Истина – в диалоге, поэтому, что касается согласия, я не отвергаю ни доводы за, ни доводы против.
Михаил Ишков
— Хорошо. Сколько вам лет, мистер Губвиг?
— Двадцать шесть. Это важно?
— Мы любим давать читателям самую полную информацию. — мисс резник одарила его сладкой улыбкой — Ну и кроме того, это пригодится, если нам понадобится написать ваш некролог.
...прошлое, в отличие от будущего, не страдает расслоением на варианты.
"–Неужели вы собирались молча смотреть на это? Мы такие правильные, так кичимся нашей чистотой и праведностью, не стесняемся показать все наши поступки и достижения на коже, не боимся храбро уйти в вечность. А сегодня, устроившись поудобнее в креслах, вдруг решили посмотреть, как на наших глазах заживо свежуют человека. Нож держали не вы, но своим молчанием вы одобрили убийство. Убийство ребёнка."
Надежда не какой-то недуг. Это исцеление.
-Вы правы, конечно, все это не очень-то сочетается с церковным учением и практикой, и
иные архиереи на это подозрительно смотрят – как ни крути, бесовщина это. Но ведь отец мой и дед в
болоте этом языческом выросли – не говоря уж о прадеде и прочих предках. Дело в том, что
северный человек зависит от природы настолько сильно, что не может ее не одухотворять. Если тебя,
к примеру, кормит речка, ты не можешь не поверить, что она живая. В целом этот мир
гармоничен, постоянен и стабилен: лето сменяется зимой, речка дает воду и рыбу, олени кушают ягель,
человек же кушает рыбу и оленей. И, конечно, всем этим ведают тысячи и тысячи духов. Тут бы нам,
христианам, возмутиться: «Язычество!» Однако нам должно понять: этим людям огонь, лес и речка
вообще-то жизнь дают. А всякая жизнь – от Бога.
- И духи от Бога? – остро взглянула на него
Илона.
Ты не можешь спасти всех. Но ты можешь попытаться. Спасти как можно больше тех, кому нужна помощь..
— Человеческая память милосердна, — сказала Рамина.
— Сначала вам будет грустно и горько, а потом на помощь придет забвение.
Все преходяще, лишь честь вечна. И если тебя оболгали, утешайся тем, что боги видят правду. Уныние - ржа для клинка твоей души, стыд - точильный камень. Используй его в меру. Он может заострить клинок или привести его в негодность. Пока ты не сдалась, ты воин. В рабских цепях или на плахе - ты воин...
Ведь так уж задумано природой, что если долго к кому-то прижиматься, то у тебя образуется что-то вроде выемки. И она подходит точно так же к тому выступу, что есть у твоего кота или, положим, собаки. И чем больше ты кого-то любишь, тем больше у тебя таких выемок, которые в сервисе не заделаешь и страховкой не покроешь.
Если человечество выживет, то, полагаю, люди будущего станут рассматривать нашу просвещенную эпоху как настоящее Средневековье. Наверное, им в значительно большей степени, чем нам, окажется доступна вся ирония нынешней ситуации, они посмеются над нами и поймут: то, что мы называем шизофренией, — одна из форм просветления зачастую самых обычных людей, при которой свет начинал пробиваться сквозь трещины в обычно наглухо закрытом сознании.
Вот что еще я выяснила в то утро: если перейдешь черту и ничего не случится, черта потеряет смысл. Как в старой загадке: если в лесу упадет дерево, а вокруг никого нет, раздастся ли треск?
Ты проводишь черту все дальше и дальше, каждый раз пересекая ее. Так люди и катятся в пропасть. Вы удивитесь, насколько легко сорваться с орбиты, улететь туда, где никто не сможет прикоснуться. Потерять себя... заблудиться.
Или не удивитесь? Возможно, вы уже знаете?
Если так, то скажу лишь одно: сочувствую.
Наша мысль не останавливается на том, что мы замечаем и что говорим. У нас есть потайные коридоры за стенами, скрытые шкафы, секретные ящички; там мы частенько прячем наши упреки, амбиции, страхи. Все идет хорошо до тех пор, пока переборка не треснет, что-то не вылезет, не выплеснется. Вот тогда нужно готовится к худшему.
Я и не знал, что слова могут быть такими тяжёлыми...
Участь пленников зависит от воли победителя, а воля победителя - от обстоятельств.
Если истязатель хочет по-прежнему возвращаться после работы домой, к семье, играть с детьми и спокойно спать по ночам, то никогда, никогда не должен считать своих жертв людьми.
Ожидание смерти, которая не просто близка, а неизбежна, страшнее, чем сама смерть.
Загадка зла: почему безусловно плохие вещи случаются с безусловно хорошими людьмиЗагадка добра: Почему безусловно хорошие вещи случаются с безусловно плохими людьми
В тот день юноша получил урок, который запомнил на всю жизнь, – животные и дети не имеют права голоса в этом мире.
Назавтра мать уехала. Вернувшись из аэропорта в свою квартиру на последнем этаже, Ирена подошла к окну, чтобы насладиться во вновь обретенном покое свободой своего одиночества. Она долго рассматривала крыши, многообразие дымовых труб самых фантастических форм, эту парижскую флору, давно заменившую ей зелень чешских садов, и поняла, как она была счастлива в этом городе. Для нее всегда было очевидно, что ее эмиграция — несчастье. Но в эти мгновения она задавалась вопросом, не было ли все это скорее иллюзией несчастья, иллюзией, внушенной тем, как окружающие воспринимают эмигранта? Не читала ли она собственную жизнь по инструкции, вложенной в ее руки другими? И она подумала, что ее эмиграция, пусть и навязанная внешними обстоятельствами, вопреки ее воле, была, возможно неосознанно, лучшим выходом для ее жизни. Неумолимые силы истории, посягнувшие на ее свободу, сделали ее свободной.
вдали от родителей я очищала их образы от жестов и слов
Разговаривая изредка со студентами или детьми своих знакомых, я замечаю, что они почти совсем ничего не знают, пробелы в образовании совершенно чудовищные, они все живут в бесформенном настоящем, до них мир словно не существовал вообще, даже нельзя сказать, что они живут иллюзиями сегодняшнего дня, мне кажется, что они просто ничем не интересуются, и тогда такое вот существо становится отдушиной, слушаешь ее и думаешь: нет, Арно Тик, сукин ты сын, ты ошибаешься, бывает и другая молодежь.
Если ты не влюблён, не удовлетворён, не снедаем честолюбием, лишён любопытства или примирился (это, кажется, нынче синоним счастья), город для тебя - колоссальная машина, предназначенная для беспрерывной растраты времени и истребления иллюзий.
Поскольку голодаешь ты, цену назначаю я.
Жизнь – всего лишь сон…