Избыточность простоты в конечном счёте была иной формой показушничества, а гордиться смирением - такой же грех.
Мы наполняемся любовью до краев и,наконец,становимся самими собой.Только так.Только в этой связке.Только принадлежа друг другу.Как ветер и океан-мощно,бесконечно,неотрывно.
– Ох! Сесть что-то не помогло. Мне надо выругаться.– Ни в чем себе не отказывайте.– Матом.– В таком случае лучше выругайтесь шепотом, – серьезно посоветовал он.– На азрийском языке…– Что вас останавливает? – терпеливо спросил магистр.Дескать, любой каприз, лишь бы дама сначала не впала в истерику, а потом в прострацию.– Я не знаю азрийского.
Переменами не нужно управлять. Они естественно приходят сами собой, когда меняется угол зрения.
Сэр, иногда мне кажется, что нет ни героев, ни злодеев. Просто люди, самые обычные люди в плену обстоятельств, выигрышных или не очень. Я уверен, что так; наверное, вам тоже стоит в это поверить.
Невозможное делает тот, кто не знает, что это невозможно.
Когда хотите сделать «как лучше» – помните, что будет «как обычно»…
Семнадцать лет.
Какой это возраст?
Возраст любви! Счастья, смеха, сумасбродств, возраст, когда кровь кипит и играет, а ты можешь все! Просто все, что пожелаешь. Для тебя нет слова «невозможно», для тебя есть только слово «хочу». А хочется – любви.
В семнадцать лет девчонки такие дуры…
Он шел по жизни, сунув руки в карманы брюк. Она - танцуя.
Чем больше людей, тем легче человечество раскалывается,
С какой бы человек ни был планеты, он остаётся человеком, и его чувства - гнев, радость, грусть, нежность - остаются с ним...
— И хоть сейчас ты выйдешь за меня замуж? — лицо Кирилла застыло.
— Я там была. И мне не понравилось.
— Но со мной будет иначе, — не отступал Кирилл.
— Откуда ты знаешь? Все вы сначала - люблю, трамвай куплю, а потом сваливаете в закат с любовницей!
Наташа протянула мне ружье. – Никого не бойся, увидишь медведя – стреляй!
Нельзя удержать в руках ветер, воду и женщину, которая хочет убежать
Покрасневший парень шагнул в комнату. При виде его Раймон отвернулся, чтобы скрыть улыбку. Рыжие волосы взъерошены, губы упрямо сжаты, глаза яростно сверкали – ну ни дать ни взять щенок, впервые оскаливший зубы.
Чтобы сохранять свою безопасность, представляй себя в социальных сетях в таком же виде, как в обычной жизни. Помни, что онлайн ты остаешься тем же человеком, что и офлайн.
"Ей казалось, что так - нормально. Что все так делают: что-то - терпят, с чем-то мирятся, что-то пропускают мимо ушей. Просто так принято. Поэтому, наверное, и она ведёт себя именно так - как все."
Чубасья мать!
Кто-то просто живёт по воле судьбы, кто-то борется, чтобы её изменить. Есть те, кто свою судьбу ищут, а есть те, кого к ней ведут.
— Джон? Вы меня слышите? — Стив, мне гораздо приятнее, если вы сейчас будете называть меня Евгением. — Хорошо, Евгений, как вам удобнее. В положении умирающего, оказывается, и хорошее есть. Можно нагло наплевать на американизацию самого святого: имени.
— Это мой паладин, в смысле наш. Не чужой. Свое добро беречь надо, а то испортится, — выкрутился Инсолье. — Тем более что надо соблюдать разнообразие видов. Нельзя иметь слишком много хитрых сволочей на квадратный шаг. Это мешает самым главным хитрым сволочам свободно хитрить и сволочиться.
Порознь — никак. Лучше отрезать себе руку или ногу. Только вместе. Вдвоем. Мы раньше и не знали этого. Никогда прежде не любили. А вот это яркое, сильное, всепоглощающее, непреодолимое чувство — и есть любовь. Когда лучше умереть, чем расстаться. Когда отдельно — не жизнь. Когда сложно, порой невыносимо и пугающе, но зато вместе. Когда на все готов, чтобы не потерять навсегда.Это любовь, детка!
– Почему ты надела пеньюар, я догадался сразу. Но зачем ты взяла канделябр?– Да по голове тебя огреть, если не захочешь соблазняться! – рыкнула я.– Недальновидно бить мужчину, когда он далеко от кровати, – фыркнул Киар, больше не сдерживая смех. – Не дотащишь.– Спасибо за очередную мудрость, господин магистр. В вашей гостиной стоит прекрасный диван. До него я точно тебя доволокла бы!
Свободна, счастлива и с приданым, чего еще желать девушке? Жалеть родных?
Угу, смеяться после любого слова, на выбор. Чего их жалеть-то? Тира еще там, на полянке, как начала орать, так и орала. Сорвало кран – и дерьмо попало в вентилятор, иначе и не скажешь.
И такие они, и сякие, и никогда ее не понимали, и всю жизнь унижали, и кругом враги…
Тьфу!
И когда только люди начнут понимать, что мир вокруг них не вертится? Хотя уж мне бы точно помолчать, сама не умнее была.
На вопрос Балика, а когда ввели патенты, ему ответили, прям как Гагарин зарубежным журналистам:
— Когда вы узнали о точной дате полета?
— Своевременно.