Число болящих, излеченных чудодейственным Лискиным харчем, могло бы смутить даже заслуженного медика, спасшего не одну жизнь. Одни говаривали, будто от ее щей перестает болеть сердце, другие трескали тушеную капусту и исцеляли суставы, а какая-то кумушка и вовсе отведала блинов, после чего счастливо понесла, на что уже и не надеялась… Ваське даже страшно становилось есть собственную стряпню – мало ли…
Здесь я осознала, что вино не лечит горе и, если ты обедаешь с чувством вины, даже самая великолепная еда безвкусна.
– Я много хожу пешком, – сказал Ллойд. – Сестра привезла мне собаку. Щенка.
– Щенки – это лучшее, что создал Бог для поддержания нашей физической формы.
Всякий мыслящий человек знает, что жизнь, - неразрешимая загадка; остальные тешатся вздорными выдумками да еще попусту волнуются и выходят из себя.
За любую победу приходится платить, и иногда чужими жизнями.
Природа создала два пола? Вот и давайте будем соответствовать каждый – своему. А то женщины изображают из себя Жанну д’Арк, с чековой книжкой наперевес и компьютером вместо щита, а мужчины, изящно заламывая руки, сидят по своим квартирам и ждут, пока их кто-то раскопает.
Легкомысленно непроницательны люди, и человек в другом кафтане кажется им другим человеком.
....Я не верю тому , что говорю , но ты что , правда убиваешь людей прикосновением?
-Не знаю. Я не пробовал. Но животных - да.
Джетт потер рот ладонью.
- А как ты тогда к людям прикасаешься?
-Никак.
-До него всегда так медленно доходит или только после удара по голове?-спросил Тис.
-Так это что, был настоящий Освальд? Злобный бессмертный король из сказки?
-Лучше поздно, чем никогда,- вздохнул Тис.
Мы привыкли, что люди издеваются над тем, чего не понимают.
«Ладно, свекромонстр, — подумала я, — война так война, будем воевать».
Судьба всех тиранов одинакова: сами живущие в страхе, они даже в наследство потомкам тоже оставляют страх.
Как жаль, что мама никогда не говорила мне этих слов "прости, что я тебя не понимаю".
— А ты меня почему не целуешь? — Целоваться негигиенично!
— Рискнем?
Промолчала.
— Риате, я с кем разговариваю? — гневно полюбопытствовал магистр.
— Не знаю, — тихо ответила я. — Но догадываюсь, что не со мной, потому что я с вами рисковать не планирую.
Не знаю, как зародилось это чувство, но когда смотрю на своего живого и непоседливого чертёнка, самому тоже хочется сотворить какую-нибудь глупость. Почувствовать себя беспечным и живым. Даже её строптивость и непокорность привлекают, вызывая желание подчинить и знать, что она подчиняется только мне и никто больше не имеет над ней такой власти. Хочется провоцировать её и наблюдать, как в глазах загорается опасный блеск.
Вдохновение существует, но оно должно застать вас за работой
- Ты! Ты женился! Ты умер! - вопила я, избивая опешившего юношу подушкой. - Ты меня игнорировал! А-а-а! Ты меня бросил!
- Катрин, я хотел, как лучше! - вклинился в мои вопли Эд, вырывая у меня подушку.
- А получилось, как всегда! - машинально добавила я, пиная его, куда придётся. - Пусти меня! Пусти, гад! Пусти! А-а-а, Бес, фас!
Урчащая ракета взвилась в воздух.
«Отрицательный опыт – тоже опыт, надо его пережить и двигаться дальше, строить новую жизнь.»
– Да ладно тебе, Кара! Это же только вино, а не кольцо на помолвку.
– Не приведи Создатель! – Я вздрогнула.
– Роберт Тунгорм? – протянула Ники. – Судья, разбивающий женские сердца? Кара, ты жуткая женщина! Когда ты все-таки выйдешь замуж, половина девушек в Республике вздохнет с облегчением.
– Замуж? И не надейтесь! – фыркнула я.
Да кто ж тебя такого заботливого выгнал? Руку бы пожать этому человеку! Нечего такое добро от посторонних глаз скрывать и не ценить!
После войны в двадцать один год все было главным. И вместе с тем все было и не главным - вся жизнь впереди, суть
жизни - в самой жизни, и она мчала в счастливое неизвестное "потом" с молниеносной скоростью, без остановок, без сомнений, и не нужно было задумываться, что важно и что маловажно в мелькнувших днях, месяцах и годах. "Потом" наступило: окончание университета, женитьба, удачи, известность. Почему я стал задумываться над этим в последние пять лет? Начал спрашивать себя, счастлив ли, и искать смысла в любом собственном поступке, в чужой фразе, в падающем снеге, в течении воды, в той вдруг открытой, как вечность, звездной ночи над тайгой... Что же случилось? Осознание того, что "потом" уже было? Постижение своих лет?
Я думаю, что в критической ситуации сначала срабатывает инстинкт, потом возникают чувства и только потом включается разум. Этим и опасны экстремальные ситуации: инстинкт может подтолкнуть нас к поступкам, противоречащим здравому смыслу. В такой момент невозможно понять, что правильно, а что нет…
Личные записки Жонатана Тувье, 1983
И хорошо, что сейчас его нет. Не хочу всех этих мученических взглядов, тяжелых вздохов, высокопарных фраз и пустых обещаний. Не сложилось, что ж теперь. Просто надо было думать головой, прежде чем соглашаться на такую авантюру. Хотя о чем я вообще, головой надо было думать задолго до авантюры. А сердце поболит и перестанет, оно давно привыкшее.
Чтение - важнейший ингредиент писательского искусства, им нельзя пренебрегать ни в коем случае. Чтение и писательство - это брат и сестра. Читая, вы непременно найдете свой стиль. Вы не узнаете, что есть стиль, пока не изучите лучшие его примеры. Это непрерывная практика. Никогда не прекращайте учиться.
В этом высшем свете без этого никак. Им обязательно нужно разделить людей на сорта и себе присвоить высший.