Остальные вожди тоже зазывали меня в гости, впрочем, как сказано у классиков, не сообщая, где именно находятся их поселения. Я выслушал все славословия ...
Мне давно казалось, что все, связанное с русскими,необычно, у них все сверх меры – любить так любить, губить так губить, красота необычная, судьбы тоже, но и недостатки чересчур.
– По понедельникам, вторникам, средам, четвергам и пятницам женихов не принимаю! В выходные не работаю! И вообще, очередь расписана на два года вперед! – отрезала я...
Двухэтажные автобусы с красными лондонскими мордами, их здорово раскачивало, и, прежде чем вскочить или спрыгнуть на ходу с площадки, стоило дважды подумать.
— Ну что ж, — сказал сэр Лоренс, покручивая короткий седой ус, — будем надеяться, что я не прав. Но мы идем к тому, что, нажав две-три кнопки, можно будет уничтожить миллионы людей. А какие у нас есть основания думать, будто мы станем такими хорошими, что вовремя откажемся применять эти потрясающие новые игрушки, несущие смерть и разрушение?
— «Когда мало знаешь, воображай всякие ужасы».
— Очень мило сказано. Откуда это?
— Из биографии Христофора Колумба.
— А, старый К.! Иногда я ловлю себя на мысли, что было бы лучше, если бы он не был так чертовски пытлив. В средние века жилось уютней. Еще вопрос, стоило ли открывать этих янки.
Случайностей не существует – все на этом свете либо испытание, либо наказание, либо награда, либо предвестие.
Вольтер, философ, поэт
у каждого своя война, свое искупление и способы признаваться в любви.
Я не такой человек. Мне важно объясниться, донести до другого свою позицию и его выслушать тоже. Не знаю, хорошо ли это или плохо, но иначе не получается.
Один ноутбук на двоих — это верный путь к кризису отношений, проверено.
Притворство в чем бы то ни было может обмануть самого умного, проницательного человека: но самый ограниченный ребенок, как бы оно ни было искусно скрываемо, узнает его и отвращается.
А при том, милая моя, что сорняки — те же бродяги. Да, они живые. Да, им тоже хочется света и тепла. Да, все они — такие же творения Всевышнего, что и остальные: невинные и лишенные с Его точки зрения недостатков. Однако это совершенно не значит, что я позволю им заполонить мой драгоценный сад и вытеснить оттуда то, что я с таким трудом выращивала много лет. И это не значит, что им позволено устанавливать в моем доме свои порядки. Понятно?
Дракон не прикоснется к женщине, которую не желает… им неприятно даже касание… драконам достаточно прикосновения, чтобы передать партнерам вожделение…сильное практически непреодолимое вожделение…
– Вы что, знакомы? – догадался Джин.
– Виделись в прошлой жизни, – негромко произнесла я.
Губы Терена дрогнули, словно он хотел улыбнуться.
– В каждой из них, – не сводя с меня взгляда, добавил он.
– Улыбайся, – ткнула меня локтем в бок Грета. – Мужчины любят дур, а серьезное выражение лица сразу наводит на мысль о том, что в голове что-то есть.
— Ты боишься, винтовой?
— Это не страх. Это трезвое представление о жизни, которое приобретаешь только с годами.
Не магия делает человека лучше, это может сделать только он сам. Либо подняться до человека, либо спуститься вниз, к твари дрожащей и блеющей. Или – зубастой и кусачей, но все равно твари.
Смех - наша броня и наш меч.
Карты – это всего лишь совет. Информация, направление мысли. Что с этим делать и даже принимать ли этот совет к сведению, ты всегда решаешь сам.
Я не самая умная, я знаю это, я не спорю с этим, я просто живу, охранябушка, точно зная, что даже за самой темной ночью, неизменно следует рассвет.
Мертвые могут говорить лишь устами живых, а также оставленными по себе знаками.
— Алло! Служба тех. поддержки? Это опять я. Демиург Шамбамбукли.
— Что-то случилось?
— Да, с людьми что-то странное. Они какие-то идиоты и совсем меня не слушаются!
— Вы их сотворили?
— Да.
— По образу и подобию своему?
— Ну… да.
— Тогда ничего удивительного…
Граф Дантороу отличался скверным характером и считал, что лучшее лекарство от всех болезней ремень или плетка. Других способов он просто не признавал. Прислуга в его доме ходила так тихо, что было слышно происходящее за стенами дома.
«Не держите в себе обиды».
Война не знает слово жалость. Важны лишь победа и сила. Первое правило, которое он крепко запомнил. Вернее, не так. Которое в него вбили.
У меня к вам всего три вопроса, адептка Риате!
Я испуганно сжалась.
— Вопрос первый: доучившись до четвертого курса, вы уяснили себе тот факт, что в момент произнесения проклятия оно ложится конкретно на того человека, на которого был направлен ваш взгляд?!
— Ой, — испуганно выдала я. — Это я на вас?..
— Потрясающе! — прошипел магистр. — Вы, наконец, это поняли! Вопрос второй: вы в курсе, что проклятия десятого уровня снять практически невозможно?!
— Ой, мама… — уже простонала я.
У магистра заметно щека дернулась. А затем, чуть подавшись вперед, лорд Тьер прошипел:
— И последний вопрос: вы сами знаете, какое именно проклятие только что на меня наслали?!
Я вздрогнула, потом и вовсе задрожала, потому как проклятию меня научили, а чего это вообще такое, профессор Швер так и не сказал, уснув пьяной улыбкой в салате!
— Ну?! — взревел взбешенный лорд-директор.
— Не… не… не знаю, — простонала я.