Цитаты

Знаменитый психолог Вольфганг Келер однажды назвал три составляющие творчества: автобус, ванну и кровать. Креативность проявляется сама собой в этих трех местах. Ведь там обычно мы особенно восприимчивы.

Осмысление. Сила гуманитарного мышления в эпоху алгоритмов

Кристиан Мадсбьерг

Многие современные истории успеха происходят не благодаря квантам и большим данным, а благодаря мышлению, глубокому изучению нюансов и связей культуры, языка и истории. Кристиан Мадсбьерг выводит пять принципов современного лидера и всех, кто вынужден решать сложные проблемы. На русском языке публикуется впервые.

Улыбка – это маска, которую надеть на себя может каждый.

Плачь, принцесса, плачь

Ульяна Соболева, Вероника Орлова

Мирослава взламывает в соцсети аккаунт убитой подруги и узнает, что у нее был жаркий виртуальный роман с неким Джокером. Мира решается написать ему от имени Нины. Она даже не представляет, в какую бездну её затянет эта переписка и кто на самом деле этот таинственный Джокер, который сводит ее с ума и открывает для нее новые грани извращённых, утонченных наслаждений. Ведь им может оказаться кто угодно из окружения Миры… в том числе и убийца Нины. Содержит нецензурную брань.

Схожим он кажется мне с густошерстым бараном, который
Через обширное стадо овец белорунных проходит».
И отвечала Приаму Елена, рожденная Зевсом:
«Муж тот, о ком ты спросил, — Лаэртид Одиссей многоумный.

Илиада

Гомер

На суд современного читателя представляется Илиада Гомера в переводе Н.М.Минского впервые опубликованного в 1896 году издательством Солдатенкова. По этому изданию здесь подготовлена новая редакция, которая сделает перевод доступным для широкого круга читателей. И не только для читателей, но и для слушателей. В наш век радио и электроники имеется возможность знакомиться с выдающимися произведениями мировой литературы в записях профессиональных чтецов, каковыми были древние исполнители и среди них...

Исследования показывают, что чтение художественной литературы дает те же когнитивные преимущества, что и ролевые игры. Те, кто читает много художественной литературы, как правило, больше способны к эмпатии и лучше понимают окружающих . Кроме того, они лучше справляются со взрослыми вариантами тестов на способность создавать психические модели, чем люди, примерно в таком же объеме читающие литературу нон-фикшн.

Садовник и плотник

Элисон Гопник

Элисон Гопник – известнейший американский психолог, профессор Беркли, специалист в области психологии развития. В своей новой книге она предлагает отказаться от так называемого родительства: по ее мнению, родители, исповедующие такой подход, похожи на плотников, которые пытаются “изготовить” из своего ребенка идеального взрослого. Однако намного более эффективен иной подход: родители-“садовники” видят свою задачу в создании безопасной и благополучной среды, в которой ребенок сможет расти...

Так вот, иной раз мне кажется, что человек совершает великое зло очень быстро. Вжик клинком, и готово. В то время как добрые деяния требуют времени, а заодно и всевозможных, подчас крайне неудобных усилий. У большинства людей просто не хватает на них терпения.

Герои

Джо Аберкромби

Ничем не примечательный холм, никому не известная долина, забытые всеми каменные истуканы – «Герои». Именно здесь три дня будет длиться битва, в которой сойдутся тысячи воинов и решится судьба Севера. Армия короля Союза против армии Черного Доу. Ни одного героя. Впервые на русском языке! От автора культовой трилогии «Первый Закон»!

Эмбер читала навязчиво - и даже перечитывала - упаковки из под хлопьев, тюбики зубной пасты, рекламу в метро. Эмбер была читателем. Это ее определяло.

Мисс Подземка

Дэвид Духовны

Эмер – обычная жительница Нью-Йорка, по городу она перемещается на метро, покупает мороженое в лавочке на углу, преподает первоклашкам, но хотела бы стать писательницей. А еще у нее есть любимый мужчина, его зовут Кон. Но путь, которым она движется, – единственный ли жизненный путь? Дэвид Духовны, вдохновляясь древнеирландской легендой о герое Кухулине и его возлюбленной Эмер, населяет свой причудливый и жутковатый роман самыми разнообразными знаменитостями из мифологических пантеонов со всего...

Больше всего зла творит тот человек, который уверен в своей непреклонной правоте. Чем выше цель, тем она ужаснее.

Неужели же нет на белом свете людей, счастливых до конца, без всяких оговорок и без всяких пределов? Неужели нет?

Солнечное затмение

Альберт Лиханов

Повесть построена на контрастах – девочка в инвалидной коляске, Лена, живет по суровым правилам, составленным девочками в интернате: нам ничего не положено и жалеть нас не надо, а мальчишка-голубятник Федор – романтик и мечтатель. Посетит ли юных героев нравственное озарение? Об ошибках (опечатках) в книге можно сообщить по адресу http://www.fictionbook.org/forum/viewtopic.php?t=3103. Ошибки будут исправлены и обновленный вариант появится в библиотеках.

Он был левым коммунистом вместе с Бухариным и Осинским, преданным ленинцем после мая 1918 года и главным сторонником "Льва Троцкого, организатора Победы" во время болезни вождя. Когда Ворошилов обвинил его в том, что он "плетётся в хвосте у Льва", Радек (если верить бесчисленным пересказам) ответил, что лучше "быть хвостом у Льва, чем задницей у Сталина

Дом правительства. Сага о русской революции

Юрий Львович Слёзкин

Дом правительства, ныне более известный как Дом на набережной, был эпицентром реальной жизни – и реальной смерти – социалистической империи. Собрав огромный массив данных о его обитателях, историк Юрий Слёзкин создал необыкновенно живое эпическое полотно: из частных биографий старых большевиков, из их семейных перипетий, радостей и горестей, привычек, привязанностей и внутренних противоречий складывается цельный портрет русской революции и ее судьба: рождение, жизненный путь и естественное...

Нет зависти более низкой, чем та, которую испытывают плебейские натуры к своему собрату, когда тому удаётся, словно по волшебству, вознестись над ними, сбросив ярмо подневольного существования; мелкие души скорее простят несметные богатства своему повелителю, чем малейшую независимость товарищу по несчастной судьбе.

Нетерпение сердца

Стефан Цвейг

Австрийский писатель Стефан Цвейг — автор великолепных новелл и увлекательных жизнеописаний ярких исторических личностей. Особое место в его творческом наследии занимает роман «Нетерпение сердца». История любви красивой и богатой хромоножки к юному лейтенанту австрийской армии прекрасна и печальна. Ни за какие деньги не может купить богач Кекешфальва счастье для своей больной дочери. А влюбленное сердце ранимо и нетерпеливо, оно не может ждать...

— Сэр, — полюбопытствовал он. — Гм, вы случайно не какой-нибудь известный писатель?
— Случайно, — ответил я. — Что-то вроде.
— М-м, — носильщик почесал затылок, — я тут наводил справки в пабе, в вестибюле, на кухне, — никто про вас слыхом не слыхивал.
У двери он обернулся.
— Не беспокойтесь, — заверил он меня, — ваша тайна в надежных руках.

Зеленые тени, Белый Кит

Рэй Брэдбери

Роман «Зелёные тени, Белый Кит» родился из ирландских впечатлений Рэя Брэдбери, приехавшего в эту страну в 1953 году по приглашению известного голливудского режиссера Джона Хьюстона для работы над сценарием к фильму «Моби Дик». Изумрудный остров, а точнее, исхлестанная ливнями, промозглая Ирландия стала одной из любимых «этнических» тем писателя (наряду с его латиноамериканским циклом). В разные годы он посвятил ей немало рассказов. А в 1992-м наконец появился роман, названный автором...

Да, страшно. Особенно ночами. Сверху постоянно доносятся какие-то странные звуки, миссис Эртон не отвечает ни на один из задаваемых ей вопросов, а Дженкинс вообще напоминает ожившую мумию. Мне кажется, — несколько побледнев, она понизила голос до шепота, — здесь присутствует… магия.
Знала бы она, насколько верны ее предположения!

Круг двенадцати душ

Ирина Матлак

Двенадцать девушек, и среди них я, оказались заперты в стенах старого особняка. Всех нас продали таинственному графу, который никогда не показывает своего лица. Все мы узницы в этой клетке, не знающие, зачем нас здесь собрали. Но выбор есть всегда, и нам решать — томиться в неведении, ожидая своей участи, или же пытаться найти ответы. Бояться трудностей не в моих правилах, и я выбираю второе.

– Посмотрите вверх… направо, если вы знаете, где право… знаете? Удивительно. Налево… чудесно… сколько пальцев видите…
– Нет у нее сотрясения.
– Конечно, – с холодною улыбкой ответила Люциана Береславовна, – для того чтобы сотрясение получить, мозг нужен. А здесь он явно отсутствует.

Второй семестр

Карина Дёмина

Тяжело в бою было, но и в ученье нелегко приходится Зославе. Не так проста наука магическая, как то ей прежде мнилось. Да и дела сердечные запутались, что пряжа у дурной рукодельницы. Поди-ка разберись, сердцем выбирать, головою или политическими соображениями. А еще неведомый лиходей в Академии объявился, студентов извести пытается, то зелья отравит, то ловушку на тропе поставит. И поди-ка пойми, царевичи ему надобны или внучка берендеева, не в свои дела нос любопытный сунувшая?

Скажите мне, что вы презираете, и я скажу вам, кто вы.

Все великие люди просто умели ловить счастье за хвост.

(диалог Марии и Профессора в темнице)– Должен же существовать какой-то выход. Где здесь задняя дверь? Где окна? До чего все-таки неудобный дом!
– Вон там, за дыбой, есть маленькое окошко.
– Значит нужно просто разбить его и вылезти наружу.
– В нем всего дюймов шесть в ширину да еще решетка.
– А решетка зачем?
– Наверное, затем, чтобы не дать нам вылезти наружу.
– Какие-то разгильдяи все это строили! Могли бы, кажется, сообразить, что окно нам понадобится. Все только о себе и думают. А спать я где буду?

– В первый раз после того, как я оказался в Израиле… лежа в больнице с этим жутким шрамом на лице, я задумался о тех искаженных идеях, которые заставляли религиозных хулиганов кидать камни… И я хочу сказать, что, если новый Израиль будут представлять такие религиозные фанатики, вам не стоит ждать, что люди, подобные мне, придут к вам на помощь, если нападут арабы. И гибель Израиля вызовет ту моральную проблему, о которой я говорил.
– Ты ошибаешься, и в то же время ты прав, – сказал Элиав. – Ты ошибаешься, считая, что государство Израиль и еврейская религия – одно и то же. Что бы ни случилось с Израилем, иудаизм продолжит свое существование. Так же, как всегда жил католицизм, даже когда территория Ватикана принадлежала другим. Но ты прав в том, что все мы, католики, арабы, евреи, должны разработать какой-то приемлемый образец бытия для всего мира – в противном случае тут произойдет нечто такое, чего никто из нас не может предвидеть.
– Как-то днем, – сказал Кюллинан, – врачи вкололи мне какое-то лекарство, и у меня было видение… Иерусалима как признанной всем миром изолированной зоны призраков. И в этой зоне у папы был его маленький Ватикан, поскольку Италии папа больше не нужен, у главного раввина – место вокруг Стены Плача, так как Израиль отказался от раввината, и своя территория у нового пророка ислама, потому что ни одна из мусульманских стран не захочет его видеть у себя, и свой уголок будет у протестантов, у индусов, у буддистов, потому что они уже никому не будут нужны, а весь остальной трудящийся мир будет, как ты сказал, равняется по радикальным новым образцам. И над каждым проходом в Иерусалим будет стоять арка, на которой крупными буквами на шестнадцати языках будет написано «МУЗЕЙ».
– Это не просто видение, – сказал Элиав, – и наша забота – сделать так, чтобы это не стало реальностью.

Источник

Джеймс Миченер

На русском языке знаменитый роман Джеймса Миченера «Источник» печатается впервые. Известный американский писатель, лауреат Пулицеровской премии, непревзойденный мастер увлекательнейшего эпического повествования переносит читателя на десять тысяч лет назад к глубокой пещере возле источника у холма Макор, где зародились три великие религии – христианство, ислам и иудаизм. Трое археологов, трое друзей – американец Кюллинан, араб Табари и израильтянин Элиав – наметили здесь место для масштабных...

Во все эпохи все новое рождается от рабов.

Четвертый ледниковый период

Кобо Абэ

Кобо Абэ — едва ли не самый известный в России японский писатель второй половины XX века, его произведения изданы у нас четырехтомным собранием сочинений. Но нет в этом четырехтомнике первого романа автора, «Четвертый ледниковый период», фантастический роман, антиутопия на традиционную тему гибели Японии, был переведен и издан в Москве в 1965 году — и впервые переиздается. Именно этот роман пробил дорогу к нашему читателю для «Женщины в песках» и «Вошедших в ковчег». Именно в нем автор и...

— Двадцать семь лет, не замужем… — продолжил цитировать мое резюме Борис Андреевич. — А собираетесь туда?
— Куда, простите? — я сделала вид, что не поняла.
— Замуж.
— Вполне возможно… — уклончиво ответила я.
— Детей планируете?
— Я думаю, что практически любая женщина в моем возрасте планирует детей. Другое, дело, что планы — понятие растяжимое, а в таких вопросах могут еще и не сбыться. Не все зависит от одного желания.

Мой босс, соперница и я

Ольга Иванова

Личная помощница гендиректора — завидная должность. И она уже почти была моей, если бы не испытательный срок и «блатная» конкурентка, которая тоже метит на это место. У меня есть всего месяц, чтобы проявить себя и обойти беспринципную соперницу. Но трудностей я не боюсь. Правда, внезапно наметилась одна проблема: кажется, я влюбляюсь. В босса. А это совсем не входило в мои планы!

Кевин, человек выбирает лучшее, что может получить в этой жизни. Идеалы, принципы, как вы это ни называйте, в конечном счете не имеют значения. Надо усвоить лишь один урок: все имеет свою цену.

Адвокат дьявола

Эндрю Найдерман

Острая логика закона может срезать ростки справедливости. Карающий меч правосудия – отсечь ненужное сострадание. Тогда Система будет надежно защищена. Нужно только направить руку закона в правильном направлении... Именно для этого Дьяволу нужен адвокат – самый лучший из пока еще живых... Роман Эндрю Найдермана стал основой для одноименного фильма.

Действительно, труд помогает человеку примириться с бегущим временем, даже когда оно бежит бесцельно.

Женщина в песках

Кобо Абэ

«Женщина в песках» — культовый роман японского писателя Кобо Абэ. Женщине так трудно быть одной. Но с мужчиной еще труднее. Ведь мужчина так ценит свободу. Но однажды мышеловка захлопнется, и мужчина останется один на один — с женщиной. И жизнь утекает сквозь пальцы как песок. И только любовь и женщина помогают жить.

Пассивные наблюдатели несмотря на свою необщительность являются такими же покупателями, как и все остальные, - поток трафика и конверсия в продажи из такого рода сообществ обычно соответствует средним показателям.

Желание - вот что заставляет нас страдать, но, как только мы научимся уничтожать свои желания, любая полученная нами мелочь превратится в бесценный дар.

- Ох, ох, дорогая моя, всё это хорошо, когда однажды поработаешь на субботнике, а вот каждый день по утрам в зимнем мраке пробираться под страхом бомбежки к заводу, а затем в том же мраке после дня работы бежать домой... Добавь к этому, кстати, брынзу и камсу.
- Почему ты так авторитетно рассуждаешь, словно сама двадцать лег на заводе работаешь? А, главное, ты органически не можешь понять, что работа в огромном коллективе - источник постоянной моральной зарядки. Рабочие шутят, уверенно настроены, а когда из цеха, вы бы все посмотрели, выкатили орудие и командир пожал старому мастеру руку и тот его обнял и сказал: "Дай тебе бог живым вернуться с войны", - такой подъём меня охватил патриотический, что я не шесть, а, кажется, сто шесть часов проработала бы.
- О господи, - сказала Женя со вздохом, - да разве я собираюсь спорить с тобой по существу, всё, что ты говоришь, верно, благородно, и я всей душой понимаю это Но ты о людях говоришь, словно их не бабы рожали, а редактора газет. Есть там на заводе все это, знаю, но зачем говорить таким тоном и невольно кажется выдумкой. Все люди у «тебя, как на плакате, а мне вот не хочется рисовать плакаты. Маруся прервала её:
- Нет, нет, тебе именно и следует рисовать плакаты, а не заниматься таинственной живописью, которую никто не понимает.

За правое дело

Василий Гроссман

Роман «За правое дело» — выдающееся произведение о войне по силе правды и таланта, по мощи авторской мысли. В. Гроссман описывает великое «чудо» Сталинграда. Роман В. Гроссмана «За правое дело» — первая часть дилогии. Автор постигает закономерности войны и неизбежность победы над фашизмом, истоки и последствия культа личности, глубинные противоречия жизни. Роман принадлежит к лучшим произведениям нашей литературы о войне с фашизмом. Человек на войне, смертельно тяжелая жизнь в окопах,...

(Гамельнский крысолов)
«Мы, милостью божьей судьи города Гамельна, повсеместно прославлены своей неподкупной честностью и справедливостью. Среди всех иных тягот, кои великим грузом лежат на наших плечах, озабочены мы также бесчинствами, учинёнными в нашем славном городе Гамельне мерзкими тварями, носящими богопротивное имя — крысы Mus rattus. Мы, судьи города Гамельна, признаём их виновными в нарушении порядка и благочестия, а ещё в воровстве и грабеже.
Также весьма нам прискорбно, что его величество крысиный король, нарушив наш строгий приказ, на суд не явился, что несомненно свидетельствует о его злонамеренности, нечистой совести и низости душевной.
Посему приказываем и повелеваем: всем упомянутым крысам, а также королю всего крысиного племени к полудню завтрашнего дня под страхом смертной казни покинуть наш славный город, а также все земли, принадлежащие ему.
Дано в Гамельне 5 апреля 1284 года».

В стране легенд

Софья Прокофьева, Вера Маркова и др.

В стране легенд. Легенды минувших веков в пересказе для детей. Книга преданий и легенд, которые родились в странах Западной Европы много веков назад. Легенды, которые вы прочитаете в книге, — не переводы средневековых произведений или литературных обработок более позднего времени. Это переложения легенд для детей, в которых авторы пересказов стремились быть возможно ближе к первоначальной народной основе, но использовали и позднейшие литературные произведения на темы средневековых легенд. ...