. Его книги. Его стряпня. Его вино, его время, его умение слушать. Его большие нежные руки. Его любовь к дождю. Он всегда был рядом, если то позволяли Бразилия и мир. Его многочисленные костюмы, рубашки и всегда дорогое нижнее белье. Его сексуальность никогда не была современной и очевидной, вульгарной, в ней чувствовалось что-то более взрослое, умное, грязное и романтичное, комичное, дурное и упадническое. Она увидела, как стилус написал: С тобой я чувствовала себя женщиной.
Рейчел безвольно опустила руки и постаралась отогнать мысль о том, чтобы он снова поцеловал ее пальцы. Ей показалось это глупым ребячеством. «Чего я достигну, если он это сделает?» – подумала она. И эхо далекого голоса ответило ей: «Всего».
– Моя молодость совпала с молодостью века, – говорю я. Он не слушает. Оскорбительно его равнодушие ко мне. – Я часто думаю о веке. Знаменит наш век. И это прекрасная судьба – правда? – если так совпадает: молодость века и молодость человека.
Тот, кто слушает то, что люди говорят про него, никогда не будет спокоен.
Посеять страх среди российских граждан почти невозможно
Гордость иррациональна и зачастую глупа, но когда кроме нее не остается ничего, сложно расстаться и с ней тоже.
— И ты справишься, Лик.
— Что нужно делать? — вздохнула я.
— Ничего особенного. Жить. Делая по крошечному шажку, идти вперёд. И однажды ты вдруг обернёшься и поймёшь, что ушла так далеко, что уже не о чем печалиться.
За три месяца и кошачий-то характер не разберешь, не то что женский.
Единственное понимание, которое во мне за это время укоренилось, состоит в том, что смерть - это тоже жизнь...
У актёров и клоунов мимические морщины чуть глубже, чем у всех остальных.
Ложь — это медленная смерть. Правда — быстрая.
– О зависти... Люди боятся показаться хуже, беднее других, и поэтому не могут радоваться самому главному – не вещам.
– Это так, только вот в нашем возрасте нам уже нечем хвастать, Полка. Кожа стареет, волосы седеют, фигура теряет свою привлекательность. Нам остается лишь хвастать вещами
“Мне казалось, что даже я сам не разумное человеческое существо, а бедное больное животное, терзаемое какой-то странной болезнью, которая заставляет его бродить одного, подобно заблудшей овце.”