Наверное, каждому хочется, чтобы рядом был кто-то, кто способен понять и разделить любое горе или радость.
Только идиоты не ведают страха и смело совершают ошибки одну за другой, не опасаясь последствий.
... ситуацию назвать нормальной, это всё равно, что назвать скучным день бомбардировки Хиросимы, будучи одним из жителей района эпицентра
Разбирая почту, мы то и дело обменивались замечаниями, а иногда зачитывали отдельные куски вслух. Это делалось не из потребности общения (никто друг друга вовсе и не слушал), но потому, что мы просто не в состоянии были вытянуть весь смак из писем и журналов, если б ни с кем не поделились.
— Мне никто не нужен, — сказал Кролик. — Это я всем нужен. Но всегда полезно сказать, где он есть, твой Родственник и Знакомый, нужен он тебе или не нужен.
— а насчет веса — учти, что титановое спокойствие, золотой характер и стальные мышцы легкими быть не могут!
Как эхо отзвуков в один аккорд неясный,
Где все едино, свет и ночи темнота,
Благоухания и звуки, и цвета
В ней сочетаются в гармонии согласной.
(Отец) сказал только свое обычное: «семь вещей портят жизнь и сокращают года: гнев, зависть, разврат, соблазн, гордость, сплетни и безделье».
Детство — та чудесная пора, когда бежишь в кровать из туалета и радуешься, что тебя никто не съел.
По мнению моего папы, грош цена мужчине, который не умеет за себя постоять в трудную минуту или не способен перевести скандал в диалог.
- Те, кому довелось испробовать лекарства принцессы, уже никому не жаловались на проблемы со здоровьем. -
А потом взошло солнце, и проснулся разум. Ну, или глупость, это смотря как назвать.
Это мучительно, желать невозможного… грезить о том, чего никогда не будет. Иметь однажды, но лишиться навсегда. Лучше не знать прикосновений, чем помнить их сладость, но не иметь возможности повторить.
В жизни столько всего непраздничного. И всё это приходит само по себе! Никого не спрашивает, не выбирает время, просто сваливается на голову, и делай что хочешь. А праздники – это то, что мы можем делать сами, пусть даже совсем без особого повода, просто чтобы порадоваться самим и порадовать тех, кто нам близок. Это противоядие, понимаешь?
любовь — это ведь не только бесконечная радость. Это ещё и ошибки, и трудности…
— В подвалах воду надо откачать… и плесень убрать… и еще подкормить бы его, потому что третий год как… — Гм… подкормить? — Райдо стену осторожно потрогал. — Знаешь, мне непривычна сама эта мысль, что дома нуждаются в еде… какая-то она… недружелюбная.
Память вылепила неясные,стертые временем, бесконечно дорогие и чуждые линии лица. С внезапно забившимся сердцем он попытался восстановить его таким,каким видел в последний раз,искаженным от боли,с багровым следом кнута на щеке,но память упорно подсовывала другое лицо,чуть склоненное набок,победно улыбающееся. Вот она поворачивает голову,озорно и любовно,из-под низу разит взглядом огнисто-черных глаз,что-то несказанно-ласковое,горячее шепчут порочно-жадные красные губы,и медленно отводит взгляд,отворачивается,на смуглой шее два крупных пушистых завитка... их так любил целовать он когда-то...
Григорий вздрагивает. Ему кажется,что он на секунду ощутил дурнопьянный,тончайший аромат Аксиньиных волос; он,весь изогнувшись,раздувает ноздри,но... нет! это волнующий запах слежалой листвы. Меркнет,расплывается овал Аксиньина лица. Григорий закрывает глаза,кладет ладони на шероховатую землю и долго,не мигая,глядит,как за поломанной сосной,на окраине неба голубой нарядной бабочкой трепещет в недвижном полете Полярная звезда.
Боги, к их чести, сотворили коней так, что от тех не услышишь ни глупостей, ни фальшивых любезностей. Жаль, что их предусмотрительности не хватило на подобную щедрость по отношению к людям.
— Господин Ленар! — почти взвизгнула Ру. — Я готова отстранить вас от занятий!
— Буду премного благодарен.
— Но не дождетесь! — прошипела она, и мне представилось, как худая старуха в черном платье машет пальцем перед физиономией столичного законника.
Решили, что так и поступят они, Афина ж продумала путь -
К Итаке помчится, сандалии ей лишь нужно переобуть.
Бактерии заселили Землю около 3 миллиардов лет назад и научились справляться с неблагоприятными условиями.Это настоящие мастера выживания.Если поначалу они не устойчивы к некоторым антибиотикам,они начнут мутировать.Речь идет об изменениях в генетическом материале,которые позволяют им быть неуязвимыми для ядов.
Этим двоим придется прибегнуть к комбинации бюрократической власти и дипломатии, а пока что не было заметно, что они обладают чем-то похожим. Они и стояли-то с трудом, и, естественно, не имели веса во всех смыслах.
Больше Изольда не стряпала. Каждый вечер на стоянке ее предупреждающий взгляд говорил: «Только заикнитесь об ужине — превращу в жаб».
Мам нельзя огорчать, им за нас вдвойне больнее. Если у нас на сердце трещинка, то у них - разлом. Если царапинка, то у мам - живая рана. Вот побуду рядышком, напитаюсь любовью, а потом снова пойду в большую жизнь оптимистом. Мамы они умеют все по полочкам расставлять.
По результатам опроса, проведенного в интернете, 100% населения подключены к интернету.