— Знаешь, – начала она, повернув голову в сторону, – это не самое подходящее место, чтобы пялиться на мою задницу. Двое молящихся посмотрели на нее, потом на меня и снова погрузились в молитву. Да уж, помолитесь за нас.
До тех пор, пока мы отвергаем себя и причиняем вред нашим телам и уму, нет смысла говорить о любви и принятии других.
Выходит, я помогаю времени узнать, что оно такое, точно так же, как время знает, чем стану я.
...«Подкачать мышцы» к пляжному сезону или «посидеть на диете» после праздников - это не ЗОЖ, а скорее попытка вписаться в современные стандарты красоты...
Люди всегда так – по самолюбию ближнего готовы бить топором, а когда их собственное самолюбие уколют иголкой, они вопят.
-Хм, - пробормотал я, - у тебя все подруги с прибабахом?
-Еще с каким, - хмыкнула девушка. – Пошли, завтраком накормлю.
Припомнила последнюю выданную стипендию, собственно рисунок на бумажных деньгах и задумчиво выдала:
— Вы лицо с дензнака.
«А больше всего меня бесит… Ай да ладно, больше всего меня бесит ВСЁ!»
Но долг выше любви. Это есть отличительная черта нордического характера.
Семья на то и нужна, чтобы поддержать тебя в трудный момент.
Развод — это травма. Даже без скандалов и интриг. Это травма для всех хотя бы потому, что десять лет жизни — не пустой звук.
Иногда мне кажется, что если Дана не выдержит и уйдёт от мужа, Эд умрет в первые же сутки от переизбытка собственной желчи, которую ему не будет куда сливать.
Доктор Ростен, минуту назад ты сказал, что вы благодарны нам больше, нежели можете выразить это словами. Как я понимаю, это твое высказывание было вполне искренним; с одной стороны, я нимало не сомневаюсь, что сейчас вы действительно испытываете к нам чувство благодарности, но, с другой стороны, эти твои слова не больше,…
— А ты что думала? – спросил я. – Что без тебя я опустился и иду ко дну? Она прикрыла глаза. Ее щеки пылали. — Мне не нужно было приезжать. Тэйт была уверена, что ты тут чуть ли не кокаин с задниц проституток нюхаешь каждый день. Она меня уломала.
Когда нужен острый нож, его нигде не найти.
– Такова большая часть моей работы. Мелочи. Разговоры и сплетни. Вот в чём я чертовски хороша. – Вышло достаточно уверенно, но самой Вере показалось неискренним.
Когда кто-то уходит из твоей жизни, то не должен возвращаться, чтобы исчезнуть снова.
Оу, а я и забыла. Ну, мы ведьмы такие — отомстим и забудем, а потом снова отомстим и снова забудем…
Обида — это замаскированное обвинение в своих бедах и неудачах того, на кого обижаешься.
К сожалению, на этом свете каждый имеет свою точку зрения, мешающую ему видеть точку зрения другого.
- У вас душ-то есть?
– Нет, а тебе Наташа не сказала? Мы ж на Севере живем, у нас чум, ждем снега, чтоб помыться…
– Не смешно, грешно смеяться над грязными людьми...
— Ты давно такая умная стала? — Адепт магической академии руки на груди сложил и попытался воздействовать на меня с высоты своего роста, возраста, опыта и всего прочего, чем он по его же мнению мог возвышаться.
Что делают нормальные женщины, когда пытаются добиться чего-то от чужих мужчин?
Надо чирикать и декольте — вот и все, что приходило на ум.
Я была готова на все, чтобы спасти человека, которого я любила. Стать той, кем требовалось – в том числе и императрицей. Даже если бы для этого мне пришлось перевернуть с ног на голову рай и ад!
Работать нужно, работать. Оттого нам невесело и смотрим мы на жизнь так мрачно, что не знаем труда. Мы родились от людей, презиравших труд…