На седьмой день пути Женька пожалела о том, что не умерла от молнии у волшебного эллая и о том, что не замёрзла в крепости насмерть, и даже о том, что когда-то вообще родилась на свет. Её тело ломило от постоянной скачки по горам и равнинам, ноги покрывали синяки и ссадины. А, если быть честной, на ней просто не осталось живого места.
Между хорошей матерью и старанием быть хорошей матерью лежит та же пропасть, что между искренним и натужным весельем.
Святой человек - это не тот, кто хмурит брови и шарахается от других, а тот, кто живет в любви и образ этой любви в виде света Фаворского носит на своем лице и на своей внешности.
Жизнь – это нечто огромное, невероятное, то, что нельзя выразить словами.
Случайности всегда вносят свои коррективы даже в самые тщательно продуманные планы.
[...] тете Бэбс свойственна та же загадочная манера изъясняться, что и Банти. Если бы немцы вместо шифровальной машины "Энигма" использовали Банти и Бэбс, они, наверное, выиграли бы войну.
Каждая женщина должна любить себя не зависимо от каких то недостатков или чужого мнения.
Нужно, чтобы никто не платил налогов и подольше, тогда чиновники умрут от недоедания и наступит мир во всем мире.
Космос словно не замечает времени. Оно существенно только для нас. Его привносит наше сознание. Мы строим время из мгновенных впечатлений, протекающих через наши органы чувств. Затем они уходят в прошлое. Что мы называем прошлым? Систему записей в нашей нервной ткани — записей, излагающих связную историю.
- Марсия, - расплылся в широкой улыбке Форсет, - ты сегодня просто великолепна. Ох, и не жалеешь ты мужские сердца.
- Не правда, - я улыбнулась жене Форсета, Диане, - очень даже жалею. Вон Смерть с собой привела, чтобы долго не ждать. И падре. Вдруг кто исповедоваться перед отправкой на тот свет захочет.
Все будет так, как должно быть. А хорошо или плохо, мы поймем после. Больно - это не всегда плохо, а приятно - это не всегда хорошо
Аркадий Иванович Гулагский был пьян стихами. Он лежал навзничь на крыше отцовского дома и распевал:
«Последняя туча рассеянной бури!
Одна ты несешься по ясной лазури…» [А.С. Пушкин. «Туча».]
Что было технически неверно. Низкое и темное небо рассекала тонкая и яркая линия заката, зажатого между землей и облаками на западе. Вдобавок ветра дули по-осеннему холодные, а он не удосужился надеть куртку, прежде чем вылезти через слуховое окно на крышу. Но Аркадия ничего не волновало. В одной руке у него покоилась бутылка Пушкина, а в другой — жидкая антология мировой поэзии. Хранились они в отцовском винном погребе, который представлял собой запертое помещение в подвале, но Аркадий вырос в этом доме и знал все его секреты. От него ничего нельзя было скрыть. Аркадий проскользнул через окошко в подвал, а затем обнаружил среди балок широкую свободную доску, которая сдвигалась на добрый локоть, быстро просочился внутрь и, пошарив в темноте, ухватил две бутылки наугад. И ему повезло: об этом свидетельствовало то, что в первой емкости оказался чистейший Пушкин! Правда, решение пить его одновременно с плохо составленным сборником иностранных виршей и коротких прозаических отрывков в бездарных переводах говорило о крайней незрелости похитителя.
В церквях городка начали звонить колокола. Аркадий улыбнулся.
— «Вновь потухнут, вновь блестят, — прошептал он. — И роняют светлый взгляд… На грядущее, где дремлет, — он рыгнул, — безмятежность нежных снов». Да кончится это когда-нибудь? «Возвещаемых согласьем золотых колоколов» [Аркадий цитирует «Колокола» Э. По (пер. К. Бальмонта).]. Интересно, с чего все всполошились?......Наконец юноша повернул голову и едва не столкнулся с отцом, только что спустившимся на землю. Гулагского окружили люди, которые хлопали его по спине и пожимали ему руку. Аркадия накрыла волна эмоций. Он бросился в отцовские объятия.
— «О нет, — вскричал он, — не отец мой! Меня обольщает бог какой-то, чтоб после я больше скорбел и крушился. Смертному мужу никак не возможно все это проделать Собственным разумом! Бог лишь один, появившись пред смертным, может сделать себя молодым или старым, как хочет. Только что здесь ты сидел стариком в неопрятных лохмотьях, нынче ж похож на богов, владеющих небом широким!» [Гомер. «Одиссея» (пер. В. Вересаева).]
— Ты пьян, — с отвращением произнес Гулагский.
— А ты был мертв, — объяснил Аркадий и ткнул отца в грудь. — Надо было тебе взять меня с собой! Я бы тебя защитил. Я бы бросился в разверстую волчью пасть, и он бы подавился моей мертвеющей плотью.
— Уберите от меня этого дурака, — велел Иван Аркадьевич, — пока я с ним чего-нибудь не сделал.
Бесподобная девица!
Согласися быть царица!
Я тебя едва узрел—
Сильной страстью воскипел.
Соколины твои очи
Не дадут мне спать средь ночи
И во время бела дня,
Ох, измучают меня.
Красивый человек может выражать скорбь благообразно, но, по моему опыту, если скорбь идет человеку, это подозрительно. Настоящее горе безобразно, оно калечит, оставляя глубокие шрамы в душе.
Для огромного количества верующих слова молитв были лишь священными звуками которые можно произносить не проникая в их суть как повторяет звуки эхо. Всякий пребывающий в лоне веры обретал ответы, но отказывался задавать вопросы; побеждал тот, кто сдавался без боя.
...
Верующие предпочитают ответы вопросам, ясность - сомнениям. То же самое можно сказать и про атеистов. Забавно,но когда речь заходит о Боге, который непостижим человеческим разумом,редко кто отваживается сказать: "Я не знаю"
Прошлое упрямо. Оно не хочет меняться.
Раньше были волосы — длинные, карамельно-медовые. Но однажды она решила все изменить, начать новую жизнь… И проплакала весь вечер, поняв, что после парикмахерской ничего не изменилось, ни в ней, ни вокруг нее.
Мне так сильно будет его не хватать,что хочется сделать ему больно.
Не зря говорят, если что-то любишь, не пытайся узнать, как это сделано.
Все занятия, что я посетила, были посвящены стихам великих поэтов прошлого…я не понимала ни слова из того, что они пытались там выразить.
Не было у меня детства. Не у меня, не у других, таких как я. Постоянная борьба за выживание в омерзительных для проживания условиях, когда никогда ни в чем не уверен. Нет у меня светлой детской веры в будущее, нет у меня иллюзий, о том, что случается с такими как я. Нет и не будет.
... часто случается, что именно с пустяка начинаются самые важные в мире вещи.
Большая любовь всегда кончается трагично
– У нас, говорит, была такая преподаватель по юридической практике, которая без вопросов всем тройки ставила, но с присловьем – пока вы тут баклуши бьете, моя цена, как специалиста, только растет!
Да и нет - ответы, которые подходят ко всем вопросам