Цитаты

магнитофонные бобины должны вращаться

Всевышнее вторжение

Филип Киндред Дик

По мнению исследователей творчества Филипа Дика, трилогия «ВАЛИС» стала главным произведением его жизни, хотя писатель успел закончить только два романа из задуманных трех. «Всевышнее вторжение» – второй роман этого цикла – впервые издается на русском языке. Размышления автора о сущности человека, окружающего его мира и влиянии Бога на вещную и духовную сферы бытия захватывают и интригуют, а знаменитая иронично-серьезная интонация Дика не может оставить равнодушным…

О, как грустно разглядеть жизнь, понять, какова она, и не понять, зачем она!

Ведь наука только вид делает, дескать, много знаем. а ведь на поверку - не знает ничего...

Прокаженные

Георгий Шилин

Роман Георгия Шилина «Прокаженные», рассказывающий о жизни в колонии больных проказой, хотя и содержит множество драматических и трагедийных сцен, производит в целом удивительно светлое, оптимистическое впечатление. Главное в нем — борьба за жизнь, за счастье человека, образы нравственно чистых, самоотверженных людей, идущих к высокой, благородной цели. В романе все необычно и интересно: и быт колонии, живущей по своим, сугубо специфическим законам, и судьбы героев — больных и здоровых, и связь...

— Что ж теперь будет-то? — озабоченно спросил Тумил, когда мы вышли из трапезной.
— Пост скорби будет, не слыхал, что ли? — ответил я. — Жрать будем один раз в день, после захода солнца, и только по маленькой мисочке пустой каши, приготовленной на воде.
— Да я про смерть царя. — Слова про грядущую голодную неделю он, со свойственным его возрасту оптимизмом, всерьез не воспринял. — Что скажешь?
— Ну, если бы Каген еще не помер, я бы сказал: «Да чтоб ты, гадина, сдох», — ответил я, и пацан аж поперхнулся. — Погоди, через недельку священной голодовки ты будешь со мной полностью согласен.

— Он со своим футбольным дружком собирался засунуть одного парнишку головой в унитаз. Я вмешался. Качок не оценил того, что я сорвал их веселье, поэтому попытался расквасить мне лицо. — Я пожал плечами. — Сожалею, но мне мое лицо нравится таким, какое оно есть.

Железный принц

Джули Кагава

МЕНЯ ЗОВУТ ИТАН ЧЕЙЗ. И я сомневаюсь, что доживу до своего восемнадцатилетия. С тех пор как Меган вытащила меня из цепких лап фейри, я поклялся, что никогда не вернусь в Небыль. Однако придется нарушить клятву, ведь эти злосчастные существа продолжают преследовать меня и моих друзей. Жалею об одном: что втянул в эту неразбериху Кензи. И теперь я во что бы то ни стало должен спасти ту, в кого не планировал влюбляться. ВСЕ НАЧАЛОСЬ В ДЕНЬ, КОГДА Я ПЕРЕВЕЛСЯ В НОВУЮ ШКОЛУ. СНОВА. После...

– Я верю в зло. – Если ты веришь в зло, то и в добро должен верить. Одно без другого не бывает.

Любимый незнакомец

Эми Хармон

1923 год, Чикаго. Родители десятилетней Дани Флэнаган погибли при загадочных обстоятельствах. Тогда офицера Майкла Мэлоуна заставили замолчать и дело быстро закрыли. Пятнадцать лет спустя в Кливленде происходят убийства при схожих обстоятельствах. Дороги Дани и Майкла вновь пересекаются. Теперь сомнений нет: в городе орудует маньяк.

Женский ум-извилистый лабиринт , который в сотни раз сложнее мужской прямоты. Знаешь что делает женщину безжалостной? Амбиции.

Скрытая бухта

Мария Орунья

Молодой лондонец Оливер Гордон получает в наследство колониальный особняк, виллу “Марина” в прибрежном городке Суансес в Кантабрии – области на севере Испании. Во время ремонтных работ в подвале обнаруживается замурованное тельце младенца, а рядом – странный предмет, уродливая статуэтка, изображающая какого-то экзотического идола. Страшная находка словно открывает дверь в бездну, и в мирном курортном местечке и его окрестностях начинают происходить убийства, одно замысловатей другого. Полиция в...

Она была похожа на печальную и огорченную птицу, и он гадал, какая клетка сделала её такой.

Джек Мэггс

Питер Кэри

Книга, в которую погружаешься, как в водоворот, а потом — только захлебываешься в авторском остроумии, великолепном языке и изумительном умении строить сюжет. «Джек Мэггс» Питера Кэри. Изящная стилизация под Диккенса? Исторический детектив? Увлекательный викторианский «роман тайн»? Все сразу — и нечто большее. Книга, которая привела в восторг журналистов и критиков всего мира. Книга, удостоенная самой престижной из англоязычных литературных наград — Премии писателей Британского...

"Наивность"
"- Вы желали видеть Адама и Еву, наших прародителей, вот они! - молвила она и, оставив детей в великом изумлении пред картиной синьора Тициана, сама села у изголовья короля, умиленно взиравшего на своих внучат.
- А кто из них Адам? - спросил Франсуа, толкая локтем свою сестрицу Маргариту.
- Глупенький! - отвечала девочка. - Как же можно это узнать, раз они не одеты!...
...А назидание отсюда можно извлечь лишь одно: дабы слушать милый детский лепет, надобно создавать детей."

Озорные рассказы

Оноре де Бальзак

Оноре де Бальзак — великий французский писатель, у которого, по определению Льва Толстого, «в оное время учились писать все». В многочисленных романах своей «Человеческой комедии» он воссоздал пестрый, жестокий и многоликий мир, отразив жизнь всех классов современного ему общества. Книга «Озорные рассказы» стоит особняком в творчестве Бальзака. Это собрание игривых и забавных новелл, стилизованных под Боккаччо и Рабле, в которых — в противовес модным в ту пору печальным романтическим мотивам —...

Те, кто умеет говорить, умеют обольщать. Слова заводят нас в тупик. Больше всего мы хотим расти и меняться. Дерзкий новый мир.

Английский пациент

Майкл Ондатже

Книга являет собой литературную основу одноименного кинофильма, удостоившегося в 1997 г. девяти премий «Оскар», но, как это часто бывает, гораздо шире и увлекательнее его (например, судьбы главных героев здесь прослеживаются до 1958 года, в отличие от экранной версии, заканчивающейся в 1945-м). По отзывам заокеанских литературоведов, это «приключенческий, детективный, любовный и философский роман одновременно».

Ваша честь, я знаю, доносчиков не любит никто, даже прокурор

Улики

Джон Бэнвилл

Номинант на Букеровскую премию 1989 года. «Улики», роман одного из ярких представителей современной ирландской литературы Джона Бэнвилла, рождается в результате глубокого осмысления и развития лучших традиций европейской исповедальной и философской прозы. Преступление главного героя рассматривается автором как тупик в эволюции эгоцентрического сознания личности, а наказание убийцы заключается в трагической переоценке собственного духовного опыта. Книга прочитывается как исповедь мятущегося...

 — раз ты оказался у нас истинным и верным сыном гор, ей нужен был кто-то еще, ммм, ближе, чем ты. А кто ближе к мужчине, чем женщина с которой он делит постель? 

Жена для генерала

Анна Сорокина

Найти жену? Что может быть проще! Только нужно помнить, что она должна быть одарена магически. Быть из благородной семьи. Соответствовать требованиям Империи, ведь жена нужна не кому то там, а герру Империи, генералу и Советнику Императора. Что то еще? Пророчества и сны, предсказания и вероятности, поиски и обретения той самой, единственной.

Я не хочу, чтобы кто-то для меня что-то значил. Так только хуже, одно лишнее беспокойство. Когда ничего не волнует, не так больно.

Ниже нуля (Меньше, чем ноль (Less Than Zero)

Брет Эллис

Дебютный роман глашатая «поколении Икс», ангора знаменитых бестселлеров «Американский психопат», «Информаторы» и «Гламорама». Уже и своей первой книге, написанной в неполные двадцать лет, Эллис по всей красе демонстрирует псевдоиронично-наплевательское отношение к окружающему миру алкогольно-наркотического угара н калифорнийской «золотой молодежи», скрывающее безошибочно-острый скальпель злого сатирика и строгого моралиста эпохи массового потребления. Эллис – не певец потерянного поколения, он –...

– А с чего врать-то? – пожал Мишка плечами. – Жизнь штука хитрая, рано или поздно любую ложь сама наружу выведет.

Еще один шанс

Ерофей Трофимов

В свои шестнадцать он прославился на всю округу как лучший следопыт. А ещё как механик-самородок, умеющий придумывать новые машины. А на самом деле в теле юного охотника оказался сорокалетний мужик из другого времени и другого мира. И вот теперь он вынужден скрывать свои знания и умения, пытаясь прижиться в новом для себя теле. Ведь всё, что его теперь окружает, он знает только по книгам и фильмам. А тут и настоящие хунхузы, готовые ограбить и убить зазевавшегося путника, и ханты, живущие своим...

Как наша зависть, покаявшись, разрешается во милосердии.

Земля воды

Грэм Свифт

Роман «букеровского» лауреата, сочетает элементы готической семейной саги, детектива, философского размышления о смысле истории и природе. Причем история у Свифта предстает в многообразии ипостасей: «большая» история, которую преподает школьникам герой романа, «малая» местная история Фенленда – «Земли воды», история человеческих отношений, романтических и жестоких. Биография учителя, которому грозит сокращение и «отходная» речь которого составляет внешний уровень романа, на многих уровнях...

При этом Костя по-прежнему оставался невысоким, щуплым и в свои пятнадцать лет смотрелся максимум на двенадцать.

Безумная кепка Мономаха

Дарья Донцова

Просто абсурд какой-то! Вот теперь, когда я, Евлампия Романова — можно просто Лампа, — нашла работу в детективном агентстве, приходится умирать со скуки. Нет клиентов, и все! Но я была бы не я, если бы не накликала приключений на свою голову. Моя первая, с таким трудом найденная, клиентка утверждает, что ее муж погиб в авто катастрофе., два раза. Вот мне и придется проверить: так ли это, или меня угораздило связаться с сумасшедшей! Все одно к одному! Кажется, у моего хорошего приятеля тоже...

- Одно есть правило в жизни, - бормотал он про себя. - Чуешь запах чеснока, значит, все в порядке.

Высотка

Джеймс Баллард

Сорок этажей, тысяча квартир, две тысячи жильцов — это и есть высотка, одна из пяти запланированных в новом жилом комплексе в Лондоне. Полная самообеспеченность, включая торговый центр, салон-парикмахерскую, два плавательных бассейна, спортивный зал и начальную школу для детей — несомненно, это образец будущего, новая социальная структура, дивный новый мир… Вот только начинается что-то неладное — с электричеством, с лифтами, с мусоропроводом… Кто виноват? Виноваты другие — те, кто сверху, те,...

Либо ты остаешься в тюрьме, которую твой век именует долгом, честью, самоуважением, и покупаешь этой ценой благополучие и безопасность. Либо ты будешь свободен - и распят. Наградой тебе будут камни и тернии, молчание и ненависть; и города, и люди отвернутся от тебя.

- Если общество намерено объявить меня вне закона, - сказал Кизи, тогда я сделаюсь изгоем, причем чертовски хорошим. Людям только этого и нужно. Во все времена люди нуждаются в изгоях.

Электропрохладительный кислотный тест

Том Вулф

Знаменитая книга Тома Вулфа повествует о том, как под звуки рок-музыки и разговоры о мистических учениях Востока, в дыму индийских благовоний и марихуаны, создавалась американская культура 1960-х годов.

Человек, играющий спектакль не для зрителей, а сам по себе, подвержен опасностям психологического рода. Просто обманывать не так уж трудно: все зависит от опыта и профессиональной компетентности, эти качества может развить в себе почти каждый. Но в отличие от виртуозного фокусника, актера или шулера, которые, окончив представление, могут влиться в ряды публики, тайный агент лишен такой возможности. Для него обман — это прежде всего средство самозащиты. Он должен обезопасить себя не только извне, но и изнутри, должен остерегаться самых естественных импульсов: зарабатывая кучу денег, он не вправе приобрести даже иголку с ниткой; он может быть умницей и эрудитом, но ему придется бормотать глупости и банальности; он может быть образцовым мужем и семьянином, но будет вынужден при всех обстоятельствах сторониться тех, кого любит.

Шпион, пришедший с холода

Джон Ле Карре

«Шпион, пришедший с холода» – книга, включенная в список журнала «Тime» «100 лучших англоязычных романов». Захватывающая история ветерана британских спецслужб Алекса Лимаса, который предпочитает уходу на покой участие в блестяще задуманной, но смертельно опасной операции. Его задача – дискредитировать и по возможности «убрать» главу одной из крупнейших контрразведок мира. Однако в Большой игре доверять нельзя никому – ни врагам, ни союзникам, ни даже друзьям…

Старый джанки нашел вену... кровь расцветает в пипетке, как китайская роза... он заталкивает героин домой, и мальчик, который дрочил пятьдесят лет назад, еще непорочный, просвечивает сквозь опустошенную плоть и заполняет сортир сладким пряным запахом юношеской похоти...

Как он ухитряется столько читать и оставаться таким безграмотным?

Лови момент

Сол Беллоу

"Лови момент" - одно из ранних произведений Сола Беллоу, положивших начало его блистательному творческому пути. Герой этого романа - типичный представитель "опоздавшей молодежи" 50-х, первых бунтарей преуспевающей послевоенной Америки. Ему - как и многим его сверстникам - кажется: он так и не пережил всей полноты бытия, доступной лишь на полях сражений. Он готов на все ради искренних чувств, - однако его представления о любви никак не вписываются в ханжеские, овеянные голливудским глянцем...

Может быть, миру стоит измениться. Может быть, ему стоит наконец повзрослеть и начать относиться к смерти серьёзно.

Замечательная жизнь Юдоры Ханисетт

Энни Лайонс

Юдоре Ханисетт восемьдесят пять. Она устала от жизни и точно знает, как хочет ее завершить. Один звонок в швейцарскую клинику приводит в действие продуманный план. Юдора желает лишь спокойно закончить все свои дела, но новая соседка, жизнерадостная десятилетняя Роуз, затягивает ее в водоворот приключений и интересных знакомств. Так в жизни Юдоры появляются приветливый сосед Стэнли, послеобеденный чай, походы по магазинам, поездки на пляж и вечеринки с пиццей. И теперь, размышляя о своем...

Die Toten haben immer recht.

Судья и его палач

Фридрих Дюрренматт

Детективный роман «Судья и его палач» (1951) лег в основу одноименного фильма, поставленного Максимилианом Шеллом, а одну из ролей сыграл сам автор. Может быть, «Судья и его палач» – самый швейцарский роман Дюрренматта.

Не зацикливайся. Никто не обязан дочитывать романы до конца. Читай только книги, которые того достойны.

И нас пожирает пламя

Жауме Кабре

Человек просыпается неизвестно где – возможно, в больничной палате, но это неточно – и не помнит о себе вообще ничего. «Зовите меня Измаил», – предлагает он врачам, которых, за неимением других версий, нарекает Юрием Живаго и мадам Бовари. Человек мучительно вспоминает, что с ним произошло (какая-то авария? и, кажется, у него была любовь? и вправду ли его следует звать Измаилом?). Он описывает круги подле разгадки, подбираясь к ней все ближе и ближе, – ночным мотыльком, что кружит во тьме и...