Искусство в том и состоит, чтобы не помнить о приличиях.
Он подождал только того, чтоб Герасим вышел в соседнюю комнату, и не стал больше удерживаться и заплакал, как дитя. Он плакал о беспомощности своей, о своем ужасном одиночестве, о жестокости людей, о жестокости Бога, об отсутствии Бога. «Зачем ты все это сделал? Зачем привел меня сюда? За что, за что так ужасно мучаешь меня?..» Он и не ждал ответа и плакал о том, что нет и не может быть ответа. Боль поднялась опять, но он не шевелился, не звал. Он говорил себе: «Ну еще, ну бей! Но за что? Что я сделал тебе, за что?»
Теперь он хотел одного - свободы; делать что хочешь со своим одиночеством, вести его в кино, запираться с ним наедине.
- Я не пьянь! – в гневном голосе дядюшки прозвучала обида. – Не смей меня так называть!
- Конечно, не пьянь. Блин, бесстрашный путешественник по эмоциональному спектру посредством химических порталов в стеклянных сосудах…
- Жабы всё ползут...
- Говорят, их там больше тысячи...
- Профессор природников в бешенстве...
- А декан грозился самолично запечатать магию провинившегося.
- Это какая сила должна быть...
Не сила, а дурость, помноженная на эгоизм. И чего я так взбесилась?
Казалось, у них был выбор. Казалось у нас тогда был выбор. Мы - общество, подыхающее от избытка выбора.
Политик - это тот, кто обещает построить мост, там где нет никакой реки.
В дружбе между мужчиной и женщиной кто-то кого-то обязательно хочет. И если не ты его, значит он тебя…
Мудрецы могут бесконечно долго рассуждать о высших смыслах бытия,сыпать советами о том,что время лечит.Но пара умных фраз не спасёт от пульсирующей боли,рвущей душу в клочья.Не объяснит,как подняться с утра с постели и жить дальше,с замирающим от тоски сердце. Пойти на работу и улыбаться друзьям,вопреки желанию молча лечь и умереть.Как быть с натянутыми в струны нервами,сотканными из волокон горечи и слёз.Хлипкими нитями,готовыми в любой момент порваться.Ни один грёбанный философ не расскажет,что сделать,чтобы стало легче.А я готова на многое! Только скажите,как? Как справиться с желанием рыдать,кричать,срывая горло.Как начать жить заново?
«Какой бы жесткой не была правда, но лучше она, чем слышать ложь, что сладкой патокой заливают тебе в уши», − учил меня дедушка после моего проступка, когда я сваливала свою вину на кого-то другого.
А в воздухе витал неуловимый флер беззаботности, что присущ лишь студенчеству, неважно – в погонах оно или в сутанах.
Есть такие деревья, которые растут нормально до определённой высоты, а потом вдруг обнаруживают в своём развитии какое-нибудь уродливое отклонение от нормы. Это часто случается и с людьми.
Я никогда не была такой. Злой, ядовитой лгуньей, выплевывающей слова, словно желчь. Но я совсем одна, и я устала, что вертят мной, будто пешкой на шахматной доске. Я не просилась в эту игру, это они меня в нее втянули.
Что творишь? - крикнул Смерч, который был ко мне спиной и не мог ничего видеть, зато слышал и чувствовал все прекрасно.
– Что-что… – рявкнула я в ответ. - Нас окружают злые враги. Одна я, добрая, сижу, из укрытия стреляю.
- Познакомьтесь, это моя мама, - сказал я моим новым друзьям. Встал и предложил выпить за ее здоровье.Мама сказала, что если бы я меньше пил за ее здоровье, его было бы больше.
Когда я его впервые увидела, Жизнь моя на осколки рассыпалась. Пусть осудят меня, я предвидела, От него я до ломки зависима…
Чудо музыки в том, что она может говорить о многом сразу. Но главная цель все та же: чтобы из одновременного звучания многих голосов рождался единый новый голос, из разнородности – высшая гомофония, то есть мелодия. Не так ли полифония семи цветов дает гомофонию единого света?
Пипер не смолкая говорил о литературе, и по большей части столь невразумительно, что Бэби была потрясена до глубины души и ощутила прикосновенность к заветным таинствам культуры.
Вода не сопротивляется. Вода течет. Когда погружаешь в нее руку, чувствуешь только ласку. Вода — не сплошная стена, она никого не остановит. Но она всегда пробьется туда, куда захочет, и в конечном счете ничто перед ней не устоит. Вода терпелива.
Капля камень точит. Помни об этом, дитя мое. Помни, что наполовину ты — вода. Если не сможешь сломить преграду, обойди ее. Вода это может.
Когда у людей нет общей истории, их почти ничего не связывает
Одно из самых трудных дел на свете — хранить секрет.
...у савана карманов нет - все земные пожитки умирающий должен оставить живым, и знания в том числе.
«У маленьких пауков самый опасный яд».
Женщины очень часто совершают одну принципиально важную ошибку. Тратят уйму времени на объяснение собственных чувств, тащат на блюде эмоции и реакции, недостатки и потребности, и любовь, и гнев, и обиды. Как будто от разговоров может быть прок.
...Кто-то живет пресно, а кто-то вкусно, кто-то интересно, а кто-то скучно. И это не зависит от денег, а только от желания жить так, как ты выбрал....