Что поделать, девушки — существа непредсказуемые.
Киевские князья были очень раздроблены
Боги — недобрые существа, но милосердие все же не чуждо им. Они пустили по кругу шарик слоновой кости и лопаткой сгребли банк со стола. И все, что осталось после игры, были мужчина и женщина, холодно смотревшие в глаза друг другу. А потом Марвин Фиск умер. Вот он, акт милосердия.
Король - это символ, абстрактный образ, нечто среднее между человеком и божеством. Его могут любить, ненавидеть или бояться. Но очень немногие представляют себе, что с ним можно просто поболтать за бокалом вина, поджав ноги в кресле.
Ведь хорош тот, у кого хорошая душа. А человек ловкий и во всем подозревающий лишь дурное, сам совершивший немало несправедливостей и считающий себя мастером на все руки и мудрецом, при этом общаясь с себе подобными, выглядит знатоком своего дела, потому что он всего остерегается, наблюдая на самом себе дурные примеры, но, когда он встречается с хорошими людьми и с теми, кто постарше его, он выглядит глупо, так как бывает некстати недоверчив из-за своего неведения здоровых нравов, – ведь эти примеры ему чужды. А так как с людьми порочными он сталкивается чаще, чем с хорошими, то и самому себе и другим он кажется скорее мудрым, чем невеждой.
Смерть - самый действенный способ скрыть информацию.
"Но директор… Антел Герлей, хоть и обожал шутки и розыгрыши, в том, что касалось международной политики, становился серьезным, как… как папа римский на проповеди о вреде сатанистов."
Странно, когда чего-то страшишься и отдал бы все, лишь бы замедлить время, оно, наоборот, мчится, как сумасшедшее.
Что плохому по уши — удалому по колена.
Любопытство воистину двигатель самых нетривиальных поступков.
Самостоятельность дает права и накладывает обязательства.
мне нужно срочно определиться, хочу ли я узнать эту особу поближе или лучше всё оставить как есть. Хотя как прежде уже не будет. С каждым часом она словно становится для меня притягательнее. Чем больше я о ней узнаю, тем сильнее она мне нравится. А этот вызов, который она кидает, показывая, что неприступна, только раззадоривает.
Люди болтливы и склонны уделять внимание темным сторонам любой истории
Нельзя, конечно, ничего изменить, но и тупо брести вперед, не разбирая дороги, как ошалевшая жертва автоаварии, невозможно.
Тогда она решила уйти, потому что то, что они делали ради ребенка, было против ребенка. Потому что жизнь во лжи и обмане уродовала хуже всякой безотцовщины.
Счастливые дни — те, что мы прожили, не заметив.
Dear Non-American Black, when you make the choice to come to America, you become black. Stop arguing. Stop saying I'm Jamaican or I'm Ghanaian. America doesn't care.
Словно снова ощутила твердую почву под ногами. Я больше не боялась. Ничего. И перестала слушать голоса в голове.
В самолётах меня завораживало всё: издаваемые ими различные звуки, их внешний вид, законы физики, которые позволяли им стремительно проноситься по небу; но особенно — люди, которые управляли ими с очевидным мастерством.
Я всегда терпеть не могла понятные сны. И до сих пор не люблю, когда мне такие снятся.
- Ну, что, Тай? Ты не жалеешь? - спросил Данион, присев на корточки. - В своём лесу ты, оказывается, принц, а здесь просто ученик.
Мальчишка радостно заулыбался и отрицательно покачал головой.
- Если я уеду в лес, то перестану быть вашим воспитанником и потеряю друзей, - рассудительно сказал он. - А если останусь вашим воспитанником, то разве перестану быть принцем?
Присутствующие одобрительно рассмеялись, вот ведь, хитрюга какой!
Всякая неизвестность, даже в самом пустячном деле, всегда мучительна.
Я хотела бы только одного: чтобы они были счастливы. Не как принцы и короли, а просто по-человечески. Чтобы их не заставили жениться ради продолжения рода, чтобы выбирали супруг сердцем, а не по распоряжению бабушки, дедушки или отца. Своим сердцем, тогда не будет обмана, какой был у нас с Чарльзом.
Дорогое и модное кружевное платье розового цвета, выписанное из Парижа, было очень глубоко декольтировано, открывая острые ключицы и будто намекая на готовность Эвелины вступить в брак.
Главное в жизни – не страх. Главное – выбор, который ты совершаешь, когда тебе страшно. Ты действуешь не вопреки страху, а из-за него, и в этом твоя смелость.