Все книги
До сих пор «Сирота» и «Жесткая проба» издавались отдельно как самостоятельные повести и печатались в сокращенном, так называемом «журнальном» варианте. Между тем обе эти повести были задуманы и написаны как единое целое — роман о юных годах Алексея Горбачева, о его друзьях и недругах. Теперь этот роман издается полностью под общим первоначальным названием «Горе одному».
Супружеский долг или ебота-маета.
Шутливая драма, приключения, фантастика и немного боевик, ненормативная лексика, эротика.
"Сомнение ума — червяк наш самый злой, Отчаянье в себе — сильнейшая отрава;"
(Генрих Гейне — 1820 г) "Я испробовала разные способы секса. Обычная поза вызывает у меня клаустрофобию, а от остальных затекает шея."
(Таллула Банкхед) "Известно, что если половой член не достает до шейки матки всего на полсантиметра, то это то же самое, что если бы он не доставал на много сантиметров"
(Китайская грамота)
Ведьмина травка— " Ты должен поцеловать меня, мил человек, ведь я с мущщыной, почитай уже лет триста не целовалась. В голову лезли сцены из "Вия", но выбора у меня не было и я, зажмурив глаза и, притянув её за плечи, чмокнул в губы… они были сочные, как спелая малина и источали медовый аромат… я отшатнулся и открыл глаза… Передо мной стояла молодая женщина, с чёрными, как смоль, вьющимися и ниспадающими на обнажённые плечи волосами, в глазах сияли изумруды, носик аккуратный и по озорному…" ...
Фантастический триллер с элементами порно, изменой, бурными страстями, с загадочными исчезновениями… в общем, запутанная история.
Прохладный вечерний воздух пьяняще кружил голову Кристофера. Ему было холодно. Одетый в обноски напоминающие половые тряпки, без обуви стерев подошвы ног в кровь он шёл.
В Лондоне, под прикрытием вечного тумана, нашли себе прибежище тысячи воров, от домушников и мокрушников до великих комбинаторов, несколько сотен преданных делу констеблей, десяток неглупых детективов Скотленд-Ярда и единственный гениальный сыщик, способный раскрыть самое хотросплетенное и запутанное преступление. К счастью или к сожалению с последним нас связывает давняя и крепкая дружба, которая уже больше десяти лет не дает душе моей погрязнуть в скуке и упорядоченном обывательском...
Если вам не повезло, то надо или не щадя живота своего пытаться исправить ситуацию, или смириться. Грим сначала пошел по первому пути, но ничего у него не получилось.
- А пошло все на... Гады! Суки! Уроды! Из комнаты Кевина доносятся знакомые звуки: механик швыряет в стену свой единственный стул. Подбирает и швыряет снова. И еще. И вновь. И опять. Стул у него крепкий, сделан на совесть. Стенам повезло меньше, все испещрены вмятинами и трещинами от ударов и оспинами от осыпавшейся штукатурки.
В который раз Вадька будит меня придушенным криком из под развалин ночных кошмаров. Я привыкла к этому, научилась мгновенно просыпаться. Раньше рука сразу тянулась к ночному столику за таблеткой и водой - сбить начинающийся приступ. Но теперь Вадька отказывается: капризный ребенок, которому телевизор напел в ухо о вреде химии.
Город изнывал от июльской жары. Влажный горячий воздух лип к фасадам домов. Зудели раскаленные мостовые. Ныли набухшие испарениями туннели подземки. Хотелось прохладного ветра с реки, проливного дождя, снега, града. Даже надвигающийся вечер казался долгожданным, хотя Город и знал - никакого облегчения он не принесет.
Первым отреагировал коммуникатор. Завыл протяжно, забился как припадочный. Кофе выплеснулся из чашки на столешницу прямо на ровненький квадратик шоколада, который я только-только собралась отправить в рот. Так, завтрак отменяется.
Весь мир вокруг накрыт океаном. Проглочен мокрой беззубой пастью. Я остался в старой протекшей лодке один на один с мутной, чернильно-синей водой. Впереди из вечернего тумана проступает одинокая бригантина с обвисшими рваными парусами. Полотняные клочья висят на реях, как лохмы седой старой ведьмы. Я знаю: с бригантины давно сбежали крысы. Я знаю: бригантину давно покинули люди. Просто растворились в прозрачном воздухе без борьбы и криков о помощи. Без следа.
Тупая, изматывающая боль. Не отпускает, зараза, ни на секунду. Уверенно и неотвратимо разъедает прогнившее мое нутро. Грызет, влажно чавкая, беззащитную плоть.
И была Земля. И в наказание за грехи наши далекие Златоглазые Боги сожгли ее в Великом Огне. Ибо Богам можно все. Но перевезли они избранных через звездное море в своих искрометных лодках.
Только что закончились занятия в школе, и малышня заполнила кондитерскую, как стая неугомонных колибри. Это каждодневный ритуал: звенит последний звонок, и приготовишки бегут в кафе "У тети Лизы", зажав в кулаках полученные у родителей монетки.
Вы знаете, где искать Колесо Сансары? То самое, что не ведает ни начала, ни конца, и в которое вписана душа мира, хрупкая, как алмаз, и беспокойная, как северный ветер. Думаете, в Непале или Бирме, на похожих на куски колотого сахара горных пиках Тибета?
Хворый, еле пробившийся сквозь тучи рассвет, заалел наконец на востоке лихорадочным румянцем. Мишель де Нострадам, больше известный в Провансе под именем Нострадамус - астролог, врач и алхимик - кряхтя выпрямился в неудобном деревянном кресле, растирая опухшие, покрасневшие запястья.
- Нет, в выставочном зале нельзя, - категорично ответила администратор: костлявая дама с высоким начёсом и зловещей бородавкой под левым глазом. - Тысячи граждан стремятся приобщиться к шедеврам мировой живописи, и если все ученики художественных училищ рассядутся там со своими мольбертами, к картинам будет не подойти. Скажите спасибо, девушка, что вам вообще позволили тут рисовать.
Пальмы, три слона и леопард, Дальняя, загадочная встреча. Трубадур, задира и фигляр: Кто ты, мой предвестник и предтеча? Н.C. Гумилев Из ненаписанного
Здравствуйте. Мне тоже очень приятно. Особенно после тех двух часов, что я просидела в вашей задрипанной приемной. Представиться? С удовольствием - Дездемона Васильевна Семенова. Можно просто Деза. И чего это вы усмехаетесь? Вижу же - усмехаетесь. Хоть и рот ладонью прикрываете. Вы вот традиций наших не знаете. А надо бы. Образованный вроде бы человек. На высокой должности. В костюме на работу ходите.
Я не сплю уже несколько ночей. Лежу неподвижно на тонком льняном покрывале. Вслушиваюсь в хриплое дыхание Повелителя. Смотрю на его губы. Серые, опаленные. Точно губы бедуина, погибшего в пустыне в черную бурю. Я всегда рядом, всегда на страже, всегда готова прийти по первому зову.
Волоконно-оптическими путями. К цифровым приключениям. В борьбе за Реальное финансовое благосостояние. Mine Infinity Мир меча и магии. Где каждый волен стать кем угодно. От хоббита до великана. Остаться человеком или перевоплотится в любое фэнтезийное создание, из списка доступных "сказочных рас" в игре... Но только от самого игрока зависит каким путем пойдет его персонаж. Зла или Добра. Подвигов или Честного Труда. Гном "Барин" и его друзья ставят перед собой новую немыслимую задачу......
Мой мир умер, а из его праха родилось нечто новое - кошмарное, жестокое и безумное. В небесах алеет символ, что пророки считают первым Именем абсолютного зла. Веками хранившие наш мир и души Древние молчат, оставив нас самим разбираться с одержимыми, измененными и порождениями Тёмных Богов. А я просто пытаюсь выжить, не потеряв оставшиеся крохи человечности. P.S. В книге будет система, прокачка, зомби, монстры, демоны и черт знает что ещё. Некоторые идеи будут заимствованы(стырены) из старых...