Не страх тюрьмы, а боязнь исчезнуть, не сотворив предписанного судьбой, удерживала его от активных действий.
Пришла такая мысль, когда смотрел на «Ивана Гончарова». Был он счастлив? Объехал весь мир, написал знаменитые книги, море он не любил, а теперь вот обречен годами и десятилетиями носиться и носиться по волнам, как «Летучий Голландец».
Жалость опасна, она поощряет слабость. Ничто не должно поощрять слабость. Хочешь и можешь помочь - помоги, но не ослабляй.
« Нет, бытовая сторона дела его не очень удручала. Куда печальнее было сознавать, что, как и в минувшие двенадцать лет, зло торжествует, а мораль обесценивается на глазах. Неужели у этого народа нет никакого шанса зажить когда-нибудь по совести? У Долля часто возникало чувство, что под гнетом лишений соотечественники стали еще более рьяными нацистами, чем прежде. Как часто он слышал: «А вот при фюрере того-то и того-то было в достатке!» Даже многим из тех, кто раньше нацистов не поддерживал, тирания Гитлера стала казаться благословенным, сытым временем. Ужасы войны с ночными бомбежками, отправленные на убой мужья и сыновья, издевательства над невинными — все это немцы уже забыли. Помнили только, что раньше им доставалось немножко больше хлеба и мяса. Не верилось, что они когда-нибудь одумаются, и иногда становилось среди них совсем невмоготу; и впервые Долль всерьез начал подумывать — теперь, после войны! — об эмиграции. »
- Говорят, что встреча с человеком- это первый шаг к его потере. Вы слышали такое?
«Мало знать себе цену, надо еще пользоваться спросом»
Деньги не самое главное, но если их нет вообще, любое существование покажется гнетущим.
В нас дремлет наша первобытная сущность - то, благодаря чему люди выжили.
Наши предки не делают нас ни значительнее, ни умнее. Им не под силу превратить потомка в самого себя.
История развивается по спирали, и каждый новый цикл повторяет глупости и ошибки предыдущего.
Как мило – этот могущественный воротила до сих пор помнил прозвище женщины, которая, по сути, его вырастила.
Ресторан, как и театр, может быть местом, где люди исцеляются и снова обретают целостность, где они осознают своё место во Вселенной и свою человечность. И в свей человечности они уникальны, неповторимы, не похожи ни на кого другого. Мы приходим в ресторан, потому что любим, когда о нас заботятся. Каждый нуждается в заботе. Мы намного более хрупки и ранимы, чем думаем.
"—Я живу настоящим."
Счастье такая штука, которую игнорировать никак нельзя. Оно ведь, как тот Мороз Иванович, тоже может обидеться, и начать игнорировать меня.
- Что если следующая наречённая окажется куда проблемней и хуже? -
- Хуже той, что вместо поцелуя вывернула на меня содержимое желудка во время венчания? - короткая тишина. Билси заливисто рассмеялась. - Находите это забавным? -
- Честно? Хахаха... - продолжает сквозь смех - Да! - Промолчал. Отсмеявшись она не прекратила улыбаться. - Зато будет что рассказать внукам про нашу романтичную свадьбу! - весело добавила.
Мы можем вышивать на чем угодно. На сумке, на холсте, даже, думаю, на стенах. Тебе не нужны нити, не всегда. Для вышивания на коже нужен цвет. Иглы. И глаза. Боль приходит так изящно.
Квартира в высотном доме, которую она делила с родителями, сидела у нее в печенках. Все в комнате за ее спиной казалось таким же маленьким, таким же низкопотолочным и удушающим, как и вся жизнь, купленная в кредит, когда ты не чувствуешь, что тебе хоть что-то принадлежит, жизнь, в которой на неделе и есть всего-то два светлых дня: получение жалованья в пятницу и мессы в воскресенье.
Знать о своем невежестве — первый шаг к просвещению.
Марина, конечно, была девушкой из хорошей семьи, но в России зачастую "хорошее воспитание" включает в себя умение объяснить понятным языком "как он не прав" бомжу, гопнику и начальнику.
Словом можно убить, словом можно спасти,
Словом можно полки за собой повести.
Идиот как раз не тот, кто мало знает о женщинах, а тот, кто уверяет, что познал их полностью. Да, мои слова могут показаться шовинизмом, и феминистки презрительно сплюнут, но зато почти все мужики, особенно женатые, лишь понимающе и очень печально покивают.
Современная женщина не в силах отключить разум, и бесконечные мысли — хуже всяких пыток.
– Знакомство не требует взгляда назад
Самое печальное что я верю в его любовь. Черт его знает как так получается, но уважения ко мне у Давида нет, верность для него — пустые слова, но в то что он любит меня — верю.
Сыну, задумавшему жениться, он писал: «Есть много вещей, которые мужчина считает своим законным достоянием, несмотря на то что из–за них вспыхивают скандалы. Лгать о них своей жене или возлюбленной нельзя ни в коем случае! Либо отказаться от них, либо, если оно того стоит, — настоять на своем. Такие вопросы могут…