Вниманию читателей представлен фундаментальный труд известного российского историка, профессора Николая Алексеевича Троицкого (1931 - 2014). Книга стала результатом его многолетних исследований наполеоновской темы и истории русско-французских отношений. Это не просто биография выдающегося государственного деятеля, но и ценный историографический источник, отражающий важную веху в истории изучения наполеоновской проблематики в России. Работа Н. А. Троицкого предельно полемична. Он осознанно...
Более полутора столетий минуло после кончины Николая I, но и по сей день на Исаакиевской площади Санкт-Петербурга высится конная скульптура Российского Самодержца. Рука вандала не посмела прикоснуться к нему даже в годы разгула красного террора и государственной русофобии. К сожалению, этого не скажешь о том образе, который доносит история в искаженных, почти что карикатурных описаниях Императора и его времени. Выдающийся историк А.Н. Боханов первым взял на себя смелость восстановить...
В дореволюционных либеральных, а затем и в советских стереотипах император Николай I представлялся исключительно как душитель свободы, грубый солдафон «Николай Палкин», «жандарм Европы», гонитель декабристов, польских патриотов, вольнодумцев и Пушкина, враг технического прогресса. Многие же современники считали его чуть ли не идеальным государем, бесстрашным офицером, тонким и умелым политиком, кодификатором, реформатором, выстроившим устойчивую вертикаль власти, четко работающий бюрократический...
Впервые на русском языке публикуется книга русского генерала А. Д. Нечволодова «Николай II и евреи». Автор – видный русский разведчик – много лет посвятил изучению иудейско-масонской идеологии, входил в круг исследователей, группировавшихся вокруг антимасонской газеты «Либр пароль» и издательства «Долой зло». В середине 1830-х годов Нечволодов являлся экспертом со стороны защиты на Бернском процессе по делу о Сионских протоколах. В книге использованы фотографии автора из первого французского...
Воспоминания о последнем русском царе и его семье, написанные швейцарцем — гувернером детей Николая II, преподававшим им французский язык. Охватывают довоенные годы, период Первой мировой войны, двух революций и ссылки царской семьи в Тобольск, куда Жильяр добровольно поехал вместе с ней. В Екатеринбурге автор был отделен от семьи царя советскими властями, однако сразу после вступления в город белых армий участвовал в расследовании обстоятельств расстрела царской семьи, чему посвящены последние...
Мультатули, Петр Валентинович (1969-). "Дай Бог, только не втянуться в войну!". Император Николай II и предвоенный кризис 1914 года [Текст] : Факты против мифов / П. В. Мультатули ; Российский ин-т стратегических исслед. - Москва : РИСИ, 2014. - 250 с.; 20 см.; ISBN 978-5-7893-0208-8 Книга посвящена политике императора Николая II по предотвращению мировой войны. По существу, стремление избежать втягивания России в европейскую войну, одновременно сохраняя ее значение как ведущей мировой...
Труд Евгения Алферьева "Император Николай II как человек сильной воли", куда вошли материалы для составления жития Царя-Страстотерпца, опровергает широко распространенный миф о слабоволии Императора Николая Александровича. Автор, основываясь на достоверных исторических фактах и свидетельствах очевидцев, показывает, что пройти тот тягостный жизненный путь, каким прошёл последний Государь, достойно и смиренно мог лишь человек, обладавший не только исключительно сильной волей, но и несравненно...
Прошло 95 лет с тех пор, как в Екатеринбурге были подло убиты свергнутый Император Николай Александрович, его семья и четверо их приближенных. Новая книга Сергея Плеханова убедительно раскрывает положительную роль Николая II в российской и мировой истории, показывает величие жизненного подвига Православного Государя. Николай II представлен как цельная и разносторонняя личность. Выдвинутая им плеяда государственных деятелей, таких как Победоносцев и Столыпин, военачальников, таких как генерал...
Книга освещает светлый и высоконравственный облик Императора Николая II и его семьи и призвана изменить сложившееся в обществе отношение к событиям вековой давности.
Думающий читатель сделает много удивительных открытий, ломающих стереотипы массового сознания.
Знание истинной истории России конца XIX – начала XX века позволит нам усвоить уроки прошлого, чтобы научиться различению и не допустить повторения подобных ошибок.
Для самого широкого круга читателей.
Этот сборник содержит воспоминания членов Свиты императора Николая II, которые в непосредственной близости наблюдали Государя и рассказывали не только о своем жизненном пути, но и многих тайнах Российского Императорского двора, о славных и трагических страницах истории нашего многострадального Отечества. В советские времена многие эти свидетельства хранились в «спецхранах» государственных архивов и библиотек. Теперь они доступны не только профессиональным историкам, но и каждому читателю.
Некто начинает большую игру, стремясь сокрушить скрижали истории. В противостояние Ганнибала и Карфагена вмешиваются неведомые герои – игроки, ставящие свой азарт выше судьбы человечества. История изменяет свой бег: как и назначено ею, пуны и римляне яростно бьются между собою, но в этот самый миг вдруг пробуждаются варвары далеких степей, орды которых сокрушают Китай и начинают победоносное шествие на Запад… Сюжет романа развивается на фоне реальных событий последней четверти III века до н. э....
Книга представляет собой сборник статей ведущего отечественного историка Мальтийского Ордена В. А. Захарова, посвященных малоизученной теме — взаимоотношению Российского императора Павла I с Державным Орденом святого Иоанна Иерусалимского, больше известным под названием Мальтийского Ордена, Великим магистром которого он стал в 1798 г. До сих пор о магистерстве Павла Петровича идут споры, а с легкой руки недобросовестных западных авторов утвердилось представление, что русский император «захватил»...
В этом сравнительно небольшом труде автор, по собственному признанию, делает попытку воссоздания истинного исторического образа России времен правления Павла, которое в современной Шумигорскому историографии рассматривалось «по преимуществу с анекдотической точки зрения». «У нас нет даже краткого, фактического обозрения Павловского периода русской истории: анекдот в этом случае оттеснил историю» — пишет историк в предисловии. Между тем в полной мере уйти от пересказа большого количества ярких...
В течение десятилетий советская историческая наука не обращалась к теме бытования в России Ордена св. Иоанна Иерусалимского, более известного под названием Мальтийского ордена. В сборник вошел ряд независимых научных исследований, выполненных по заказу РГК «Русское видео» авторами, никак не связанными с Санкт-Петербургской приорией Ордена. Авторы статей поставили перед собою цель решения некоторых проблем, связанных с личностью императора Павла I как гроссмейстера Ордена, а также вопросов,...
Ну наконец-то ты вырвался из зоны сплошного кошмара…
Устроенная жизнь… жизнь начинающего мажора. Заботиться о мире разумных и взваливать на свои плечи все их проблемы совершенно не хочется. Но он уверен… его поиск идёт… как друзьями, так и могущественными врагами…
Жизнь налаживается… вот только у тамошних повелителей империй есть на неё своё отличные от его мнения планы как ею распорядиться…
Создавать Империи — это как кататься на велосипеде.
Трудно только в первый раз.
Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы
Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан!
Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню!
Дайте мне боярышню-магичку и…
Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить.
Но нужно спешить.
Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот.
И только я знаю, как выиграть войну с ними.
Создавать Империи — это как кататься на велосипеде.
Трудно только в первый раз.
Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы
Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан!
Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню!
Дайте мне боярышню-магичку и…
Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить.
Но нужно спешить.
Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот.
И только я знаю, как выиграть войну с ними.
Создавать Империи — это как кататься на велосипеде.
Трудно только в первый раз.
Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы
Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан!
Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню!
Дайте мне боярышню-магичку и…
Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить.
Но нужно спешить.
Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот.
И только я знаю, как выиграть войну с ними.
Создавать Империи — это как кататься на велосипеде.
Трудно только в первый раз.
Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы
Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан!
Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню!
Дайте мне боярышню-магичку и…
Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить.
Но нужно спешить.
Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот.
И только я знаю, как выиграть войну с ними.
Создавать Империи — это как кататься на велосипеде.
Трудно только в первый раз.
Пускай я возродился в теле боярина-изгоя, спасшегося от виселицы
Дайте мне банду оборванцев и я сделаю из них непобедимый клан!
Дайте мне захолустный хутор, и я слеплю из него твердыню!
Дайте мне боярышню-магичку и…
Её тоже найдётся, куда в хозяйстве пристроить.
Но нужно спешить.
Ведь твари, с которыми я воевал в своём мире, проникли и в этот.
И только я знаю, как выиграть войну с ними.