Вид спящей девушки может ввести в заблуждение: во сне они как будто приобретают невинность, подтвердить которую поутру не в состоянии.
- Расстреляют нас, - слышится чей-то голос. - Раньше смерти не умирай, - отвечает ему другой.
Основная тема таких историй неизменна. В них всегда фигурируют три главных персонажа - муж, жена и грязный пес. Муж - это порядочный, любящий жить в чистоте человек, проявляющий усердие на работе. Жена коварна, лжива и распутна и непременно замешана в каких-то проделках с грязным псом. Муж и подозревать ее не решается, так он добр. Однако дела его плохи. Докопается ли когда-нибудь несчастный до истины? Или ему суждено до конца жизни быть рогоносцем? Выходит, что так. Однако не торопитесь с выводами! Неожиданно, совершив блестящий маневр, муж платит своей жестокой супруге той же монетой. Жена ошеломлена, поражена, унижена, повержена. Мужская аудитория вокруг стойки бара тихо улыбается про себя и находит утешение в полете фантазии.
Жене нравилось зачитывать ему вслух захватившие ее абзацы — хорошо написанные, занятные или берушие за душу. Однако предвзятое отношение Фарука к Диккенсу перешло и на Троллопа, чьи романы он никогда не одолевал до конца, и чью автобиографию даже и не думал начинать читать. Джулии преимущественно нравилась художественная беллетристика, однако ее муж предполагал, что автобиография романиста — это тоже своего рода беллетристика, поскольку любой писатель не удержится от искушения приукрасить ее.
Если ты писатель, беда вот в чем - главная беда: свободное время, чересчур много свободного времени. Приходится ждать, пока не припрет, чтобы смог писать, а пока ждешь - сходишь с ума, и пока сходишь с ума - бухаешь, а чем больше бухаешь, тем больше сходишь с ума. Ничего блистательного в жизни писателя нет - да и в жизни бухаря тоже.
...любой образованный человек с достаточно хорошим словарным запасом и чувством ритма может писать неплохие стихи, а отсутствие оного может заменить знанием нескольких законов стихосложения. Да, результат, вероятнее всего, будет далек от гениальности, но это и не удивительно, ведь гениальными стихи делает не рифма, а оригинальная идея и образы, посредством которых она реализована.
спасение мира начинается со спасения одного-единственного человека; все остальное - претенциозный романтизм или политиканство.
Фигаро кисло подумал, что у прогресса есть странное свойство – рассупониваться в самых неожиданных местах и портить жизнь тем же гражданам, которым он, по идее, эту жизнь должен всячески облегчать.
Рутина порождает иллюзию безопасности.
...а вот колдун неопытный... Тут возможны варианты. Это как с арифмометрами от «Фродо»: казалось бы, ну невозможно его сломать! Пятьдесят защит и сорок предохранителей; но вот появляется Софочка из бухгалтерии, и... «Сударь, я ничего не нажимала, оно это само!» Точно так же и с колдовством: всё равно умудряются такое учудить, что ну.
Коль скоро ты попал в ситуацию, достойную пера литератора, то и веди себя по законам жанра, а иначе какой от этого прок?
Сердце не обманешь. Оно чувствительнее любого детектора лжи. Но почему мы так редко ему доверяем?
Дело в том, что от атеизма до шизофрении один шаг, и в большинстве случаев он уже сделан.
Мой опыт подсказывает, что деловое предложение - это лучший вид предложения.
Похоже, он родился лишенным души. Тогда разве ему есть что терять?
Женщины - коварное племя. Тащи их в койку, если очень нужно, но клятвам их не верь - они всего лишь паутина, кой затканы ворота в конюшню. Она порвется от малейшего усилья, стоит пройти в них очередному жеребцу.
Жизнь - это правда, усиленная ложью. Не успеешь сообразить, как ложь уже превратилась в правду. Или наоборот?
– Мисти – лидер стадиона, – объясняет Имба, – но у нее хромает терпение. У Псиутка есть силы, но он так несчастен. – Синхронно, она и Фиона хватаются за головы с боков, как С.З. Саколл, и издают характерное: – Пси, пси, пси. – Максин взбредает на ум, что Псиутк, хоть и японец, может быть евреем.
Потому что именно мозг – мой добытчик. Мой любимый мужчина и мой мучитель, обладающий просто феноменальной способностью запоминать абсолютно всё, что увидел или услышал хоть раз. Иногда мне кажется, что нас двое: я и мой мозг. Нежная девочка в бронированных розовых очках и старый циник с гранатомётом на плече. Просто, по словам той же Ольги, не может нормальная девушка с внешностью эльфийки и аппетитом орка (нет, я не ведьма) работать в оружейном магазине, при этом безупречно разбираясь в товаре. Α я что? Виновата? Куда взяли, там и работаю, тем более по знакомству. Просто сложно в нашем напрочь финансово ориентированном обществе найти нормальную работу выпускнице истфака и прожжённой ролевичке, знающей о магии земли, воды и воздуха намного больше, чем о суровой правде жизни. Α по поводу внешности и вовсе все претензии не ко мне, а к родителям.
Неизвестность в тысячу раз хуже самого страшного несчастья.
Когда человек слышит нечто, переворачивающее всё в мире вверх ногами: что хвост виляет собакой, что рыба поймала рыбака, что Земля вращается вокруг Луны, — проходит время, прежде чем он может всерьёз переспросить, не ослышался ли он. Он ещё держится за мысль, что всё это абсолютно противоречит очевидной истине.
Подумаешь, бог. Не президент же.
Ты, от кого я пьян бывал!
Такого Лукреция еще не знала. Еще год назад ей бы и в голову не пришло, что человека можно просто любить, но не спать с ним, что кроме физических отношений может быть близость духовная, которая куда ценней и интересней.
Когда Алёнка меня увидела, она сразу заорала:
- Дениска пришел! Ого-го!
Я вежливо сказал:
- Здравствуйте! Чего орёшь, как дура?