И пусть весь мир подождет — рядом со мной идет шикарная женщина.
Правда ли, что хуже злой женщины может быть только безответно влюбленная женщина?
Повод для выпивки – привилегия богатых. Бедному не нужен повод, чтобы выпить.
Там уже собрались почти все наши. Особо хмурыми рожами выделялись дед Анджей и Баламут.
— Чего приуныли, славяне? – с вызвавшей у них раздражение бодростью поинтересовался я.
— А чего радоваться? – вздохнул Гена. – Голова тяжелая после вчерашнего, крайне важного для всех нас мероприятия.
Выделяя последнюю фразу, он явно обращался к тетушке Пин.
— Даже не начинай, – возмутилась кореянка. – Медовухи не дам ни капли.
— Но ему же досталось, – обличающе ткнул в меня пальцем Баламут.
— Потому что господин, как только я попросила, сразу ушел спать, пусть и на нетвердых ногах. А ты продолжил вливать в себя водку и спаивать Анджея.
— Почему это спаивать? – влез в разговор старый поляк. – Я сам согласился составить ему компанию.
Кто бы сомневался!
Боже, как хорошо быть магом! На Земле после того, что я вчера вылакал, меня можно было положить рядом с мумией любого из фараонов, и вряд ли кто-нибудь нашел бы отличия. А сейчас с первым утренним вздохом, а также чихом и матерным словом я лишь ощутил дикую жажду.
Не знаю, кто работает в этой секте стилистом-оформителем, но талантище видно сразу.
- О! Еще я занимаюсь фитнессом и йогой.
С ума сойти, как талантливо приукрасила единственную попытку сходить с подругой в спортзал, закончившуюся вывихом коленной чашечки!
– Учитель! Не убивайте дуру! Она вcе равно не девственница, от ее смерти никакого толка!
Пока случилась сумятица, Макс свистнул, приказывая кружившей метле возвращаться домой,и открыл дверь в Мельхoм. Наездница влетела в дверной проем, но неудачно: задела головой порожек и сочңо, совсем неженственно выругалась, поминая чернокнижников и указав точное место, в каком она всех видела.
– Хватай! – воскликнул очередной муд… чудак, и метла немедленно взмыла вверх. Веник переросток! Уже сто лет летает, а нoров будто только-только собрали и заговорили.
– Ма-акс! – неслось сверху. – Спаси меня ради всех святых демонов!!
Святые демоны? Свернуть шею, воскресить, а потом еще раз свернуть! Какой филигранно четкий план! А из черепа сделать ритуальный артефакт – дядька Идрис как раз поизносился.
Нет у меня проблем с внешностью. Недоразумения есть, а проблем — нет!
Врожденное благородство - это прекрасно!... Однако миром правят подлецы!
Трапеза была очень поздней, с тем расчетом, чтo от голода мужики будут готовы грызть даже камни, а значит, проглотят непривлекательную еду, не глядя и желательно не жуя.
Живых забывать проще. Это у мертвых уже не попросишь прощения и потому не сможешь простить себя. А живые всегда где-то рядом. Они ходят, говорят, дышат, совершают свои ошибки. И от сознания этого, отпустить их гораздо легче.
Отпустить и забыть.
Метлы у них здесь были вместо цепных псов? Вдруг представилась табличка возле двери над звонком: «Осторожно! В замке злая метла, зомби пенсионного возраста и странный ученик чернокнижника!».
Чем выше человек забирает нос,тем больше демонстрирует его содержимое.
Женщины - вообще очень скрытные существа. Правда, скрывают, как правило, всякие глупости
...старушки – коварные создания, набравшие с годами полные руки козырей. Они выпьют из тебя всю кровь...
Борись, всегда. Воюй за свои интересы, даже если ты не права, даже если все летит в тартарары! И причиняй боль тем, кто посмел тебя обидеть.
– Храбрость бывает разной. – Дамблдор по-прежнему улыбался. – Надо быть достаточно отважным, чтобы противостоять врагу. Но не меньше отваги требуется для того, чтобы противостоять друзьям!
– Да-а-а… – мечтательно протянул Дамблдор. – Меня всегда забавляло то, какими странными путями порой следуют человеческие мысли.
Если тебя так крепко любят, то даже когда любящий тебя человек умирает, ты все равно остаешься под его защитой.
Правда – это прекраснейшая, но одновременно и опаснейшая вещь. А потому к ней надо подходить с превеликой осторожностью. Однако я отвечу на твои вопросы – если, конечно, у меня не будет достаточно веской причины для того, чтобы промолчать. Если я не смогу ответить, прошу меня простить: я промолчу, потому что ложь недопустима.
– Всегда называй вещи своими именами. Страх перед именем усиливает страх перед тем, кто его носит.
Для высокоорганизованного разума смерть – это очередное приключение.