За неуспех и успех на войне надо платить кровью, ибо другой платы нет.
Главное в творчестве – пробы и ошибки. Когда достигаешь предела возможного, необязательно сохранять следы своих попыток.
... наши с хомушкой отношения прочно перетекли в стадию конфетно-букетный-постельный-везде-где-только-можно период.
Царствование короля Карла VI, царствование в нашей истории единственное и необычайное, отмеченное безумием монарха, прошедшее под знаком двух сверхъестественных видений — старика в лесу у Ле-Мана и юной пастушки из Домреми, — было для Франции одним из самых злополучных, а между тем смерть этого государя вызвала глубочайшую скорбь; имя «Благословенный», данное ему народом, утвердилось за Карлом VI более прочно, чем прозвание «Безумный», которое дали ему вельможи.
Счастье не дается бедняку, превратившемуся в богача и узнавшему полный покой после волнений и забот.
Добродетель должна вознаграждаться приключениями.
Дурак не понимает, что он дурак, потому что дурак.
Выбор есть всегда и у всех, просто кто-то ленится его сделать, а кто-то и боится.
Кто назовет современное чувство, неизвестное шекспировскому герою? Его нет. Прогресса в чувствах, нарастания числа чувств или их объема - нет. Нет никакого свидетельства о том, что с гомеровских времен и до наших прибавилось или убавилось хоть одно чувство.
Иногда любовь обрезает крылья, привязывает к земле тех, кому на роду написано летать.
«Судьба непредсказуема, и каждого может ожидать самый невероятный поворот, каждому она даёт шанс на счастье. Надо лишь воспользоваться им, не упустить, не побояться пойти своей дорогой, как бы тревожно и страшно ни было…»
Тщеславие свойственно не одной какой-нибудь нации, это явление повсеместное
Мир могут спасти только хладнокровные расчетливые сволочи.
Смотришь им в глаза и видишь стенку затылка. Там пусто, понятно?
Лицемерие, это - приглашение к приличию, к декоруму, к красивой внешней обстановке, и, что всего важнее, лицемерие - это узда. Не для тех, конечно, которые лицемерят, плавая в высотах общественных эмпиреев, а для тех, которые нелицемерно кишат на дне общественного котла. Лицемерие удерживает общество от разнузданности страстей и делает последнюю привилегией лишь самого ограниченного меньшинства. Пока разнузданность страстей не выходит из пределов небольшой и плотно организованной корпорации, она не только безопасна, но даже поддерживает и питает традиции изящества.
Мы подходили друг к другу, как кусочки головоломки.
Если всё время смотреть в будущее со страхом и ждать конца радостных дней, то никогда не удастся познать радость до конца.
— Твою ж налево, — рычала я, пытаясь высвободить свою ногу из стремени.
Снежка продолжала свой неторопливый путь, словно не замечая волочащейся следом обузы в виде меня. Нет, я не упала с лошади, моё путешествие закончилось, в общем-то и вовсе не начавшись, ведь я так и не смогла перекинуть вторую ногу через седло. Хотя...
— Чем насилие над разумом лучше насилия над телом? — вопросила я побелку на потолке. — Наверное, тем, что не остается следов для экспертизы.
Стоит сделать первых несколько шагов по своей дороге ,и вам уже не захочится жить чужой жизнью.
– Ах, любовь существует вовсе не для того, чтобы делать нас счастливыми. Я думаю, она существует для того, чтобы показать нам, как сильны мы можем быть в страданиях и тяготах бытия.
Если факты говорят, что вы ошибаетесь, значит, ваша теория неверна. Можно изменить теорию, но не факты
— Экселенц.
— Что?
— А синагогу жечь не надобно?
— За нее не заплачено.
— Но я чувствую, что нравлюсь вам. — Понравиться мне не сложно, только это мало что значит.
Быть супротив власти у нас всё более становится популярным,потому как власти у нас нет.Жестокой власти,которую единственно приемлет Россия.