Вдруг оказалось, что есть простые и самые дешевые продукты в своей маленькой квартирке и ни от кого при этом не зависеть, намного вкуснее, чем давиться лобстерами и устрицами в поганой компании.
Хороший мальчик, добрый и отзывчивый – ну почему я не могу в него влюбиться? Почему нас всегда тянет на грубиянов, хулиганов и нахалов типа Сторожилова? Ведь заранее знаем, что поиграет и бросит, забудет, как тебя зовут, и даже не поздоровается, увидев на улице, однако все равно лезем в заранее провальные отношения с одной мыслью “А вдруг я – та единственная и неповторимая, которая на всю жизнь? А вдруг именно меня он полюбит, и мы будем жить долго и счастливо?” И так каждый раз.
любовь - это противоположность свободе выбора...
В отличие от соседней Франции, итальянцы не поедут за тридевять земель попробовать блюдо в заведении с мишленовской звездой. Потому что еда должна готовиться не с любовью к кулинарии, а с любовью к семье, и тогда привычные блюда превращаются в кулинарные шедевры. Любовь – аморе – правит итальянской жизнью во всех ее проявлениях.
...когда вспоминаешь свою жизнь, то видишь в первую очередь руки и то, что они сделали, а потом уже лица.
"Когда я войду в атмосферу, - подумал Холлис, - то сгорю, как метеор".
- Хотел бы я знать, - сказал он, - кто-нибудь увидит меня?
Мальчуган на проселочной дороге поднял голову и воскликнул:
- Смотри, мама, смотри! Звездочка падает!
Яркая белая звездочка летела в сумеречном небе Иллинойса.
- Загадай желание, - сказала его мать. - Скорее загадай желание.
- Любовь... Страсть... Какая разница? - Любовь не проходит.
С помощью лжи и обмана можно заработать много денег.
С помощью лицемерия можно обзавестись широким кругом «нужных» знакомых.
С помощью подхалимства можно построить неплохую карьеру.
Единственное, что нельзя получить с помощью лжи — это Счастье и Любовь.
Но каждому, как говорится, свое.
Надо бы брать с собой книги потолще - и читаешь их дольше, и в качестве подушек они удобнее.
Чем выше я стремлюсь, тем больнее ушибаюсь, когда падаю.
— Твои надоедливые, боль-в-моем-заду родственнички еще дома?
Коко Шанель говорила: «Мне наплевать, что вы обо мне думаете. Я о вас не думаю вообще!»
Иногда нам не обязательно понимать, почему что-то происходит помимо нашей воли. Полезнее довериться и просто получать удовольствие.
Что может быть мучительнее, чем учиться на собственном опыте? Только одно: не учиться на собственном опыте.
Меня зовут Терри Пратчетт. Я автор огромного количества необъяснимо популярных фэнтези романов.
он готов на всё, а люди, готовые на всё, хоть, к счастью, и немногочисленны, способны все же причинить значительный ущерб
Иногда мне кажется, что за красивое платье я продам родную мать. Потом вспоминаю,что она ни разу не написала мне с момента развода, и думаю, что вряд ли её кто-то купит.
Свое счастье не отпускают. За него борются, за него воюют, за него можно и в рай, и в ад.
— Я больше не мужчина, — драматически прошептал он.
— Да на месте твое хозяйство! — не выдержав, рыкнула рыжая.
Мальчишка перевел с нее на меня недоверчивый взгляд, а потом, все так же опираясь плечом на наемницу, схватился за пояс шальваров и чуть оттянул его.
Наверное, такое лицо могло бы быть у истинного ценителя прекрасного, разглядывающего коллекции Эрмитажа. Просветление, восторг, восхищение, откровенное любование — все это было написано на чумазой мордашке Рами.
В этом подарке отразилась вся отцовская натура. Только он умел преподнести вроде бы нужную вещь, от которой не было никакой радости и пользы, лишь одни неприятные обязательства – словно вместо желанного щенка овчарки мне поручили досматривать старую больную диабетом пуделиху
ИНОГДА Я ПОКУПАЮ ТУФЛИ НЕ ПОТОМУ, ЧТО ОНИ МНЕ НУЖНЫ, А ПРОСТО ЧТОБЫ ОНИ НЕ ДОСТАЛИСЬ ДРУГОЙ БАБЕ. ВОТ. А НЕКОТОРЫЕ ПО ЭТОМУ ПРИНЦИПУ ЗАМУЖ ВЫХОДЯТ.
— Свалка. Нам срочно нужен шкаф!
— Ничего, — мрачно буркнула некромантка. — Завтра меня отчислят, места и прибавится.
— Э-э? — Мгновенно забыв о вещах, Лана растерянно кашлянула. — Как отчислят? Что случилось?
Наташа тяжело вздохнула и призналась:
— Я на Анха наорала.
— Ох е… твою ж… — в перепуганном изумлении выдохнула Лана.
Ну, не могу я ногу выше головы поднять, мои мышцы против такого насилия над природой!
Люк воспринимал депрессию как обратную сторону творчества, - продолжаю я и, оглядываясь назад, не могу поверить, какими идиотами мы были. - Как двигатель, который заставляет нас усердно работать. Как цену, которую мы должны платить за музыку.
Война - не время старые обиды таить.