В жизни, если ты действительно хочешь понять, разобраться, как она устроена, ты должен хотя бы раз умереть. И раз уж жизнь так устроена, лучше умереть молодым, когда есть еще время возродиться, начать сначала…
Должно быть, это было одним из наиболее упорных и удобных заблуждений человечества: считать, что «у нас это случиться не может», что никаким катаклизмам не подвержено лично моё крошечное время и местечко в мире.
Great events turn on small hinges.
"К семнадцати годам она немножко поумнела, поступила в университет. Решила, что весь мир — тлен и обвесилась огромными цепями. Я решила — чем бы дитя не тешилось, лишь бы получило высшее образование."
Нечистая совесть – лютый враг покоя!
Ричард Львиное Сердце ничего так не любил, как заводить новые знакомства и пускаться в неожиданные приключения; если при этом встречались серьезные опасности, для него было высшим наслаждением преодолевать их. Король, наделенный львиным сердцем, был образцом рыцаря, совершающего блестящие, но бесполезные подвиги, описываемые в романах того времени; слава, добытая собственной доблестью, была для него гораздо дороже той, какую он мог бы приобрести мудростью и правильной политикой своего правления. Поэтому его царствование было подобно полету стремительного и сверкающего метеора, который, проносясь по небу, распространяет ненужный и ослепительный свет, а затем исчезает, погружаясь в полную тьму. Его рыцарские подвиги послужили темой для бесчисленных песен бардов и менестрелей, но он не совершил никаких плодотворных деяний из числа тех, о которых любят повествовать историки, ставя их в пример потомству.
Твари, летавшие нормально или бешеными зигзагами, ходившие на двух ногах -- или трусившие на четвереньках -- или ковылявшие вприпрыжку, как увечные призраки, твари, словно изгнанные сбрендившим? слепорожденным Ноем из некоего погребального ковчега, тысячезубые и безъязыкие, размахивавшие вилами и осквернявшие воздух.
я сделала то, что делает всякая нормальная, адекватная и уравновешенная девушка, находясь в экстремальной ситуации, - психанула!
"Ночь и день. Лето и зима. Время сева и время жатвы. Жизнь и смерть. Вот что такое Канун Всех святых, все вместе. Все едино"
Здесь я позволю себе вставить личное наблюдение: еще будучи в живых, я
сам часто получал от своего увесистого мозга советы, которые, с точки зрения
моего благополучия - да если уж на то пошло, и благополучия всего рода
человеческого,- можно было охарактеризовать как, мягко выражаясь,
сомнительное. Вот вам пример: он толкнул меня пойти служить в морскую пехоту
и отправиться воевать во Вьетнам.
Спасибо ему за это большое.
...люди и так все отлично понимают - в том случае, если они не эксперты и не врачи.
Улыбайся, пусть даже сердце твоё раскалывается. Все мы, как рабы в поле, надеваем маску «всё в порядке, босс», а сами не знаем, как свести концы с концами.
Я забыла о собственной душе, я теряю сама себя, я пребываю в состоянии противоборства, в состоянии смятения, соглашательства, внутреннего разлада и самообмана.
Попытки взрослых научиться читать, как правило, оказываются малоэффективными - дело сводиться к простому заучиванию набора символов. Подумайте сами: ведь неспроста же человечество существует на земле уже миллионы лет, и лишь в последние десять тысяч лет освоило этот волшебный фокус - превращать крошечные закорючки в магию слов.
Воспроизводство единорожьего потомства вовсе не обязательно, хватит и того, что его, как плод мракобесных верований, беспрестанно производит и воспроизводит голова человеческая.
Дробовик – вот единственно правильное решение
Улыбался он в стиле «Можно шире, но мешают уши».
Я хожу по комнатам мёртвых, по улицам мёртвых, городам мёртвых — людей без глаз, без голов; людей с фабричными чувствами и стандартными реакциями; людей с газетными мозгами, телевизионными душами и школьными идеалами.
Сказать, что поздний гость выглядел браво, было, примерно, то же самое, что описывать дракона просто как очень большую ящерицу. Огромный рост, широченные плечи, красное от холодного ветра лицо с невероятными, фантастическими усищами, похожими на крепежные скобы тяжелого пулемета, горбатый нос, черные как смоль глаза, из которых, казалось, полыхало веселым огнем – посетитель источал лихость словно пекарня – хлебный дух. Ему было лет пятьдесят, но было видно, что в свои годы он даст фору многим молодчикам, причем как на дуэли, так и в качестве дамского угодника. Шуба на плечах, фуражка с орлом, навощенные до блеска сапоги, офицерская форма без знаков отличий и огромный палаш на боку дополняли картину; казалось, незнакомец только что набил морду сразу десятерым гусарам и теперь ищет разливочную, где можно спокойно смахнуть пот и хлопнуть для душевного равновесия чистого спирту.
Движения Джадсона стали торопливыми. Он шарил пальцами в кружке, выуживал чаинку, быстро прилеплял ее к тыльной стороне ладони и лез за новой. Когда чаинок осталось мало и они не сразу попадались ему, он опускал лицо и пристально вглядывался в кружку, стараясь не упустить ни одной. Левая рука его была вся облеплена чаинками.
Быть влюбленной значит быть полностью в чьей-то власти, вся твоя свобода, вся твоя подлинная сущность уже принадлежит не тебе и подчинены другому
Думаю, мне хотелось иметь дом. Я жил один в дешевых меблированных комнатах. У меня были пол и потолок да с полдюжины книг, которых я не читал. Они были написаны великими писателями. Я не мог их читать: я сидел целыми днями за столом, помогая своей стране стать величайшей державой в мире. У меня была кровать. Иногда поздно ночью я проваливался в сон от усталости. Человек не может спать, где придется. Если комната ничего для тебя не значит, если она не стала твоей частью, ты не можешь в ней спать. Комната, в которой я жил, не стала моей частью. Она принадлежала всякому, кто мог ее снять за три доллара в неделю. Я в ней жил. Мне было без малого девятнадцать, и я был безумен, как мартовский заяц.Ему хотелось иметь дом — место, где можно прийти в себя, вернуться к себе — пространство, защищенное деревом и стеклом, под солнцем, на земле.
Да, он был очень одиноким. Потому что был лучше любого, кто окружал его, а это худший сорт одиночества.
Не знаю, как работает этот мир, что из чего то столь отвратительного получается нечто настолько прекрасное. Наверное, это своего рода магия.
Во мне сильна была мазохистская жилка: мне нравилось преодолевать трудности и препятствия. Молчаливые страдания были, с моей точки зрения, чем-то вроде прекрасного испытания на прочность.