я вдов, и у меня есть дочь, ей пятнадцать. Дочь я люблю, но что такое девочка? Это, по сути, чужой человек. Я ращу её для другого рода, куда она с возрастом и войдёт.
Мы меняемся и развиваемся. Невозможно дойти до какой-то точки и замереть там навечно. Чего-то не знать, не уметь, чем-то не обладать в данный момент времени-совершенно нормально.
Брак — это всегда компромисс между реальностью и ожиданием.
— А как же список людей, которые войдут в состав нового отдела по изучению запретной магии? — поинтересовался кто-то из первых рядов.
— Кого надо, я вызову сам, — довольно резко ответил Мастер Ревел. — Кстати, добровольцев я тоже назначу сам, так что можете не утруждаться.
Забавно. Добровольцев я назначу сам. А в чём же тогда добровольность-то?
Похоть так же командует людьми, как и любовь. Если не больше.
"Сколько, наверно, есть людей, на которых я всю жизнь смотрю и не вижу. Даже подумать страшно."
Как говорится в восточной мудрости, «когда дипломатия исчерпана, остаётся женщина». Или наоборот. От перемены мест слагаемых сумма не меняется.
И хотя Роран ненавидел войну, он не мог отрицать, что сражение с врагом обладает поистине притягательной силой.
однако критиковать подарок супруга – последнее дело.
– Алиса, в твоей жизни только ты принимаешь решения, – сказала мама, смягчив голос, – Только ты отвечаешь за свой выбор. – Я знаю, мам. Но как сделать всё правильно? – Кто сказал, что выбор обязательно должен быть правильным? – улыбнулась мама, – Выбор должен исходить из твоего сердца. А каким он будет – покажет жизнь.
...мы же не виноваты в том, что у нас с кем-то общая кровь, общие предки, частично схожий генетический код. Это не делает нас ни семьёй, ни тем более родными. Родственниками – да. Только родственники бывают такими, которых никогда в жизни и не видишь и, более того, ничуть от этого не расстраиваешься.
Запретным плодом было не яблоко , а сам змей.
Нет, сумку она все-таки не выбросила. Она затолкала в самую глубокую глубину шкафа-купе. Пусть лежит, как тайное предупреждение о том, что нельзя мнить себя самой умной, и наивно думать, что можешь всегда контролировать ситуацию.
техническое развитие не должно опережать морально-этическое. Иначе такой армагеддец наступит, что Бога сметет и чертям хвосты поотрывает.
Выбор — вот то, что определяет человека. Поступки, а не слова
На меня смотрело жуткое чудовище. Создавалось впечатление, что какая-то мадам согрешила с дубом. Или одинокий дровосек соблазнился дуплом.
Сильвену стало её жаль. И ещё сильнее захотелось дать Кейну в морду. Не может же быть у такого мерзавца лицо? Только морда.
— Оля, – позвал он. – Я тебя люблю. Что бы с нами ни случилось, я тебя люблю. И я знаю, что ты любишь меня. Если ты со мной, я счастлив. Ты поняла? — Да. Спасибо тебе. – Я убрала телефон и стиснула рот рукой, пытаясь успокоиться.
— Чтобы прическа держалась без магии, шпильки должны немного войти в голову,
Жизнь имеет тенденцию рушить все планы.
— Где я могу освежиться после дороги?
Я молча ткнула в направлении болота. Места у нас хорошие, глухие, топкие.
Мать запомнила и последнее – когда они расставались – «до завтра»: так она сказала, отправляясь ночевать к подружке. Но «завтра» для Элисы Гомес так и не наступило. Ее «вчера» стало одним нескончаемым, растянувшимся на много лет днем.
К слову скажу, что исследователи уже отыскали африканские оригиналы многих сказок о Братце Кролике, рассказанных «дядюшкой Римусом». Эти сказки, попав на другой континент, были адаптированы к местным условиям. Место Гиены заняли Братец Лис и Братец Волк; на смену Слону пришел Братец Медведь; несколько раз в качестве самого себя появляется Лев, хотя и при существенно изменившихся обстоятельствах.
Журналист не тот, кто знает и говорит, а тот, кто может говорить о том, чего не знает.
Чеховские симпатии к евреям были сродни его отношению к женщинам: даже будучи убежденным в том, что еврею так же не дано постичь русского человека, как женщине сравниться по интеллекту с мужчиной, он активно выступал за их равноправие.