Одной из поразивших меня вещей было сходство Японии с Италией. Если китайцев можно сравнить с немцами, то японцы – это итальянцы Востока. Налицо тот же контраст расчетливости и безалаберности. Подобно итальянцам, японцы смешливый, легкомысленный народ, для которого жизнь стоит так мало, что смерти нечего страшиться. Они тоже дети природы по своим манерам, но коварны, мстительны и хитры в сделках. Они тоже прирожденные артисты, с присущей художественному темпераменту леностью. Их бедняки, если не считать одежды, чем-то напоминают итальянских.
К.Р. Стрэттон
В лесах иногда встречаются поляны, где поверхность земли ровная и покрыта белым песком, «словно бы его насыпали люди», - это «места, где собираются духи». Призрачные барабаны и другие инструменты (рога и флейты) можно услышать в Ньясаленде и регионе Делагоа-Бей.
Однако ни одна из женщин еще не производила на Антона такого сильного впечатления, как посетивший его Петр Ильич Чайковский. Композитор уже два года был почитателем чеховского таланта - Антон платил ему взаимностью.
Ударить на день раньше – значит ударить мимо цели.
Мы – сны. Все мы – призраки. Подумай! Если универсальный квантовый компьютер может точно воссоздавать реальность множество раз, то какова вероятность, что мы самая первая, оригинальная копия, в отличие от всех остальных? Хочешь цифр? Могу привести тебе цифры. Мы все подсчитали. Так вот, вероятность очень-очень-очень мала… Настоящая вселенная погибла уже давным-давно, мы все призраки в конце времен, в смертельном окончательном холоде. Процесс постепенно замедляется, но никогда не остановится, перезапускаясь снова и снова, и нам не выбраться отсюда. Никому.
— Твоя беда, Карлитос, — сказал он, после того, как сел, — состоит в том, что ты гений.
Вы прошумели мимо меня, как ветвь, полная цветов и листьев.
...совершенство человека возрастает по степени совершенства того предмета, который он любит больше всех других...
Если в моем сердце есть женщина, - другой женщине нет места даже в моей постели...
Ведь подлинная гордость, настоящее величие не кричит о себе. Она просто есть – как фундамент дома, как ствол векового дуба. Это чувство, что ты не зря прошёл свой путь, что твой труд, твоя честь, твоя верность – это камни, из которых сложена крепость твоего «я». И ты стоишь на этой твердыне, глядишь на пройденную дорогу, и на душе у тебя светло и легко. Это гордость
– А если машина собьет, тварь какая-нибудь из зарослей выползет или и вовс-с-се маньяк нападет? – Последние слова буквально выдохнул мне в лицо, нависнув надо мной, как… да как тот самый маньяк, упомянутый им!
Семью обычно разрушают не женщины в светлых свитерах. Её разрушает мужчина, который решил, что ему можно жить две жизни одновременно.
Поезд нагоняла грозовая туча. Ее клубящуюся дымную плоть разрывали всполохи молний, и казалось, что она вот-вот накроет состав и затянет его в свое клокочущее чрево.
- Сахара в доме нет, - сообщает она с гордостью человека, который предусмотрительно уничтожил все пищевые припасы, зная, что оккупанты вот-вот войдут в родное село.
В этой Вселенной мы учимся, если не на чужих историях, то на личном горьком опыте. Урок, неусвоенный с первого раза, будет поставлен на повтор. Для своего же блага, будь осмотрительна, не наступай на одни и те же грабли.
Никогда не бывает слишком поздно, пока не становится именно так.
У выхода из трактира выстроились Пип и сестры Гретель. Повар держал в одной руке любимый топорик для мяса, а в другой - скалку.
Он шел строго и прямо, ничего не видя, но точно ориентируясь по звуку работавшего мотора. И все стояли на своих местах, и он шел один, с трудом переставляя распухшие, обмороженные ноги. И вдруг немецкий лейтенант звонко и напряженно, как на параде, выкрикнул команду, и солдаты, щелкнув каблуками, четко вскинули оружие "на караул". И немецкий генерал, чуть помедлив, поднес руку к фуражке. А он, качаясь, медленно шел сквозь строй врагов, отдававших ему сейчас высшие воинские почести. Но он не видел этих почестей, а если бы и видел, ему было бы уже все равно. Он был выше всех мыслимых почестей, выше славы, выше жизни и выше смерти.
Молодые люди иногда не понимают, что из любой девушки глупость ее партнера может сделать крокодила, и генетическая природа тут совсем ни при чем.
"– Миледи, у вас жар и начинается бред. Вы не можете разбираться в таких вещах лучше королевского лекаря.
– Почему? Вы уже видели, что я разбираюсь в ранах и переломах.
– Потому что он служит королю дольше, чем вы живете на свете. Потому что вы женщина, – продолжал он.
Я горько рассмеялась.
– Женщина, да. Kinder, küche, kirche…
– Что?
– Дети, кухня, церковь…
Женщине приходится быть на две головы выше мужчин, чтобы те признали ее профессионалом, хотя бы равным себе."
— Именно! Грузим мы розы в подводу, а тут останавливается шикарная карета и из нее выходит Соверен Гард. Я сначала решила, что обозналась. Потом присмотрелась — он самый! И давай ему предлагать дюжину роз по дешевке.
— Ты серьезно продала розы?! — ужаснулась я.
— Ну, не выкидывать же добро. — Она прижала ладошки к бледным щекам, в глазах заблестели слезы. — Я чуть не заставила Соверена Гарда купить цветы, которые он уже покупал! Как ты думаешь, меня теперь в кутузку загребут?
— За что?
— За незаконный оборот роз в Городе десяти островов!
С голоду ты не умрешь, тебе нужно только найти себя
Кто был королем в Нарнии, всегда останется королем Нарнии.
Любимые тобой люди — всего лишь орудия, которые обязательно будут использованы против тебя
В моём мире, Ваша Светлость, сердце женщины сначала нужно завоевать.- А я завоевал! – заявил этот дамский угодник. – Вы, Виктория, целый фужер дорогого приворотного зелья выпили. И я искренне не понимаю, почему вы до сих пор не сгораете от тоски по моим объятьям…