Никто не может подсказать, как тебе поступить. Только ты сама можешь это понять.
Мужчины буквально правят миром. Но это имело смысл тысячу лет назад. Потому что тогда люди жили в мире, где физическая сила была самым важным фактором выживания; физически сильный человек больше подходил на роль лидера.
Рабство, - вдруг произнес де Бриак, - ведет к степени близости между слугой и господином, которое в свободных странах себе сложно вообразить. Знание, что только смерть может разлучить вас, что вы имеете над своим слугой неограниченную власть, приводит к неограниченному же доверию.
— В жизни, — сказал секретарь, ставя печать на документе, — вы все равно только мертвый в отпуске.
— Анабель… Анни моя Бель, где же мы прячемся, а? Раз, два, три, четыре пять, будущую леди Давернетти я иду искать.
зависимость превращает людей в лжецов
За свою жизнь я не раз чувствовал себя дурой – ну а с кем не бывает? Но сейчас я была кем-то «сверх»! Дурой… ну даже не в квадрате, а в какой-то особенной, миллионной степени.
Как ни оберегай свой мирок, а есть силы, против которых не защитишься и которые не предупреждают об атаке, нападают внезапно. Но единственный способ противостоять им – это ценить каждую счастливую секунду, что отмерила тебе судьба.
Ты отличаешься от остальных сирр, Кэти, – Савард ласково провел пальцами по моей щеке, – но знаешь, кажется, я начинаю привыкать к твоим странностям. Больше того, они мне нравятся…
— Не слишком ли ты усердна?
Я остановилась и переведя дыхание, повернулась к двери. Не знаю, как долго он стоял прислонившись к косяку, но снег с ботинок уже успел растаять и блестел лужицей на темном полу.
— Усердие не порок, — отозвалась я, жалея, что так рано прервали мое занятие.
Он тяжело оторвался от стены и шагнул ко мне.
— До тех пор, пока ты сама так думаешь.
Как и всегда, что меня не убивает - делает сильнее.
да здравствуют сила духа, фантазия и терпение – добродетели, свойственные отнюдь не каждой женщине!
Четырнадцать лет - всеядный возраст. Слезы, смерть, жалость, яблочный пирог и мороженое перемешиваются без угрызений совести.
Любовь не требует затрат. Даже бедные могут одарить ею богатых.
В идеале Таня хотела бы работать просто хирургом: больной - операция - выхаживание. (...) И зарплата, понятно, достойная, как у западных коллег. Но таких вариантов в отечественной медицине не предусмотрено.
Мифология есть психология, ошибочно прочитанная как биография, история и космология. Современный психолог может восстановить её подлинные денотации, как бы вернувшись к языку оригинала, и таким образом спасти и сохранить для современного мира богатый и выразительный документ о глубинных силах человеческого характера.
На следующем уроке дети учились писать сочинения. Для учителей это был один из самых сложных предметов, так что посмотреть на урок Адачи пришло человек десять преподавателей. Они расположились вдоль задней стены. Ота-сэнсей и Орихаши-сэнсей время от времени что-то записывали в свои тетради.Эта уйма гостей, похоже, ничуть не смущала второклашек — дети как ни в чем не бывало сидели за партами и слушали любимого учителя.— Ну что ж, сейчас я вам сделаю предложение, от которого трудно отказаться, — начал Адачи, словно продавец, завлекающий покупателей. — Научу вас писать хорошие сочинения одним махом и без лишних мучений.— Обманщик. А кто говорил, что чтобы написать хорошее сочинение, нужно помучиться?! — сказал кто-то из учеников. Застенчивостью в этом классе явно никто не страдал.— Конечно, нужно помучиться. Поэтому-то я и говорю, что от моего предложения вам будет трудно отказаться. Ясно?— Хорошо, что к нам сегодня столько учителей пришло. Если бы не они, вы бы нам ничего не рассказали.— Что-о? Какие еще учителя? Эта вот кучка сопляков? Нет, они здесь вообще ни при чем.Вот так Котани-сэнсей и все остальные учителя оказались зачислены в разряд сопляков. Дети засмеялись и начали сочувственно оглядываться на гостей. Те вымученно улыбались.— Итак, я потратил много лет, чтобы овладеть мастерством, секреты которого я открою вам сегодня, — теперь Адачи говорил, как бродячий иллюзионист. — По правде говоря, я бы предпочел этого не делать, но вы все такие замечательные, что, скрепя сердце, я делюсь с вами своим драгоценным знанием. Оно поможет вам не только научиться одной левой писать отличные сочинения, но и на раз оценивать сочинения других. И всему этому, о счастливцы, я научу вас даром!Второклассники они и есть второклассники — зачарованные речью Адачи, дети слушали его, раскрыв рты.Обычно во время урока всегда кто-нибудь болтает, отвлекается сам и отвлекает других, мешая учителю работать. Любой школьный учитель так или иначе сталкивался с этой проблемой. Но в классе Адачи этой проблемы не существовало.— В сочинении плохие парни живут бок о бок с хорошими. Все что нам нужно сделать — это найти плохих парней и вытолкать их взашей. Тогда у нас получится хорошее сочинение. Все очень просто.Адачи раздал детям примеры сочинений.— Кенжи, прочти-ка нам самое первое сочинение.— "Я встаю в семь утра. Каждый день хожу на занятие по подготовке к школьной спартакиаде. Сегодня мама взяла меня с собой в магазин за покупками. Папа вернулся домой в полдевятого вечера. Мы посмотрели телевизор и легли спать".Кенжи закончил читать, и все засмеялись. Дети чувствовали, что это сочинение никуда не годится.— Акира, читай следующее сочинение.— "Я шел из школы и увидел, как в одном месте на дороге туда-сюда ездит бульдозер и что-то чинит. Я решил на него посмотреть и, пока смотрел, вдруг подумал, что если он меня задавит, то я стану плоским, как лепешка. Потом бульдозер остановился. Я потрогал дорогу ногой в том месте — она была горячая. Я так и не понял, почему. Там не было никаких электрошнуров. Очень странно".— Ну вот, а теперь я вам объясню, кто у нас плохие парни, а кто хорошие. Прочистите уши и слушайте меня хорошенько.С этими словами Адачи написал на доске в столбик: — то, что я сделал — то, что я увидел — то, что я почувствовал — то, что я подумал — то, что я сказал — то, что я услышал — другоеНапротив первой строчки он поставил жирный крестик. А напротив всех остальных — галочки.— Адачи-сэнсей, значит, "то, что я сделал" — и есть плохой парень? — не выдержал один из учеников.— Вот именно, — внушительно сказал Адачи. — А теперь давайте еще раз посмотрим на первое сочинение, которое вас так насмешило. "Я встаю в семь утра" — это "то, что я сделал", "то, что я увидел" или "то, что я подумал"?— То, что я сделал! — хором ответили дети.— Значит, мы нашли плохого парня. Ставьте ему крестик.Дети радостно нарисовали крестик.— Дальше: "Каждый день хожу на занятие по подготовке к школьной спартакиаде". Это у нас кто?— Это плохой парень! Потому что опять "то, что я сделал".— Ну, значит, и ему крестик. "Мама взяла меня с собой в магазин"?— Плохой, плохой!Адачи-сэнсей помолчал, давая детям возможность немного пошуметь.В итоге все предложения в первом сочинении получили по крестику. Дети были поражены.— Вы же сказали, что если выкинуть плохих парней, то получится хорошее сочинение. Но если их выкинуть, то от этого сочинения ничего не останется!— Поэтому такие сочинения писать не надо. Сколько бы вы предложений ни написали, все равно их все надо будет выкидывать. Чем писать такое, уж лучше остаться дома и выспаться как следует.Дети захохотали.Во втором сочинении все предложения получили по галочке. Казуо, так звали мальчика, который его написал, ужасно обрадовался. До этого он сидел как на иголках — все боялся, что сочинение окажется плохим.— Есть еще одна очень важная вещь. Постарайтесь ее запомнить. Бывают хорошие люди, а бывают плохие. Но если бы не было плохих, то никто бы не знал про хороших, что они хорошие. Так и в сочинении — если будут только хорошие парни, получится неинтересно. Поэтому, чтобы написать интересное сочинение, надо оставить в нем пару-тройку плохих парней.Адачи знает свое дело. Ведь если в тексте не останется ни одного предложения типа "то, что я сделал", сочинение вообще может не получиться, и об этом детей надо предупредить заранее.— В сочинении сразу видно, кто плохой, а кто хороший. Но в жизни все не так просто. Кто-то кажется нам хорошим, а оказывается плохим. Кто-то, наоборот, хороший, но все думают о нем плохо… — в реплике Адачи прозвучал сарказм, явно рассчитанный на присутствующих учителей.Орихаши-сэнсей не сдержался и хохотнул.
Толку-то от обширных и плодородных земель, коль их обрабатывать некому?
Журналистика — бизнес кровососов. Или ты сосешь кровь, или кровь сосут у тебя.
Когда мужчина обращается с тобой бережно, даже зная, что ты можешь на самом деле едва ли не стены лбом сносить при необходимости, то ощущаешь тонкость, легкость в себе. Хрупкость и женственность, которую вот так старательно оберегают и заботятся о ней, ощущается не только согревающее тепло внутри, но и просто становишься мягче и от этого чувствуешь себя сильнее, несмотря на парадокс звучания. Оба чувствуют себя сильнее, потому что на него смотреть не можешь иначе как на мужчину, и относиться к нему иначе как к мужчине не получится. И в себе увереннее становишься от такого его отношения. Увереннее по-женски. До атомов, с которыми он знаком, уже разобрал на них своим отношением и свято их оберегает… до его атомов, за которые многое стерпишь, лишь бы сохранить их, лишь бы сохранить его самого.
Невозможно дышать. Прекращает выделяться пот. Ты зажариваешься, как кусок мяса в духовке, и сам это чувствуешь. Под конец многие спустились к озеру, где температура воды была как в бане. Вода… ее нельзя было пить.
— Так, — старушка поправила узелок на платочке. — В роду вроде бы идиотов не было. Наверное, где-то какая-то хромосома сломалась. — Решила она. — Иначе, откуда у меня мог взяться внук с дебильным поведением? Хмм, может тебя в роддоме подменили?
- Постоянство – это лучшее мое качество. Оно упорядочивает мою беспорядочную жизнь.
Правду говорят, что красота страшная сила.А злая красота еще и опасна.
Какой удивительный архитектор строил Дом Ремесленных Цехов в памяти горожан не сохранилось, но, похоже, посмертие у него было активным: по сотне раз за день он переворачивался в гробу и всё потому, что сделал всего одну узкую лестницу на всё здание. Чтобы попасть на второй этаж, надо было пройти длинный коридор первого этажа, словно лестницу наскоро прилепили в последний момент, тупо забыв, что она вообще нужна.