Станции - это некое подобие врат ада, где потерянные души собираются в кучу в надежде, что кто-нибудь вернет их к нормальной жизни.
Блажен, кто с молоду был молод,
Блажен, кто во-время созрел,
Кто постепенно жизни холод
С летами вытерпеть умел;
Кто странным снам не предавался,
Кто черни светской не чуждался,
Кто в двадцать лет был франт иль хват,
А в тридцать выгодно женат;
Кто в пятьдесят освободился
От частных и других долгов,
Кто славы, денег и чинов
Спокойно в очередь добился,
О ком твердили целый век:
N. N. прекрасный человек.
"ощущение, что лечу кубарем по порогам горной речки, изредка стабилизируя падения съездами на заднице, но всё делаю с умным видом. якобы так и было задумано."
"поздравляю, ты только что понял всю суть жизни!"
“На меня накатила волна ярости, я кричала, срываясь на визг. Мне бы знамя в руки и на марш.”
– Я гляжу, меня тут любят, – с удивлением заметил Бельзедор управляющему. – Честно говоря, не ожидал.– Почему же не ожидали, Властелин?! – поразился управляющий. – Как можно вас не любить?! Вас все любят – все без исключения!– Неужели абсолютно все?– Ну, кроме тех, кого сварили в котлах… но их было совсем немного! Вся Империя Зла преклоняется перед своим Властелином! Вы наш любимый тиран!
Правило "Спасите котика": при первом появлении главному нерою надлежит сделать что-то такое, что завоевал бы симпатии аудитории и привлекло зрителей на его сторону.
Особенно сложно работать с внутренними войсками. По большому счету это их операция, а мы — «махра» — за них всю работу делаем.
Восстанавливается общий порядок вещей. Обретается полнота картины мира, утрачиваемая в депрессии – вернее, замещаемая хаосом.
Принюхиваюсь, притрагиваюсь, удостоверяюсь на ощупь: мир жив! Значит, я тоже – жива!
На одном голом сексе хорошим любовником не станешь, надо еще понимать, чего женщина хочет.
Соне помогали книги – вкладывали ей в голову нужные мысли, чтобы своих не оставалось.
Жизнь держится на трёх китах: деньги, любовь, власть!
Жена – не стена. Она и упасть может, то есть умереть… бывает же! Горе, горе…
Перед ними раскинулось море. Зеленоватое у берега, синее поодаль. Над морской гладью возвышался свод ясного голубого неба. Покрытые снегом шхеры поднимались из воды, словно огромные спины китов.— Знаешь, — сказала Май, — когда я смотрю на все это, то почти понимаю, почему люди верят в Бога.
Как говорится: я чертовски привлекателен, вы — тоже ничего, так зачем зря время терять если все идет к тому самому?
В жизни бывают моменты, когда ты становишься ведомой собственными мечтами и кем-то невидимым, но таким сильным, что ты не можешь противостоять ему. Именно за эти доли секунды принимаются все решения, весь пазл твоей головоломки складывается в более или менее ясную картину. Ты понимаешь, что ты ищешь и в чем нуждаешься сильнее всего. Такие мысли, словно разряд молнии, ударяют в голове и вспыхивают по всему телу миллионом искр.
«Взорви себя, — говорили они. — Дай нам увидеть то, что у тебя глубоко внутри, все самое темное».
Мое глубокое и темное?
Вы что, мои гинекологи?
"В конце концов, это всего лишь кино, и нам всем сильно переплачивают".
– Я п-приказал тебя казнить! П-почему ты н-не хочешь вешаться? Это н-нечестно. Это же разв-вал дисциплины!
«Господи, куда я попал? Да они все тут просто сумасшедшие…» – подумал Рыжий, а вслух тихо спросил:
– Вы что, больные, что ли?
Крысы обиделись.
Любовь — иллюзия. Прекрасный сон, после которого просыпаешься с чудовищным похмельем и вся в долгах. Я предпочитаю наличные.
«Мир остаётся прежним, только становится немного хуже».
Когда есть дом и семья, когда окружает любовь, крылья за спиной становятся сильнее. У каждого они есть — мощные и красивые или истрепанные и усталые. Неважно! Главное, их никогда не поздно начать подпитывать. Мечтами. Верой и прощением. И конечно, борьбой за то, что по-настоящему любишь. Тогда они обязательно расправятся.
Самое страшное на войне - это не снаряды, не бомбы, ко всему этому можно привыкнуть; самое страшное - это бездеятельность, неопределенность, отсутствие непосредственной цели. Куда страшнее сидеть в щели в открытом поле под бомбежкой, чем идти в атаку. А в щели ведь шансов на смерть куда меньше, чем в атаке. Но в атаке - цель, задача, а в щели только бомбы считаешь, попадет или не попадет.
- Когда ребёнок с малых лет узнаёт, что матери он безразличен, это приводит к беде.
«Я прикоснулся к стали. Холодная. Мокрая. И пульсировала, будто под обшивкой билось сердце».
"-мы могли бы вкусно поесть, а потом вы могли бы позволить мне уложить вас в постель и облизать сверху донизу, как леденец."
она во все глаза уставилась на меня:
- да я же вам в дочери гожусь!
- я не разборчив."