– Как вы живете, милые друзья? – спросила Элли. – Плохо! – ответили Жевуны и горько зарыдали.
Даже самая смелая мечта обязательно станет реальностью.
- Так вы к нам насовсем усыновляться? – спросила я, убедившись, что все спят. – Или на время? Просто у меня только два запасных горшка и две лишние кроватки. А еще, я читала, драконы много едят! Я вас не прокормлю!
– Вы слушаете землю, но не слышите людей. Вы читаете «Откровения», но не видите истину. Вместо любви вы взращиваете ненависть и обиду. Они толкают вас на чудовищные поступки. Ваш разум похож на пустыню, а должен походить на сад.
Все приходит вовремя. Надо только осознать и принять изменения.
Ты знаешь, как это называется? Мысленная жвачка. Ты думаешь, что от того, что ты будешь про себя обмусоливать свои страхи и переживания, что-то изменится? Приняла решение — выполняй. И подумай, пожалуйста, о чем-нибудь другом для разнообразия.
Еще понятно, что начальство во всех мирах одинаково.
мы же Хомяковы! Мы проберемся всюду, где нас не ждут, и непременно добьемся поставленной цели
Митя все повторял, что чай должен быть как поцелуй, «сладок, крепок и горяч»,
– А почему вы не видите для себя другого выхода – трудиться вместе со всеми?– Что вы называете «трудиться»?– Таскать камни для того, чтобы строить храмы науки, – хотя бы.– Если человек, кончивший богословский факультет, нужен обществу только затем, чтобы таскать камни, то мне не о чем говорить с вами. Тогда действительно мне лучше сейчас вернуться в концлагерь и сгореть там в крематории…– Я лишь ставлю вопрос: а если? Мне интересно послушать ваше предположительное мнение – так сказать, фокусировку вашей мысли вперед.– Вы считаете, что человек, который обращается к пастве с духовной проповедью, – бездельник и шарлатан? Вы не считаете это работой? У вас работа – это таскание камней, а я считаю, что труд духовный есть мало сказать равноправный с любым другим трудом – труд духовный есть особо важный.
Рыжий волк из рода Беля Звёздочка. А говорят, у богов нет чувства юмора!
– Давай встретим Новый год вместе? – неожиданно предложил Дей. – Как в детстве. Помнишь, мы ведь когда-то наряжали елку в доме, где выросли.
Хочу пустить всё на самотёк и получить максимум неожиданных впечатлений.
Вера женщины в своего мужчину может творить чудеса. Каждый мужик мечтает о спутнице, которая будет подносить ему патроны.
Какая банальность.
Она нашла цель своей жизни - не прочитать столько хороших книг, сколько возможно, а помочь другим это сделать.
Чтобы искоренить Зло до основания, надо предоставить ему все возможности защиты.
Женское коварство настолько многолико, что порой его путают с обычным кокетством.
Народная мудрость.
Мужчина стиснул зубы, но руку не убрал. Завтра в красках расскажет, как Марианна ему ночью «насос» качала. Улыбнулся. Прикрыл глаза. Впал в дрёму.
– Мммммяяяяяяяуууууу….
Игнат отмахнулся рукой. Кошек у него нет, так что звуку исходить не откуда.
– Мяяяяяяяяяяууууууу! – раздаётся визгливый вопль прямо в ухе мужчины.
Шевцов резко принял позу «полусидя», схватился за сердце и повернул голову. На него смотрели два горящих жёлтых глаза… Казалось даже усы Тошки застыли в пытливо-терпеливой позе хищника.
Мужчина осторожно отодвинулся и посмотрел в окно. Так-с, примерно шесть часов. Может, чуть меньше.
– Если ты меня ещё раз оцарапаешь, укусишь или нагадишь в итальянские ботинки, – прошипел Игнат коту, – Выкину с балкона и прикинусь мёртвым.
Мужчины прощают нам почти все, когда мы хорошо с ними обращаемся.
— Белое Руарданское, тарталетки с лососевым паштетом и целый спектр сладостей. Если это подкуп, то я на многое готов пойти.
Ири мрачно смотрела на бумаги.
Они совещались в кабинете Наместника уже три часа, но свитков меньше не становилось. Более того, они словно бы размножались тайком, стоило ей отвернуться. Драконица даже ненароком проверила их на наличие некой зловредной магии, но ничего такого там не наблюдалось — волшебство бюрократии как оно есть.
Точно знать – и не иметь возможности получить это, гораздо хуже, чем обманывать себя, прятать свое желание глубоко внутри и прикидываться, что хочешь чего-то иного, более доступного.
«Мы говорим, что являемся правителями этой страны, — размышляла я, — но не соблюдаем установленных в ней законов. Мы говорим, что руководим ее населением, но даже не пытаемся обеспечить народу мир и процветание. Мы, аристократы, без конца ссоримся друг с другом, и наши ссоры приносят в дома этих людей смерть и разорение, но нам по-прежнему кажется, что наши мнения, наши планы и наши мечты куда дороже их безопасности, их жизни, здоровья их детей».
Он не мог ничего изменить в своем прошлом, потому жил как жил. Сегодняшним.
Люди не всегда замечают, как теряют надежду. Ко мне же пришло осознание, что я не заметила, как потеряла жизнь.