После интимной близости, длившейся какие-нибудь четверть часа,между двумя людьми, питающими даже не любовь, а хотя бы тяготение друг к другу, возникает такое доверие, такая легкость общения, такое нежное
внимание друг к другу, какие не появятся и после десятилетней прочной дружбы.
Описание заклинания Патронуса
Патронус — это вид положительной силы, воплощение всего, что дементоры пожирают — надежду, счастье, стремление выжить. Но в отличие от человека, Патронус не знает, что такое отчаяние, и поэтому дементор не в состоянии причинить ему вреда,
Если все сделать правильно, заклинание вызовет Патронуса.
Патронус — что–то вроде покровителя, будет тебе щитом против дементора. В общем, антидементор.
Уважение чужих иллюзий стояло первым пунктом в правилах Сэйитиро. Это было основным смыслом жизни и главным условием, чтобы прожить её абсолютно неискренне и абсолютно несерьёзно.
Прежде чем войти куда-то, убедись, что ты знаешь, где выход…
Я держу ее в объятиях посреди улицы, мои руки в крови, ее лицо в крови, мои губы в крови, ее рот в крови, мои глаза в крови, ее волосы в крови, мои слезы – это кровь, и ее– кровь.Но никакие старинные заклинания нас уже не спасут. И я отворачиваюсь, с трудом поднимаюсь на ноги. Кэрол говорит: «Останься!» Но прошло уже двадцать пять лет и больше, и мне надо уйти, надо оставить ее одну здесь, на этой улице, в этой кровавой реке.И я смотрю вверх, а там – лишь Закон, Великий Закон, луна и Он.Кэрол больше нет.
быть может, я и пишу потому, что нам больше нечего было друг другу сказать
Я не знала никого, кто захотел бы со мной в мой рай. И я не знала никого, кому бы я понадобилась в его раю.
Движение, как ничто другое, способствует размышлениям.
Месяцами и годами воспоминания, незаметно разрастаясь, дремлют в нашей душе, пока какая-то мелочь, безделица не вызовет их наружу, и они странным образом ослепят нас, закроют от нас реальную жизнь.
Медея пошла в бутик, купила модное платье, пропитала его самовоспламеняющейся смесью (глицерин + марганцовка; есть подозрение, что в античности в волшебников записывали всех, кто банально знал школьный курс химии на пять).
Воображение есть духовное тело, и оно бессмертно.
Город - это остановка в земноводном путешествии, это место, куда мы вылезаем, покрытые липкой глязью, и едим, и оставляем свои следы, и танцуем, и сбрасываем нашу чешую, прежде чем отправиться в черные горы, где дуют сильные ветры и нет дождей.
Разве разговор — это не разновидность музыки, когда сначала звучит один рефрен, а ему в ответ — другой?
Иногда судьба выбирает нас, а не мы судьбу....
У его ног стояли две девушки в белом и маленькими серебряными ножничками подстригали ему ногти на ногах. Между их склоненными головами он разглядел часы на стене — большой белый циферблат, на котором вращалась тоненькая алая секундная стрелка. Ланарк скосил глаза вправо. Из плеча росла самая обычная, пристойная человеческая конечность.
Если у тебя есть план — немедленно приводи его в действие. Не давай ему залеживаться, иначе он покроется плесенью. Другие люди поймут, что у тебя на уме.
Мы все умираем… Смерть — это единственное, что объединяет людей
Но сегодня я есть не могла – началось рыцарское наступление на башню. Сверху мне было отлично видно, что происходит.
Сначала рыцари бахнули в кустах по рюмочке. Исключительно для храбрости. Затем еще по одной – думаю, уже просто за компанию первой, а потом они начали столь беспорядочно пить, что считать рюмки я перестала.
Контрольная система которую вы только что видели сломалась. Это случилось неожиданно и родилось целое поколение которое не ощущало ни боли ни удовольствия.
Рано или поздно – в это верили все астронавты – человек встретится с другими разумными существами. Пусть до этой встречи ещё далеко, но гипотетические «инопланетники» уже прочно вошли в космическую мифологию; на них валили все, чего не могли объяснить иначе.
Не так уж трудно поверить в существование инопланетников, если ты вместе с горсткой товарищей очутился в чужом, неприветливом мире, где даже камни и воздух (если он есть) кажутся враждебными. Где опыт тысяч земных поколений оказывался никчемным, все привычные представления – непригодными. Первобытный человек за всем неведомым видел богов и духов; так и гомо астронаутикус, прибыв на новую планету, невольно озирался на каждом шагу, ожидая увидеть кого-нибудь. Несколько быстротечных веков люди почитали себя господами вселенной; древние страхи и чаяния ушли в тайники подсознания. Теперь, когда человек пытливо изучал звёздные дали и пытался понять, что за силы там таятся, эти чувства возродились. Ничего удивительного.
Человек готов отделаться от всего, что угрожает ему одиночеством, — даже от самого себя.
У Леонарда Блоренджа, заведовавшего кафедрой французской литературы и языка, были две занятные особенности: он не любил литературы и не знал по-французски.
Все еврейские бизнесмены, когда вокруг все сложно и всем тяжело, все рушится, спрашивают себя: «Как я могу на этом заработать?» Не хвататься за голову, а задуматься, как и где я могу сделать деньги? И в этом нет ничего плохого, это помогает в любой ситуации находить выход и, конечно же, не хныкать.
Люди хотят судить особенно о том, чего не знают, ибо известное не интересно.
- Врач только в силах устранить от больного все то,что мешает его выздоровлению,в лучшем случае очей,осторожно попытаться дать больному то,чего не хватает его телу или душе,-продолжал он.-Но даже если все это удастся сделать,есть еще нечто,и,быть может,самое главное,хотя я не знаю,как это выразить словами,нечто такое,над чем не властен ни больной,ни врач...Я имею ввиду врожденный запас жизненных сил.